XXI век изменил способы распространения информации, но не изменил основные принципы работы тех, кто отвечает за идеологическое сопровождение военных конфликтов. Предполагалось, что из-за наличия видеокамеры в каждом смартфоне врать и фальсифицировать будет сложнее, но оказалось, что гораздо проще.
Сирийский конфликт, принесший неисчислимые страдания миллионам людей, стал для западных стран плацдармом для отработки новейших методов ведения войны, в том числе информационной. Но если в «классических войнах» роль пропаганды в достижении поставленных командованием задач можно было оценить в 10–20% затраченных усилий (основную часть «работы» все-таки делали солдаты), то в современных условиях информационная составляющая может достигать 90%.
Последняя (хочется верить, что действительно последняя, а не «крайняя») бомбардировка сирийских объектов со стороны американцев и их сателлитов – яркий пример того, как пропагандистская составляющая практически полностью задавила военную. Более того, с точки зрения дальнейшего развития ситуации правда уже не принципиальна, потому что единой объективной реальности для США и НАТО с одной стороны и всех остальных стран (кроме Украины и еще парочки тех, кто хочет в НАТО, но не берут) больше нет.
Как выглядит ситуация в американской версии?
Кровавый диктатор Башар Асад уже который год ведет войну со своим населением. Эта война – внутреннее дело Сирии, поэтому свергать Асада самостоятельно американцы не намерены. Но есть «красная черта», за которую заступать нельзя – это применение химического оружия. Почему? Потому что нельзя. США так решили, а остальные страны НАТО с ними (что логично) согласны. Асад осведомлен о том, что ему позволены любые злодейства, кроме применения химического оружия, но его ненависть к собственному народу так велика, что он регулярно это самое химическое оружие применяет.
Сперва в 2013 году – сразу после того, как Барак Обама обозначил эту самую «красную линию». Тогда от удара со стороны США Дамаск спасла инициатива президента России Владимира Путина, который договорился с Асадом о вхождении Сирии в Организацию по запрещению химического оружия (ОЗХО). Еще через два года Россия напрямую вмешалась в конфликт и с тех пор регулярно бомбит женщин и детей в мирных сирийских городах, пока США наносят свои точечные удары по позициям террористов.
Какое-то время коварный сирийский диктатор сдерживал свои кровожадные устремления, но в апреле 2017 года не сдержался и отдал приказ о химической атаке на город Хан-Шейхун. Доблестная американская авиация в ответ на это разбомбила авиабазу Шайрат. Все 60 ракет попали точно в цель, а постоянный представитель США в ООН Никки Хейли заявила, что Асад больше никогда не будет применять химическое оружие.
Но этому чудовищу показалось мало: ровно через год после предыдущей бомбардировки Асад с особым цинизмом приказал применить химическое оружие в пригороде Дамаска Восточной Гуте. Дональд Трамп в ответ хотел разбомбить все и вся, включая российские объекты в Сирии, но Пентагон убедил президента США смягчиться.
По объектам, связанным с производством химического оружия, было выпущено более 100 ракет, и все они опять достигли цели. Пентагон назвал операцию «точной, сокрушающей и эффективной», оценки военных ведомств Британии и Франции были аналогичными. Теперь-то Асад не осмелится применять химическое оружие. Да здравствует мировое единство против химического оружия, позор отщепенцам – России, Ирану, Сирии и КНДР!
Как выглядит ситуация в российской версии?
При финансовой, военной и информационной поддержке США, Британии, Франции, Саудовской Аравии, Турции и ряда других стран в Сирии началась война против законно избранной власти. Различные группировки повстанцев, часть из которых применяли террористические методы, атаковали правительственные войска, не отличаясь галантностью по отношению к мирному населению. Постепенно самая сильная группировка под названием ИГИЛ*, действовавшая также на землях «освобожденного» американцами Ирака, захватила власть над значительной территорией обеих стран. Этой группировке удалось создать непризнанное государство, ввести свое законодательство, валюту и успешно торговать нефтью с соседними странами, в первую очередь с Турцией. Западные страны формально осуждали террористические методы ИГИЛ, но никакой реальной борьбы с этой группировкой не вели – ни в Сирии, ни в Ираке.
В сентябре 2015 года по просьбе президента Асада российские Воздушно-космические силы вмешались в конфликт на стороне проправительственных войск. Через год Дамаску удалось восстановить контроль над Алеппо. В 2017 году группировка ИГИЛ была практически уничтожена.
В апреле 2017 года в городе Хан-Шейхуне была совершена химическая атака, организаторами которой стали, вероятно, террористические группировки. Однако без какого-либо расследования США уже через три дня нанесли удар по авиабазе Эш-Шайрат. Из 59 выпушенных ракет до авиабазы долетело только 23, уничтожив шесть сирийских самолетов. Серьезных повреждений авиабазе нанесено не было, и уже на следующий день сирийская авиация продолжила свои вылеты.
В апреле 2018 года в Восточной Гуте была организована очередная провокация с «химическим оружием», скорее всего – при участии Британии. И снова, не дожидаясь расследования и каких-либо доказательств, США совершили акт агрессии против суверенного государства. Из 100 выпущенных ракет до целей долетели менее 30. Никаких серьезных разрушений они не принесли, а объекты, связанные с разработкой химического оружия, не поразили ввиду отсутствия оных. Большинство стран мира осудило удар по суверенной стране без санкции ООН.
Совпадающие базовые параметры в этих двух картинах мира: имя президента Сирии, семь лет гражданской войны, наличие российских ВКС на территории республики, а также факты двух ударов США по сирийским объектам. Все.
Причины войны, причины поражения ИГИЛ, наличие оружия массового поражения, эффективность ударов США и работы ПВО правительственных войск, легитимность этих ударов – оценки кардинально различаются.
До тех пор, пока Вашингтону и Москве как ведущим игрокам мировой политики не удастся договориться хотя бы по двум–трем базовым оценкам происходящего, все намерения Дональда Трампа «поладить с Россией» будут оставаться всего лишь намерениями. Ведь мы не просто говорим на разных языках – наши картины мира драматически противоречат друг другу.
При этом кажущаяся «слабость» ударов США по Сирии не должна приводить к эйфории и шапкозакидательству. Вашингтон хорошо умеет считать деньги.
Сейчас американцам выгоднее наносить символические удары и преподносить их как «фантастический успех». Но у США есть и возможность, и готовность для по-настоящему серьезных ударов – как это было во Вьетнаме.
Поэтому современная война – это не просто «виртуальная война», где тот, кто первым заявил о нарушении прав человека, тот и выиграл. России для успешного противостояния США необходимо сочетать и реальную военную мощь, и умение отражать и наносить информационные удары.
Впрочем, судя по тому, с какой истеричностью США и другие страны НАТО реагируют на RT и другие российские СМИ, это умение у нас уже есть. Важно только самим не перепутать реальные успехи и успехи собственной пропаганды.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ