После того как 21 мая закончился срок конституционных полномочий президентства Владимира Зеленского, Украина вошла в кризис легитимности вроде того, который возник после государственного переворота 2014 года. Президента то ли нет вообще, то ли их целых два, а единственным легитимным органом власти является парламент (Верховная рада).
И это, разумеется, сразу заметили в России. 24 мая российский президент Владимир Путин публично заявил, что рассматривает Зеленского в качестве нелегитимного президента. Подразумевалось, что в этой связи Зеленский не может представлять Украину на каких-либо переговорах в будущем.
Зеленский ответил, что его вопрос легитимности не очень интересует. Что, в общем-то, вполне рационально – поскольку Украина не обладает полным суверенитетом, легитимность ее руководителей должна беспокоить тех, кто осуществляет внешнее управление этой страной.
И вот 28 мая Владимир Путин уточнил: «По законам Украины верховная власть после истечения президентских полномочий должна быть передана спикеру парламента. Конституция Украины предусматривает продление полномочий только Верховной рады, про президента ничего не сказано. Единственной легитимной властью на Украине остаются Верховная рада и ее спикер».
Для бодипозитивного спикера Верховной рады Руслана Стефанчука это заявление явно стало ударом под дых. Раньше ведь «зрадником» (предателем) в глазах украинской «патриотической общественности» был только глава офиса президента Ермак, которого подозревали в срыве «дела вагнеровцев», но его по крайней мере не подозревали в намерении подсидеть Зеленского. А тут из Кремля прямо предлагают занять пост украинского президента, пусть и в статусе и. о. … Скандал!
Именно поэтому Стефанчук немедленно отрекся от новых карьерных перспектив. «Президентом Украины и до завершения военного положения будет оставаться Владимир Зеленский. И все это согласно конституции и законам Украины», – уверяет Стефанчук.
Оставим на совести Стефанчука трактовки украинского законодательства. Важно то, что в реальной системе власти, выстроенной на Украине, Стефанчук как политик и функционер мало что значит. Пока спикером Верховной рады был умеренный и аккуратный Дмитрий Разумков, сохранялась какая-то видимость самостоятельности и независимости законодательной власти.
После его отставки реальные рычаги управления в Верховной раде перешли не к Стефанчуку, а к координатору фракции «Слуга народа» Давиду Арахамии и уже упомянутому Андрею Ермаку.
Кстати говоря, Верховная рада, в общем-то, тоже просроченная – выборы должны были состояться 29 октября прошлого года. Сейчас полномочия депутатов продолжены благодаря тому, что это специально оговорено в законодательстве (в отличие от президента). Тем не менее чисто юридически Рада еще правомочна.
Разумеется, целью российского президента не было ввести в состояние эмоционального потрясения украинского спикера или спровоцировать очередной тур борьбы за власть в окружении Зеленского. Стоит предположить, что заявление Путина должны услышать прежде всего не представители украинской власти, а силы, которые реально управляют этой территорией. Потому сказано российским лидером было не только о легитимности Верховной рады, но и об актуальных задачах украинской власти:
«Задумка сегодняшних хозяев Украины, они находятся за океаном, заключается в том, чтобы возложить на действующую сегодня исполнительную власть бремя принятия всех непопулярных решений. После принятия (…) непопулярных решений действующих сегодня как бы «представителей исполнительной власти», их, я думаю, заменят на людей, на плечах которых не будет этой ответственности за принятые непопулярные в народе решения, их просто поменяют и все».
Это выглядит как прямая и конкретная постановка вопроса для Запада. Мирные переговоры с Украиной, включая обсуждение «непопулярных» решений, касающихся в том числе выполнения поставленных Россией условий СВО, могут вестись только с легитимным руководством Украины. Попытки подсунуть соглашения с просроченным Зеленским рассматриваться не будут.
Кстати, Стефанчук как переговорщик, помимо легитимности, имеет и другие достоинства. В частности, ему нечего терять – видимый рейтинг у него отсутствует (по данным опроса Киевского международного института социологии, президенту Украины в декабре прошлого года доверяли 62% опрошенных, а Раде – 15%), политические перспективы связаны с перспективами Зеленского, которых тоже нет. Зато есть шанс сделать что-то полезное для страны и мира и спрятаться от гнева националистов на Западе, а то и в России.
Наряду с достоинствами, правда, есть и недостатки. Во-первых, он представляет тот самый киевский режим, который довел Украину до текущего кризиса. Во-вторых, спикер политически несамостоятелен. В-третьих, отсутствие рейтинга не только плюс, но и минус – даже сравнительно здоровая часть украинского общества может отнестись к подписанным спикером соглашениям с недоверием.
России, безусловно, нужно иметь дело с новой легитимной украинской властью. Но ее нет и не будет до отмены военного положения, а чтобы его отменить, Украине надо прекратить военные действия.
Можно предположить, что процесс достижения соглашения Москвы и Киева будет разделен на две части. На первом этапе может быть достигнуто соглашение о прекращении огня, включающее гарантии украинской стороны по ряду политических вопросов (внеблоковый статус, проведение выборов с участием оппозиции и т. п.). Такое соглашение как раз и мог бы подписать Стефанчук. А постоянный мирный договор будет подписываться с уже безусловно легитимной украинской властью.
Ну и самое главное – надо помнить, что договор непосредственно с Украиной для России самостоятельной ценности не имеет. Речь идет о более широком соглашении о политическом урегулировании и гарантиях безопасности для нашей страны. Способность представить легитимную и договороспособную украинскую власть – один из маркеров, которые будут показывать серьезность отношения Запада к такого рода переговорам.