Пекин наконец объяснил, за что арестовал главу Интерпола Мэн Хунвэя. «Хунвэй подозревается в нарушении закона. В настоящее время государственный комитет по надзору проводит расследование в его отношении», – туманно сообщили поначалу в центральной комиссии ЦК КПК по проверке дисциплины.
Госкомитет по надзору – это сравнительно новое ведомство в Китае, он был создан в марте и имеет антикоррупционную направленность, из чего можно было сразу предположить, какого рода обвинения предъявлены Хунвэю. Новый орган сначала ведет самостоятельное расследование, а потом передает дела на рассмотрение в прокуратуру и вправе содержать подозреваемого под стражей без предъявления официальных обвинений сроком до шести месяцев.
Полную ясность в дело внесло в понедельник министерство общественной безопасности Китая, официально заявив, что Мэн Хунвэй подозревается в коррупции.
Напомним, началась эта история не менее загадочно – в пятницу власти Франции начали расследовать исчезновение президента Интерпола, который проживал с семьей в Лионе (именно там расположена штаб-квартира организации). Мэн Хунвэй в конце сентября поехал в Китай и больше не выходил на связь.
О его пропаже сообщила супруга, которая с детьми осталась в Лионе. Она рассказала, что 25 сентября, перед исчезновением, муж прислал ей сообщение со словами «Жди моего звонка», а через четыре минуты еще одно, с фотографией ножа. По словам женщины, так супруг сообщил ей, что находится в опасности.
Позднее стало известно, что представители дисциплинарного ведомства КНР забрали 64-летнего чиновника, который также занимает должность замминистра общественной безопасности Китая, на допрос сразу же после его прибытия в страну.
Семье Хунвэя во Франции предоставили охрану. Сам же он в воскресенье направил заявление об отставке с поста главы Интерпола, которое вступило в силу немедленно. Исполняющим обязанности главы станет представитель Южной Кореи Ким Чен Ян, а нового президента ведомство изберет на заседании в Дубае 18–21 ноября.
Мэн Хунвэй родился в ноябре 1953 года в Харбине. Окончил юридический факультет Пекинского университета. Политическую деятельность начал в 1972 году.
«Мэн Хунвэй – бывший замминистра общественной безопасности КНР. На протяжении длительного времени он был крупным функционером в Китайской правоохранительной системе, делал там карьеру», – рассказал в комментарии газете ВЗГЛЯД старший научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Василий Кашин.
Работал на различных должностях в министерстве общественной безопасности, в том числе директора отдела патрульной полиции, гендиректора департамента контроля дорожного движения, помощника министра и вице-министра. Он также занимал посты зампредседателя Национальной комиссии по контролю над наркотиками, директора Национального управления по борьбе с терроризмом, гендиректора береговой охраны и был членом китайского совета региональной контртеррористической структуры Шанхайской организации сотрудничества.
В ноябре 2016 года Мэн Хунвэй был избран главой Интерпола (до этого возглавлял национальное бюро организации в КНР).
Как отметил в комментарии газете ВЗГЛЯД заведующий отделом востоковедения НИУ ВШЭ Алексей Маслов, многие тогда посчитали, что это произошло в результате крупной лоббистской операции, и критиковали решение о его назначении. Ожидалось, что он будет продвигать китайские интересы, например, требовать возвращения китайских диссидентов на родину через механизмы Интерпола.
Официальный представитель МИД Китая Лу Кан заявил, что Пекин продолжит сотрудничество с Интерполом и будет оказывать всю необходимую помощь организации в борьбе с преступностью.
Что же касается расследования в отношении экс-президента Интерпола, то оно «будет проведено в полном соответствии с китайским законодательством», заверил Лу Кан. По его словам, «случай с Мэн Хунвэем является яркой демонстрацией борьбы с коррупцией в КНР» и «любой может быть наказан в соответствии с законом, если он его нарушит».
Вместе с тем в дело о коррупции, как ни странно, не слишком поверили даже в самом Китае. Политический обозреватель Чжан Лифан предположил, что, будь это «простое коррупционное дело», китайской стороне не пришлось бы «прибегать к таким мерам» и за задержанием стоит «нечто большее». Пекин не рискнул бы «потерять лицо на международной арене», если бы это не было «чем-то срочным», уверен эксперт.
Директор Китайского института при Лондонской школе восточных и африканских исследований Стив Цанг указал, что решение о задержании главы Интерпола должно было приниматься на самом высоком уровне руководства Китая.
С приходом к власти Си Цзиньпина в 2013 году в Китае идет мощнейшая чистка госаппарата, причем министерства общественной и государственной безопасности были затронуты в полной мере, рассказал Василий Кашин. В этих системах был осужден целый ряд высокопоставленных руководителей, и вот одним из них теперь стал и Мэн Хунвэй, считает эксперт.
Как полагает Кашин, в многочисленных антикоррупционных расследованиях Китая всегда присутствует элемент борьбы за власть, тем более если они касаются такого высокопоставленного человека.
«Китайцы в принципе не любят выносить сор из избы, и если бы вскрылись просто какие-то банальные прошлые коррупционные нарушения, то они, скорее всего, предпочли бы их замять»,
– отметил он.
«Возможно, Мэн Хунвэй каким-то недопустимым образом вел себя на посту директора Интерпола. Для Китая крайне важен вопрос экстрадиции сбежавших за рубеж китайских коррупционеров, и китайское правительство довольно успешно их преследовало. Возможно, выяснилось, что он оказывал кому-то протекцию или предупреждал. А может быть, сливал куда-то информацию», – предположил эксперт.
«Четкого понимания, в чем заключается коррупция, нет. По сообщениям, он лоббировал ряд компаний, которые ему были близки, в том числе принадлежали его дальним родственникам. Но по заявлениям китайской прессы очевидно, что речь на самом деле идет о более серьезных нарушениях. Есть намеки, что все это делается с одобрения Си Цзиньпина», – отметил в свою очередь Алексей Маслов.
Китай прекрасно понимает имиджевые издержки, которые понесет в связи с арестом, и случившееся говорит о том, что ему предъявлено очень серьезное обвинение, указал собеседник. «Возможно, были поползновения абсолютной утраты лояльности по отношению к Китаю и правящей партии. Думаю, больше ждать было нельзя», – подытожил Маслов, добавив, что Китай мог опасаться невозвращения чиновника на родину или бегства в другую страну.