В конце января 1898 года краса и гордость ВМФ США – новенький броненосный крейсер «Мэн» вошел в порт Гаваны. Его задачей было устрашить кого потребуется и оказать помощь американским гражданам, если она им понадобится – в кубинской столице происходило восстание против испанских властей.
Три недели спустя около 10 часов вечера на крейсере прогремел взрыв, судно затонуло, погибли 266 человек – две трети экипажа. Общественное мнение в США, где борцам за независимость Кубы глубоко сочувствовали, было убеждено – это испанская диверсия. Так президент Уильям Мак-Кинли начал испано-американскую войну, которой прежде пытался избежать.
Конфликт продлился около пяти месяцев, включал в себя бомбардировки кубинского Сантьяго и осаду филиппинской Манилы – и стал первой войной, запечатленной на кинопленку. А закончился полным разгромом Испании, что привело эту страну к массовой депрессии и кризису национального сознания, подобном тому, который Россия пережила в девяностые
Много лет спустя наиболее вероятной причиной трагедии «Мэна» назовут случайный пожар в угольном погребе, из-за которого сдетонировали пять тонн пороха. Эта версия возникла в первые же дни после взрыва, но американская «партия войны» успешно ее заболтала.
Так США получили в свое распоряжение Кубу, к которой присматривались уже полвека, Филиппины, Гуам и Пуэрто-Рико – остров (точнее, группу островов – один большой и несколько маленьких), при захвате которого силами десанта погибло всего пять американских солдат.
Судьба этих территорий сложилась по-разному. Куба получила независимость сразу, Филиппины – после Второй мировой войны, а «свободное ассоциированное государство Пуэрто-Рико», вопреки своему же названию, остается подчиненной США (конкретно – Конгрессу США) территорией, почти колонией, одной из последних в своем роде. Гуам тоже, но он далеко, и там живут всего 150 тысяч человек, а Пуэрто-Рико почти рядом – в 1200 километрах от Кубы, и там более трех миллионов жителей, уточнение статуса которых явно затянулось.
Средний пуэрториканец – католик, говорит по-испански, живет в Сан-Хуане и окрестностях – местной столице, побратиме российских Ессентуков и втором по древности городе Америки из числа основанных европейцами (старше только Санто-Доминго в соседней Доминикане).
Он потомок креолов и рабов, завезенных на местные плантации табака и кофе, земляк Рики Мартина, Дженнифер Лопес и Бенисио Дель Торо, считает своим национальным головным убором сомбреро, а национальным символом лягушку коки – мелкую древесную амфибию, которая «зайцем» пробралась в тропическую часть самих США, размножилась и теперь сбивает там цену на недвижимость своими громкими криками по ночам.
Он гражданин США и расплачивается американскими долларами, но зарабатывает их почти вдвое меньше, чем средний американец. Поэтому пуэрториканцы массово переезжают на «большую землю», что сделало их родину мировым рекордсменом по оттоку населения – там пустеет быстрее, чем даже в Прибалтике.
Постепенное превращение в остров пенсионеров, огромные долги и невозможность девальвировать валюту привели к тому, что в августе 2015 года Пуэрто-Рико объявил о банкротстве, а местные политические и общественные организации стали с утроенной энергией призывать к тому, чтобы изменить унизительный статус родины и принять ее в состав США в качестве 51-го штата.
Есть, конечно, в Пуэрто-Рико и носители альтернативного мнения, собственные сепаратисты и даже революционеры. Один из наиболее известных – Филиберто Охеда Риос – был убит в перестрелке с агентами ФБР.
Всего на острове было шесть референдумов о самоопределении, последний – одновременно с президентскими выборами в США 2020 года, в которых пуэрториканцы участия не принимали (это один из главных примеров ущемленности их статуса). Из-за скандалов, которые последовали за поражением Дональда Трампа, на результаты плебисцита мало кто обратил внимание, благо они были предсказуемы. Формулировки вопросов на референдумах разнились, пропорции результатов тоже, но большинство населения Пуэрто-Рико всегда голосовало за превращение в 51-й штат.
Категорически против такого исхода дела выступает Республиканская партия США. Официально потому, что этот процесс потребует крупных расходов на подключение пуэрториканцев к федеральным программам и перекладывание их долгов на американские плечи. Деньги серьезные, можно верить.
Но есть и вторая причина, менее официальная, зато такая, по которой президент Джо Байден никаких денег не пожалеет, чтобы задавить гидру «трампизма» (кстати, сам Трамп со свойственной ему непосредственностью предлагал продать Пуэрто-Рико).
Став жителями не территории, а штата, пуэрториканцы начнут голосовать на президентских выборах и получат полноправное представительство в Конгрессе. Следует ожидать, что в массе своей они будут поддерживать демократов из-за своего испаноязычия и преимущественно левых настроений в обществе. В итоге демократам достанутся несколько дополнительных голосов выборщиков и кресел в Палате представителей, что для республиканцев крайне неприятно, но все-таки не смертельно, но дополнительных сенаторов-демократов (их всегда по двое, сколь бы велик или мал ни был штат) система сдержек и противовесов США в ее нынешнем виде грозит не пережить.
Именно к этому идет сейчас Америка – к установлению однопартийного правления под лозунгом защиты от мятежников, белых националистов и прочего «отвратительного наследия», которое приписывается Трампу. Примерно так же поступили янки, разгромив южан в гражданской войне: отвратительный институт рабства из страны, конечно, выкорчевали, но при этом ее превратили в коррумпированную диктатуру, где тон задавали военные (в первую очередь президент-генерал Уиллис Грант).
Параллельно будет идти процесс предоставления гражданства нескольким миллионам нелегальных мигрантов – еще одной электоральной базы Демократической партии, которая еще как минимум два года будет контролировать и Белый дом, и Сенат, и Палату представителей. Как только мигрантов из Латинской Америки станет достаточно, чтобы второй по величине штат Техас перешел в руки демократов, их кандидат станет выигрывать каждые президентские выборы.
Всё это стало возможным благодаря проигрышу Трампа и тому, что довыборы в Сенат от штата Джорджия совершенно неожиданно и впервые за много лет выиграли демократы, заполучив в ключевом политическом органе Америки большинство в один голос (это голос председателя Сената – вице-президента Камалы Харрис).
Сейчас американцев постепенно приучают к той мысли, что штурм Конгресса «трампистами» дает демократам моральное право на то, чтобы сломать политическую систему страны через колено и застраховаться от возвращения в Белый дом Трампа или кого-то из его единомышленников.
Кажется, это вопрос уже решенный, и скоро споры будут вестись только о том, с чего бы начать укрупнение США – с Вашингтона (так будет дешевле) или все-таки с Пуэрто-Рико (так проще, кроме того, это «моральный долг»). Республиканцам (да и американцам вообще) в такой ситуации не позавидуешь, а вот «остров невезения» все-таки вытащит счастливый билет: прощание со статусом полуколонии и долларовый поток из федерального бюджета помогут ему лучше соответствовать своему названию, переводящемуся с испанского как «богатый порт».