В пятницу стало известно о том, что президент США Дональд Трамп в ходе беседы с казахстанским коллегой Нурсултаном Назарбаевым предложил перенести переговоры по Донбассу из Минска в Астану. Об этом сообщил сам Назарбаев после заседания Совбеза ООН. Главы Казахстана и США сошлись во мнении, что «Минск» зашел в тупик в связи с отсутствием взаимопонимания сторон. Назарбаев также поддержал проект введения в Донбасс миротворцев.
Заявлению лидера Казахстана предшествовали два важных события. Первое – визит Назарбаева в США, в ходе которого казахстанский президент вновь продемонстрировал свои качества посредника, в том числе в отношениях Вашингтона и Москвы. Второе – принятие накануне парламентом Украины закона о «реинтеграции Донбасса».
В этом законе, напомним, отсутствует упоминание Минских соглашений. Россия названа «агрессором», а республики Донбасса – «оккупированными территориями». Как отмечают эксперты, утвержденный формат «реинтеграции Донбасса» подрывает «Минск» в своей основе. Исходя из нового закона, Киев вправе не рассматривать Россию как страну – гаранта соглашений, а ДНР и ЛНР – как полноценных участниц контактной группы. В Донецке и Луганске расценили закон как правовую основу для начала украинской интервенции. При этом отмечалось, что решение Киева вызвало неудовольствие Запада.
Официальной реакции Киева на предложение о переносе пока не поступило – молчат и президент Петр Порошенко, и глава МИД Павел Климкин. Вице-спикер Верховной рады, постоянный участник минских переговоров Ирина Геращенко, к которой обратилась газета ВЗГЛЯД, отказалась от комментариев.
В Донбассе же к предложению Трампа отнеслись, скорее, иронично. «Конечно, мы готовы рассматривать любые предложения. Но от изменения места проведения переговоров вряд ли что-либо изменится», – сказал газете ВЗГЛЯД представитель ЛНР в политической подгруппе минской контактной группы Родион Мирошник. Эффект был бы, если США оказали бы давление на Киев как главный тормоз переговорного процесса, заметил собеседник. Но, добавил он, пока ситуация очевидна: «Иван Андреевич Крылов об этом писал в басне «Квартет»: как вы ни садитесь, все в музыканты не годитесь».
Единственное, чего пока удалось добиться Трампу, – раздражения нынешних «хозяев площадки».
Минск отреагировал со сдержанной обидой
Реакция Белоруссии на заявления Трампа и Назарбаева поступила быстро. Глава МИД республики Владимир Макей сказал, что переговоры по Донбассу не обязательно должны быть минскими, их «можно перенести хоть в Антарктиду». Но в словах министра сквозила досада. «В отличие от других, Белоруссия за лаврами миротворца не гонится», республика «не напрашивалась» на роль переговорной площадки, напротив, это страны «нормандской четверки» обратились к Александру Лукашенко, – цитирует ТАСС заявление Макея. Но конфликт в Донбассе – «конфликт в нашей семье... и мы кровно заинтересованы в его разрешении», добавил министр.
Белорусский политолог Алексей Дзермант отметил в комментарии газете ВЗГЛЯД:
«Это, конечно, серьезная дипломатическая потеря для Минска.
Площадка в Минске позволила нарастить международный вес в том числе властям Белоруссии, выступать в качестве миротворца и «донора безопасности».
По мнению эксперта, в целом реакция белорусского руководства будет «сдержанно-негативной»: «Если не смогли договориться в Минске, не договоритесь нигде!». В Москве также не увязывают перенос переговоров с их содержанием, точнее, с отсутствием такового.
Мотивы Трампа и Назарбаева ясны, но на суть не влияют
«Это предложение лишено с содержательной точки зрения какого-либо смысла», – заявил газете ВЗГЛЯД председатель комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев. «Успех переговоров зависит не от их места, а от настроя участников – либо договариваться, либо ссориться», – добавил сенатор.
Минск как площадка переговоров ничем себя не дискредитировал, но причина появления инициативы Трампа и Назарбаева понятна, отметил собеседник.
Для казахстанского лидера любое «мероприятие в Астане – подтверждение роли республики и того успеха, которым можно считать астанинский формат по Сирии», указал Косачев. По его словам, побудительный мотив Трампа также ясен:
«Американцам нужно сейчас обозначить, что без них в предыдущем формате ничего не получилось – ни в Минске, ни у «нормандской четверки».
Теперь они выходят на сцену, «такие красивые и все в белом», и все, дескать, будет по-другому – достаточно «пересесть».
Косачев добавил: если уж заниматься переносом места переговоров, то только по общему согласию, а для этого нужны три «да» – из Киева, Донецка и Луганска. В Донбассе, как было сказано выше, не готовы сказать «да».
«Минский формат очевидно пробуксовывает, и есть реальная опасность военной эскалации, может оказаться, что перенос переговоров станет «достаточно скверным пиаром» для Казахстана», – отметил в комментарии газете ВЗГЛЯД политолог Кирилл Коктыш, добавив, что Астана будет «ассоциироваться не с успешным регулированием сирийских проблем, а с развалом Минского формата». То, что он разваливается, более чем очевидно.
Три года прошло, «Минск» так и не заработал
Комплекс мер по выполнению Минских соглашений был принят в феврале 2015 года руководителями «нормандской четверки» – России, Германии, Франции и Украины. Документ также подписан представителями контактной группы (ОБСЕ, Россия, ДНР и ЛНР, Украина).
В «комплексе мер» прописано: незамедлительное прекращение огня на линии соприкосновения, отвод тяжелых вооружений, мониторинг режима прекращения огня. В первый же день после отвода войск требовалось начать политический и гуманитарный процесс.
В том числе предусматривались: местные выборы по украинскому законодательству и закону об особом статусе «отдельных районов Донецкой и Луганской областей»; амнистия и обмен пленными в формате «всех на всех».
Устанавливалась необходимость провести уже в 2015 году реформу конституции Украины с поправками о децентрализации и с учетом особенностей «отдельных районов» (что требовало согласования с представителями этих «районов»). Ни одно из требований, по сути, выполнено не было.
На линии соприкосновения почти ежедневно обстрелы и перестрелки. ДНР и ЛНР регулярно сообщают о перемещениях тяжелой украинской техники. Обмен пленными затруднен. Мониторинг потерял смысл после того, как по вине Киева парализована работа СЦКК. Закон об амнистии не принят, закон об особом статусе Донбасса не принят, прямых контактов между Киевом и лидерами Донбасса нет; поправки о децентрализации носят откровенно формальный характер. Киев настроен на завершение длящегося с 2014 года «окопного противостояния», о чем говорят требования поставить западные летальные вооружения.
Вашингтон, с одной стороны, дал добро на поставки «Джавелинов», с другой – активно включается в процесс посредничества. США остались за рамками «нормандско-минского процесса». Но весь прошлый год Москва и Вашингтон (с привлечением Киева) обсуждали варианты введения в зону конфликта миротворцев под эгидой ООН или ОБСЕ. Администрация Трампа предлагала свой вариант, называла предложения Кремля «интересными», признавала роль России и удерживала Киев от выдвижения своего варианта. Процесс застопорился также по вине Украины. Теперь проект введения миротворцев поддержал Казахстан.
Но эксперты прогнозируют, что «Минск» будет окончательно похоронен. Кирилл Коктыш отмечает: официально прекратить соглашения нельзя, «тем более их не могут прекратить США, учитывая, что они не являются участниками». Но «сорвать мирный процесс при всей его хрупкости и переместить ситуацию в эскалацию», – та ставка, которую делает военное лобби, сосредоточенное вокруг главы Пентагона Джеймса Мэттиса. Белорусский политолог Алексей Дзермант прогнозирует ухудшение ситуации в Донбассе, о чем говорит решение США о летальных поставках и принятие Киевом «закона о реинтеграции». «Под президентские выборы в России «ястребы» в окружении Трампа и на Украине, скорее всего, будут играть на обострение», – считает Дзермант.