В той, еще довоенной Украине ходил сакраментальный анекдот – очень в тему. К автобусу с туристами подходит дедок в форме боевика УПА* и, опираясь руками на пистолет-пулемет MP-40, спрашивает: «А хто мені підкаже, яка зараз година?» («А кто мне подскажет, который час?»). Все молчат, и только темнокожий парень, взглянув на часы, встает и говорит: «За чверть восьма, діду» («Без четверти восемь, дедушка»). Тот, улыбаясь, отвечает: «Сиди, синку, сиди, я й так бачу, що ти не москаль» («Сиди, сынок, сиди, я и так вижу, что ты не москаль»).
Этот анекдот, как ни смешно, на Украине все ближе к реальности. По крайней мере, украинский социолог Владимир Паниотто прямо предлагает вытаскивать Украину из демографической ямы с помощью переселенцев из Африки и Афганистана.
Причем Паниотто вовсе не какой-то карикатурный персонаж, чтобы не принимать его позицию всерьез. Как ученый, он состоялся еще во времена УССР, задолго до самостийности. То есть сказано это было не для яркого заголовка. И велика вероятность, что руководство Украины (Зеленский или кто там к тому моменту будет рулить) действительно будет ориентироваться на эти регионы с точки зрения поощрения миграции в страну.
А в том, что они действительно будут думать в данном направлении, сомнений практически нет. Об этом говорит хотя бы сам факт разработки демографической стратегии, которой озаботились в украинском правительстве. Вкратце напомним, в чем там дело.
Последнюю перепись на Украине проводили еще в 2001 году. Потом были майданы, отпадение Крыма и Донбасса, гражданская война, которая переросла в полноценный российско-украинский конфликт. Все эти события сопровождались как перманентной, так и взрывной убылью населения. Один только миграционный исход с 2022 года стоил Украине примерно 10 млн человек.
К тому же в фертильный возраст вошло поколение, родившееся уже после СССР. Но именно в 1990-е на Украине начала падать рождаемость: 390 тыс. новорожденных в 1999-м против 600 тыс. в 1991-м. Впрочем, сегодня о таких показателях можно только мечтать (187 тыс. за 2023 год, 87,6 тыс. за январь – июнь 2024-го). Что и неудивительно: по данным европейских источников, примерно каждый четвертый беженец с Украины – женщина фертильного возраста.
В итоге сегодня никто не знает наверняка, сколько людей проживает на Украине. Зато точно известно, что количество населения постоянно сокращается. А также то, что оно явно меньше последней оценки правительства (31,1 млн человек на контролируемой территории). Если от довоенных 37 млн отнять 10 млн мигрантов, 31 никак не получается. А ведь есть еще погибшие в ходе боевых действий.
Над проблемой компенсации убыли населения украинцы задумываются уже не впервые. При Ющенко предлагался, так сказать, традиционный рецепт – плодитесь и размножайтесь. Но только при Януковиче его догадались подкрепить материально (3 тыс. долларов за первого ребенка, 6 тыс. долларов – за второго, 12 – за третьего и последующего). Правда, после майдана этот коммунизм быстро свернули, и сегодня за каждого ребенка украинка получает всего 41 тыс. гривен (1 тыс. долларов), которые к тому же растягивают на три года.
При Порошенко впервые предложили решить проблему завозом мигрантов: тогда в качестве доноров рассматривались Средняя Азия и Ближний Восток. И, кстати, ехали: на конец 2021 года на учете Государственной миграционной службы Украины находилось более 300 тыс. человек из данных регионов исхода. Правда, после начала СВО многие из них сбежали в ЕС под видом украинцев.
Сегодня Паниотто предлагает ориентироваться на Африку и Афганистан. Технически такое предложение понятно: население этих регионов активно растет. Европа вообще лет 50 мигрантами из Африки подпитывается. Но это Европа, где относительно тепло, сытно за счет пособий, где уже сформированы диаспоры. Многие мигранты говорят на языке своих бывших колонизаторов (французском, английском, португальском, испанском), что дает им ощутимый бонус в соответствующих странах.
И не совсем понятно, зачем условному африканцу нужно ехать на Украину.
Где уже достаточно резкий континентальный климат с холодными зимами. Где говорят на совершенно ему неизвестном языке. Вернее даже – на двух похожих языках, причем их носители друг друга все более на дух не переносят. Где не будет социального пособия и жилья и где нет сложившихся диаспор.
Еще лет 10–15 назад Украина действительно выгодно смотрелась на фоне стран Африканского континента: бесплатное среднее образование, достаточный минимум бесплатной же медицинской помощи, развитая система коммунальных услуг. Сегодня же на Украине норма сидеть по 10–12 часов без света. Плюс все остальные «прелести» боевых действий. Но так жить африканец и дома может, для этого совершенно не обязательно ехать на Украину.
Но что мы все о негативе. Можно ведь и с другой стороны зайти. Достаточно вспомнить о текущих геополитических симпатиях жителей африканских стран и того же Афганистана. Чуть ли не половина Африки под российским флагом ходит на митинги в поддержку России. «Талибан» де-факто признан Россией действующей властью в Афганистане, и все идет к тому, что движение перестанут считать террористическим.
Внимание, вопрос: украинцы, вы хорошо подумали, перед тем как стимулировать иммиграцию из столь лояльно настроенных к России регионов и стран? Тогда проще было еще в 2022-м отдать назад России сразу все Левобережье, а мы уж сами бы завезли всех, кого надо. В том числе и тех, кто сбежал в Европу подальше от порядков киевского режима.
И в таком случае в качестве финала рождается еще один анекдот. Даже жаль, что не сохранилось ни одной фотографии Степана Бандеры с телефоном.
– Алло, как вы там, потомки?
– Нормально, пан голова Проводу ОУН* (ОУН – Организация украинских националистов – признана экстремистской и запрещена в России). Вильну Украину строим.
– А как?
– Москалей из Африки завозим.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ