Не успел позабыться скандал, связанный c заявлениями пожилого поэта по кличке Орлуша о финансировании вооруженных сил Украины, как разгорелся новый – по поводу аналогичных действий известного адвоката и бывшего знатока «Что? Где? Когда?» Ильи Новикова. У себя в Facebook* защитник осужденного к условному сроку студента ВШЭ Егора Жукова написал, что к полученному от клиента рублю он добавит еще 99 999 и перечислит их ЗСУ (вооруженные по-украински – «збройные», остальные два слова идентичны русскому языку).
Возмущение патриотически настроенных комментаторов текстуально и содержательно мало отличается от ранее высказанных фраз в отношении пожилого поэта по кличке Орлуша, поэтому цитировать их детально большого смысла нет. Судя по тому, что против Орлуши никаких уголовных дел до сих пор не возбуждено, финансирование ВСУ как не являлось, так и не является противозаконным в России, речь только о морально-этической стороне дела.
Проукраинская позиция Новикова – не новость. Он с большим воодушевлением защищал убийцу Надежду Савченко, проделавшую за четыре года путь от первого номера в списке блока Юлии Тимошенко через заключение по подозрению в намерении обрушить купол Верховной рады выстрелом из гранатомета до восьми голосов на выборах по одномандатному округу. Он является действующим адвокатом Петра Порошенко, и понятно, что в этом случае он работает не за рубль, а за более серьезные деньги. То есть, скорее всего, деньги, которые он добавил к рублю, полученному от Егора Жукова – порошенковские.
Новиков говорит по-украински, имеет лицензию на адвокатскую деятельность на Украине и может называться «политическим украинцем» с гораздо большими основаниями, чем пожилой поэт по кличке Орлуша. Так что еще раз подчеркнем, нет совершенно ничего странного в том, что политический украинец на полученные от бывшего украинского президента деньги финансирует украинскую армию.
Странно другое – то, что он при этом является гражданином России и работает в нашей стране. Лишить гражданства Новикова невозможно – он его приобрел по рождению. Адвокатскую лицензию «за оппозиционность» тем более не отбирают, только за реальные нарушения закона, как это было с Алексеем Навальным.
Кроме того, непонятно, почему большинство комментаторов обратили внимание именно на финансирование ВСУ. Новиков написал куда более интересные вещи, оценивать которые с точки зрения закона – не наше дело, но они заслуживают анализа гораздо больше, чем совершенно неоригинальное и вторичное перечисление денег убийцам мирных жителей Донбасса.
Во-первых, Новиков походя оскорбил своих же единомышленников – либералов, которые осмелились испытывать положительные эмоции по поводу условного срока для Егора Жукова. «Условный срок – облегчение для семьи Егора, но если кто-то считает, что за него мы должны испытывать благодарность и радоваться, то вы там больные ублюдки, конечно».
Этот пассаж возмутил активистку Светлану Шмелеву, которая уже более года регулярно выходит на одиночные пикеты с требованием обмена всех украинских заключенных в России на всех российских заключенных на Украине: «Уважаемый Илья, ваш аккаунт не взломан? Вы в действительности считаете «больными ублюдками» всех тех, кто радуется и испытывает благодарность обществу?». Ответа от адвоката не последовало, проукраински настроенные комментаторы обвинили Шмелеву в плохом владении русским языком и непонимании глубокой мысли Новикова.
Во-вторых, адвокат написал, что в отличие от своего подзащитного Жукова, который говорит об «эффективности ненасилия», сам Новиков как раз верит в эффективность насилия. Поэтому «для того, чтобы одни могли мирно протестовать 198 способами Джина Шарпа и не оказываться после каждого протеста в каталажке с переломанными ребрами, где-то недалеко от них хорошо бы быть некоторому числу других, кто готов стрелять и сам лезть под выстрелы».
Это, собственно, то, о чем писала в своем нашумевшем посте в Telegram с осуждением слишком мягкого приговора Егору Жукову телерадиоведущая Анна Шафран: «В результате будет как на Украине, где стильные студенты митинговали на майдане, а их обученные и экипированные ровесники тем временем шли на штурм администрации президента». И вот тут возникает несколько вопросов.
Новиков однозначно обуславливает перечисление денег на нужды ВСУ желанием, чтобы в России появились те, кто готов стрелять и лезть под выстрелы. Потому что «если их нет поблизости, то за это всегда приходится расплачиваться дополнительными разбитыми ребрами и головами мирных и даже совсем посторонних».
Отметим, что в событиях Евромайдана ВСУ ни малейшего участия не принимали. Украинских милиционеров, а также «мирных и даже совсем посторонних» убивали боевики «Правого сектора*» и других экстремистских организаций, на основе которых потом были созданы карательные «добровольческие батальоны». Некоторые из этих батальонов (например, «Азов») позднее были признаны экстремистскими и преступными не только в России, но и на Украине и даже в США.
Получается, что Новиков, перечисляя деньги ВСУ, на самом деле имеет в виду, что поддерживает украинские добробаты? Или это он намекает российским боевикам, воевавшим на стороне ВСУ (есть и такие), что им нужно возвращаться в Москву и штурмовать здания госорганов, как это делали их украинские единомышленники в то время, пока идеологические братья Егора Жукова из Киево-Могилянской академии мирно жгли покрышки и ели печеньки на Майдане?
Или он без всяких намеков, напрямую, призывает ВСУ отправить диверсионные отряды в Москву, чтобы они стреляли и лезли под выстрелы, пока Егор Жуков и его подельники мирно перекрывают Тверскую улицу?
Пожалуй, подобные вопросы должны задавать не журналисты, но что-то подсказывает, что никаких юридических неприятностей для адвоката Новикова, как и для пожилого поэта по кличке Орлуша, эти заявления не повлекут. Один продолжит гастролировать по России и Украине со своими рифмованными строчками, другой продолжит защищать украинского президента и российских оппозиционеров.
В этом принципиальное отличие нашей страны от Украины, где неудачно сказанные слова о легких симпатиях к России могут стоить карьеры, обернуться уголовным делом и даже стоить жизни, как это было с писателем Олесем Бузиной, чьи убийцы до сих пор гуляют на свободе. Не говоря о положительном отношении к российской армии – это на Украине однозначная и быстрая уголовка.
В России можно с утра до вечера искренне восхищаться карателями из ВСУ и добробатов, перечислять им деньги, а также клясть всеми словами отечественный «тоталитарный режим», который «душит свободу слова». Отсутствием свободы слова можно круглосуточно возмущаться на телеканале «Дождь», на радио «Эхо Москвы», в «Новой газете», в бесчисленных отечественных и иностранных русскоязычных интернет-изданиях, а также в соцсетях. Никаких последствий и даже наоборот – любовь экзальтированных оппозиционных дев и юношей возраста от школьного до глубоко пенсионного гарантирована.
Ограничений для оппозиции в России вообще крайне мало: ничем не кидаться в полицейских и не пытаться следовать установкам Джина Шарпа.
Но свобода почему-то все равно на Украине.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ