Вспоминая события прошлого года сегодня, понимаю, что присоединение ДНР к России 30 сентября 2022 года я воспринял двояко. Первое – это осознание ситуации сквозь призму разума: я понимал, что произошло событие, которое предопределило судьбу республики и ее жителей на сотни лет вперед. Случилось то, чего желало большинство жителей Донбасса с 2014 года, а многие еще с 1991 года. Ведь за воссоединение с Россией люди голосовали на референдуме 11 мая 2014 года, хотя в самих бюллетенях такой вопрос не значился. Но тем майским днем плебисцит о независимости Донбасса рассматривался как первый шаг на пути, который на тот момент уже прошел Крым.
Тогда никто не мог подумать, что путь республик Донбасса в Россию затянется на долгие восемь лет. Мечтали, что в тот день, когда Россия заключит Донбасс в свои объятия, закончатся все несчастья жителей региона, закончатся обстрелы и смерти – и начнется новая счастливая жизнь. Так полагали многие, в том числе и я. Отсюда и вторая плоскость восприятия прошлогодних событий – сквозь призму эмоций. Было чувство обиды, цель казалась достигнутой, мы – часть России, а обстрелы города продолжаются.
Кроме этого, был и чисто субъективный фактор: именно 30 сентября я узнал о гибели донецкого журналиста Алексея Ильяшевича (погиб он раньше, но узнал я именно 30 сентября). Он был хороший, светлый человек. Вообще очень тяжело, когда узнаешь о смерти знакомого человека, особенно если он значительно младше тебя.
И нельзя забывать, что год назад сильное влияние на мироощущение дончан еще оказывали события, произошедшие в Харьковской области в начале сентября. Был страх, что если ВСУ будет сопутствовать удача, то украинские каратели могут зайти и в Донецк. Тем более, что вся украинская пропаганда работала на запугивание жителей Донбасса, Таврии и даже Белгородской области. Кроме того, в сентябре 2022 года головы подняли «спящие» – проукраински настроенные жители Донецка. Они не скрывали своей радости. И это речь только о «болтунах», я уже молчу о тех, кто сотрудничает с украинскими спецслужбами. Также проукраинские «ждуны» очень радовались событиям 23-24 июня этого года, надеялись, что в России с мятежа Пригожина начнется гражданская война и фронт против Украины рухнет. Именно поэтому, кстати, многие поддерживают введение военной цензуры на территории ДНР – она необходима во всех приграничных регионах, где кроме борьбы с вражеской агентурой нужно выявлять и представителей пятой колонны.
После возвращения в Россию у нас в Донецке изменилась ситуация и чисто в бытовом смысле. В первую очередь это частичное разрешение ситуации с подачей воды в город – благодаря запуску водовода «Дон – Донбасс». Сейчас вода в квартирах и домах дончан бывает почти каждый день по вечерам, хотя формально график подачи воды «через день» не отменен, а подача воды по графику «каждый день» производится официально в тестовом режиме. Проблемы с подачей воды на верхние этажи в некоторых многоэтажках еще есть, но они решаются. Да, конечно, это не полноценное круглосуточное водоснабжение и все еще нет подачи горячей воды. Но это разительно контрастирует с тем, что было в 2022-м. Тогда людям приходилось в лучшем случае носить воду из «врезок» и подвалов или стоять в очередях за водой, которую привез автомобиль-водовоз. А потом таскать эти ведра и пластиковые бутыли домой, брать новые и делать еще несколько ходок. Помню, в 2022 году мой друг был неподдельно счастлив, когда в котельной смог набрать ржавой воды. В его районе ситуация с водой была очень тяжелой, а санузел воды требовал постоянно. Речь не о питьевой, о простой технической воде. На питьевую же воду цены были астрономические. На моей памяти, литр воды на разлив доходил до шести рублей. Пока не вмешались власти республики. Сейчас потолок на продажу разливной питьевой воды – три с половиной рубля.
А как прошел отопительный сезон 2022-2023! Воду в котельные привозили машины-водовозы. И не дай Бог, если где-то прорвет трубу с драгоценной водой! Людям, которые никогда не испытывали проблем с водой, не понять, какое это благо, когда не думаешь, чем смыть унитаз, помыть посуду, и не размышляешь, что лучше сегодня: помыться или оставить воду про запас.
Еще в городе проводится масштабнейший ремонт разрушенных обстрелами зданий. В квартирах и домах, остекление которых пострадало от украинской артиллерии, ставят новые окна и стекла. Ремонтируют дороги. Недалеко от моего дома отремонтировали пострадавшую от обстрелов школу. Строители работали днем и ночью в буквальном смысле. Причем там был полный интернационал, люди были из многих регионов России, различных национальностей, немало было выходцев из Средней Азии. Один рабочий сказал мне, что ему совесть не позволяет халтурить при такой работе, видя, в какой ситуации находится город и как тяжело его жителям. А еще один строитель из Таджикистана говорил о планах переселиться в Донецк после войны и перевезти сюда семью. Очень ему понравилась столица Донбасса. Новые дороги на многих улицах Донецка сейчас такого хорошего качества, что даже скептически настроенные автомобилисты вынуждены признать, что во времена Украины о таком никто и мечтать не мог. Но ремонтные работы в Донецке – это мелочь по сравнению с тем, какая масштабная стройка идет в Мариуполе. Все дончане под впечатлением от этого грандиозного строительства – некоторые кварталы города, пострадавшего от боевых действий, возводят с нуля.
Люди, которые построили в сжатые сроки водовод, обеспечили отопление в городе, где почти не было воды, отстраивают Донецк, Мариуполь и другие города Донбасса, зная, что могут попасть под обстрел вражеской артиллерии, совершили и совершают истинный трудовой подвиг.
Оглядываясь на год назад и видя события, которые происходят сейчас с Арцахом, приходишь к пониманию, что в феврале–сентябре 2022 года российское руководство, в отличие от армянского, совершило мужественный шаг: несмотря на давление Запада сначала не позволило нацистскому украинскому режиму уничтожить республики Донбасса, а затем и вовсе приняло ЛДНР в состав Российской державы.
И теперь это навсегда.