В самом деле: что-то явно неправильно. Две крупнейшие партии – «Единая Россия» и КПРФ – выдвигают общего кандидата. Методом сложения голосов ему прогнозируют легкую победу в первом туре. Вместо этого кандидат нерушимого блока власти и оппозиции набирает всего 22% голосов в первом туре, а затем, несмотря на мощную пропагандистскую кампанию, проигрывает во втором.
Задним числом аналитики партии власти объясняют, что и кандидат был неправильный. Слабый был мэр, непопулярный и не способный собственный аппарат эффективно проконтролировать (по моим наблюдениям, чиновники в Самаре дружно голосовали против действующего градоначальника). Мол, в следующий раз выдвинем кого посильнее. Однако Георгий Лиманский пробыл у руля в Самаре не год и не два, и если от него горожане и устали, то не больше, чем от подавляющего большинства точно таких же персонажей, возглавляющих остальные города и области нашей необъятной России.
Лиманский пробыл у руля в Самаре не год и не два, и если от него горожане и устали, то не больше, чем от подавляющего большинства точно таких же персонажей
Причина была лишь в том, что у населения вдруг возник шанс показать кузькину мать власти и оппозиции одновременно и вообще как-то выразить свое недовольство. Как только обнаружилось, что бюрократический аппарат не един, что часть городских чиновников сделала ставку на смену начальника, судьба Лиманского была предрешена. Получив хоть малейший шанс сменить местного хозяина, население им пользуется, даже если в глубине души подозревает, что новый хозяин будет ничем не лучше.
Похоже, поняли это и в Государственной думе. В конце концов, партия власти просто обречена поддерживать действующих начальников в большинстве регионов. Плохи они или хороши – не важно. Вообще не очень понятно, как в существующих условиях можно отличить сильного руководителя от слабого. Разве что сменив его на другого. А вдруг новый будет и того хуже?
Любая попытка «Единой России» сменить правящего мэра на «более сильного кандидата» вызовет публичный раскол власти в городе, такую бюрократическую междоусобицу, что мало не покажется. Но, поддерживая действующего градоправителя несмотря ни на что, партия власти рискует повторять самарский опыт снова и снова. Выбор не из приятных.
Раньше было просто: «Единая Россия» – за президента и власть, а кто недоволен – добро пожаловать в КПРФ или к либералам. Поскольку большинство из тех, кто действующую власть не любит, к либералам и КПРФ относится еще хуже, чем даже к этой власти, то выбор между плохим и многократно худшим всегда завершался в пользу плохого. Но что делать, если на сцене появляется еще одна лояльная партия, которая, наверно, не лучше «Единой России», но, по крайней мере, не намного хуже? Обыватель, почесав голову, решает, что можно попробовать чего-то новенького.
Дело тут даже не в соревновании между «Единой Россией» и странным блоком, который сооружен спикером Совета Федерации Сергеем Мироновым на основе Российской партии жизни. Проблема уже выходит за рамки межпартийной борьбы, поскольку создан прецедент, когда скрытые противоречия внутри бюрократического аппарата выходят наружу, превращаясь в публичную борьбу на выборах. Несмотря на повсеместно декларируемую «консолидацию», региональные элиты далеко не едины. Будут ли недовольные использовать партию Миронова против действующего начальника или, наоборот, опираясь на «Единую Россию», пытаться свалить своего шефа, заменив его «более сильным кандидатом», – совершенно не принципиально. Существенно то, что региональные выборы могут обернуться расколом власти на местах.
Это понимают даже мудрецы из Государственной думы. Вот почему в кулуарах этого почтенного заведения появилась идея о том, что выборы мэров надо вообще отменить. Ведь отменили же прямые выборы губернаторов! И что, протестовал кто-нибудь в регионах? Столичные политологи да кочевавшие по всей стране банды политтехнологов-гастролеров, они, конечно, были очень расстроены, потеряв заработок. А население русской провинции отнеслось к случившемуся совершенно спокойно.
Держу пари, что если бы жителям Самары месяца три назад объявили, что выборов не будет и мэром остается Лиманский, никакого бунта в городе бы не было, а социологи продолжали бы фиксировать стабильную поддержку местной власти народом и рассуждали бы об успехах «крепкого хозяйственника» (у нас все хозяйственники – крепкие).
Георгий Лиманский |
Никаких препятствий для того, чтобы отменить прямые выборы мэров – ни в действующем законодательстве, ни в общественном мнении, – не существует. Единственная проблема в том, что, по большому счету, выборы в Государственную думу и в законодательные собрания тоже не нужны, как и сами эти учреждения. Если они будут завтра закрыты и заменены какими-то административными совещаниями (типа советского партхозактива, только в капиталистической версии), этого не только никто особенно не заметит, но и не станет это серьезным нарушением наших прав и свобод. Ибо мало кто у нас в стране всерьез воспринимает депутатов как выразителей своих интересов. Можно, конечно, сходить на выборы и опустить бюллетень в урну, но если уж говорить о правах и свободах, то людей больше интересуют другие вопросы. Многих возмущает действующий Трудовой кодекс, люди готовы бороться против нового Жилищного кодекса, мы все хорошо помним, как был встречен закон о «монетизации» льгот. А выборы мэров и депутатов… Даже если наши депутаты и принимают убогие законы, это никак на их политической репутации не отражается. Ибо депутатов страна воспринимает как таких же государственных чиновников, только очень дорогих, катастрофически неэффективных и почему-то выборных. Поскольку они, по общему мнению, в свою очередь, подчинены невыборному правительству (или губернаторам), то зачем вообще нужно народное голосование, в сущности, непонятно.
Единственная выборная должность, которая действительно имеет авторитет в стране, – это должность президента. Да и то не потому, что она у нас выборная. Просто все понимают, что другим способом президента сделать нельзя. Но поддерживают президента не за то, что «сами его избрали», и даже не за то, что во время его правления жизненный уровень немалого числа людей реально повысился. Просто, как выразился мой попутчик в поезде, доставлявшем нас из Петербурга в Москву, «личность президента священна, как флаг, гимн и герб, критиковать президента – это то же самое, что изменить Родине». У страны должен быть лидер. Страну рождения не выбирают. Лидера выбирают. Но в этом единственное различие.
Поскольку подобного авторитета у чиновников нет, а ненавидеть своего непосредственного начальника для нас так же естественно, как и любить Родину, то для всякого бюрократа спасение в том, чтобы перенести на себя хоть частичку президентского авторитета, продемонстрировав, что являешься необходимой и незаменимой шестеренкой в механизме государства Российского.
Шестеренки и гайки не выбирают. Их закручивают.
Российская политическая система становится все более упорядоченной и по-своему эффективной. В ней есть только одно слабое звено: выборы.