После 2014-го все более-менее дружественные к нам государства Евросоюза можно было пересчитать по пальцам одной руки. Австрия, Венгрия, Словакия (при предыдущей власти), Хорватия, Греция – вот пальцы и кончились. Правда, был еще дружественный Кипр, но там тоже греки живут.
Теперь друзей не осталось, Еврокомиссия за этим строго бдит. Единственное исключение – ненавистный все той же Еврокомиссии венгерский премьер-министр Виктор Орбан, но он, прежде всего, друг самому себе.
Австрия занимает в отношении спецоперации ВС РФ жесткую позицию, правда, не пытается бежать впереди брюссельского паровоза и не отказывается от диалога с Москвой. Канцлер Карл Нехаммер даже прилетал в Россию для очного разговора с Владимиром Путиным. Возможно, в ЕС выбрали «гонцом» именно его, ориентируясь на то, что глава российского государства свободно говорит по-немецки.
Кипр лишний раз не напоминает о себе и не проявляет инициативы, в основном просто проштамповывает все антироссийские проекты ЕС. Правда, против идеи с запретом на покупку россиянами недвижимости в Евросоюзе киприоты все-таки восстали – им бы она обошлась особенно дорого.
В Словакии все усложнилось после смены там власти в 2020-м, а теперь и она, и Хорватия, и Греция удостоились особой чести повторного внесения в российский список недружественных государств – сначала как часть ЕС, потом персонально (так сказать, с ужесточением приговора).
Греков это впечатлило (если судить по реакции в греческих СМИ). А еще больше их впечатлило высказывание российского посла в Афинах Андрея Маслова. Он констатировал, что отношения двух стран полностью разрушены, всякое сотрудничество между ними прервано, даже контакты отсутствуют.
Одних эллинов, считающих, что отношения с Россией для Греции важны (по разным причинам – от экономических до исторических), это расстроило. Других возмутила ремарка Маслова «Россия ничего плохого для Греции никогда не делала». Русофобский мейнстрим с этим категорически не согласен.
В том, что Греции удалось обрести независимость, есть определяющая заслуга России. Собственно, первый правитель Греции – Иоанн Каподистрия – до того служил главой МИД Российской империи. Но государственная пропаганда ныне построена на том, что помогали мы грекам неправильно и не вовремя, отчего многие эллины сложили свои головы (подробнее газета ВЗГЛЯД писала об этом здесь).
Что же касается «смерти отношений», то Маслов не драматизировал, как подумали некоторые, а констатировал медицинского типа факт. Сотрудничество, контакты и т. д. – все это стало невозможным даже технически после того, как Афины провели массовую высылку российских дипломатов. Так поступили и другие страны ЕС, население которых социологическое исследование Еврокомиссии определило как в значительной степени пророссийское.
Именно за этот шаг Афины удостоились особой чести стать дважды недружественными. Но в целом поводов для этого они дали более чем достаточно, в том числе и за последнюю неделю. За эту неделю премьер-министр Греции Кириакос Мицотакис заявил об отправке на Украину тридцати боевых машин пехоты и предоставил американцам доступ к порту Александруполис, чтобы упростить логистику поставок в ВСУ уже американских вооружений.
Другое дело, что радикальную, «ястребиную» позицию по отношению к спецоперации ВС РФ Мицотакис занял с самого ее начала. И не поколебался даже тогда, когда пророссийски настроенные греки вышли на акции протеста, в местах отгрузки оружия (то есть в портах) переходящие в забастовки.
Крупнейшая оппозиционная партия СИРИЗА пытается протестовать до сих пор. В последнем заявлении, посвященном тем самым бронемашинам, они отдельно подчеркнули «немыслимость» того, что «греческий народ узнал эту новость от канцлера Германии».
Во многом похожая ситуация в Болгарии, где тоже немало пророссийски настроенных людей, обернулась падением правительства. Но Мицотакис сидит в своем кресле крепко, его партия «Новая демократия» на прошлых выборах разгромила СИРИЗУ с большим запасом и впоследствии заметно «закрутила гайки» в области свободы слова – настолько заметно, что это заметили даже в Брюсселе, где своему любимцу Мицотакису еще и не такое прощают.
Например, в его правительстве есть несколько министров из числа ультраправых политиков, один из которых – глава министерства развития Спиридон-Адонис Георгиадис – к тому же зам Мицотакиса по партии.
Радикальные националисты во власти – это то, что Евросоюз готов терпеть только в случае полностью лояльных правительств, типа как в странах Прибалтики.
А вот если власть той или иной страны имеет при этом евроскепсис или пророссийский настрой – начнут штрафовать и заклеймят за возрождение нацизма. Ровно так с Грецией, хотя ее селебрити значительно радикальнее, чем, например, в Венгрии.
Было бы удобно и даже красиво объяснить политику Мицотакиса симпатиями к неонацистам из разгромленного в Мариуполе батальона «Азов», тем более что в нем есть (точнее были) этнические греки, которых Зеленский пригласил выступить вместе с ним по видеосвязи перед греческим парламентом. Левые из-за этого устроили истерику с обструкцией, соратники Мицотакиса сохраняли арийское хладнокровие.
Но в реальности Мицотакис не неонацист. Он – яркий представитель современной греческой аристократии, попавшей под влияние англосаксов и присягнувшей глобализму. Его отец тоже был премьер-министром и лидером той же самой, очень буржуазной по наполнению «Новой демократии», традиционно ориентированный на Лондон и с некоторых пор на Вашингтон.
Его жизнь не всегда была масленицей: родился нынешний премьер под домашним арестом. По иронии судьбы, его семья спаслась от режима «черных полковников», бежав из страны благодаря помощи исторического и нынешнего врага – Турции. Но после первого же прихода к власти почти полвека назад заняла ту геополитическую позицию, в которой пребывает сейчас – жесткое противостояние Москве в плотном альянсе при Мицотакисе-старшем – с британцами, а при Мицотакисе-младшем, закончившим Стэнфорт и Гарвард, – с американцами.
«Мы должны повторить, чтобы граждане понимали, что мы находимся в состоянии войны, Европа находится в состоянии войны», – заявляет Мицотакис-младший теперь, имя в виду то, что народу придется потерпеть последствия от противостояния с Россией.
То есть он даже на уровне самопозиционирования не «помогает Украине отразить российскую агрессию», как чуть более умеренные правительства ЕС. Он воюет с Россией.
«Воевать» ему с нами еще ровно год – до следующих выборов, которые «Новая демократия» с высокой долей вероятности проиграет коалиции левых сил.
Не стоит думать, что Мицотакис как премьер исключительно деструктивен, это не так. Он провел перезревшую миграционную реформу, приструнил радикалов, привлек в страну дополнительные инвестиции, удачно администрировал меры при пандемии. Но должно случиться чудо, чтобы зависимая от туризма и рынка услуг Греция после пандемии и «войны» не проголосовала бы за левые силы, авангард которых – СИРИЗА – «воевать» с Россией категорически не хочет.
Поэтому будет сидеть в окопах и не высовываться, передавая распоряжения штаба в Брюсселе. Предыдущий премьер – Алексис Ципрас из все той же СИРИЗА – в оппозиции был настолько радикален, что от него ожидали даже выхода из ЕС и НАТО, как минимум – развала еврозоны. В отношении России он вел себя прилично, но во всем, что касалось освобождения от атлантических обязательств, быстро скис.
Экономическая реальность такова, что без прямой помощи Брюсселя никакие социальные проекты в Греции невозможны – и те, что задумала СИРИЗА, и любые другие плюс-минус дорогостоящие. Известная поговорка, что в Греции все есть, лжива. Как минимум у нее нет денег, а потому нет выбора в том, что касается внешней политики.
Но если через год Мицотакис действительно уйдет, греки избавятся хотя бы от шизофрении. Потому как военные учения они проводят на случай атаки со стороны Турции, а воюет их власть, оказывается, с Россией.