Глобализация. Еще недавно это слово являлось настоящим символом веры для всего прогрессивного мира. Глобализацию объявляли вершиной эволюции человеческого общества, которое прошло длинный путь от клановых структур до понимания общей идентичности, общей судьбы и общего процветания.
И если бы в основу глобализации были положены принципы неделимой безопасности, справедливой экономической кооперации, мультикультурализма и взаимоуважения, возможно, так и было бы. Возможно, человеческая цивилизация действительно покорила бы эту вершину общественной эволюции. Однако на деле глобализация, которую проводили США и страны «золотого миллиарда», шла по совсем другим правилам.
Вместо принципа неделимой безопасности исповедовался принцип гуманитарных и иных интервенций. Запад (и прежде всего США) силой принуждал другие государства (Югославию, Ирак, Ливию, Иран, Китай и прочие) принимать нужные ему правила политической и экономической игры. Справедливая кооперация была подменена на новый метод выкачивания ресурсов, когда при помощи взращенных туземных НПО (защищавших своих хозяев в рамках внутренней политики) западные страны продолжали эксплуатировать страны развивающегося мира. «Глобализация была красивым лозунгом, но в итоге оказалась лишь новой формой колониализма в интересах англо-американского блока, в инструмент которого превратился и сам «экономический убийца» – МВФ», – поясняет газете ВЗГЛЯД глава Евразийского аналитического клуба Никита Мендкович.
Вместо мультикультурализма и взаимоуважения проходило навязывание западной культуры. «После окончания холодной войны глобализация приобрела идеологизированную обертку в виде трансформации всего остального мира по американским лекалам, в соответствии с американскими ценностями», – поясняет газете ВЗГЛЯД замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований Дмитрий Суслов.
Добили все
Неудивительно, что в таком формате глобализация провалилась. А затем группа наиболее сильных государств Глобального Юга (в основном страны БРИКС) выступила за создание альтернативных моделей развития.
В итоге глобализация постепенно сменяется регионализацией – кооперацией соседних государств, глубже понимающих, больше уважающих и сильнее зависимых друг от друга. В частности, та же Россия интегрируется в рамках постсоветского пространства. «Постсоветский блок неминуемо сохранится из-за экономических связей, заложенных в эпоху индустриализации XIX–XX веков, которая шла в едином государстве через распределение ролей между регионами общей страны в рамках создания общей системы», – говорит Никита Мендкович.
Любопытно, но Соединенные Штаты и сами на данный момент не возражают против такого сворачивания глобализации. Просто потому, что перестали извлекать из нее выгоду.
«США стали терять конкурентоспособность. Стали понимать, что другие страны благодаря глобализации развиваются быстрее и успешнее. Что сами США столкнулись с реальностью деиндустриализации, о чем недавно заявил в Брукингском институте помощник Байдена по нацбезопасности Джейк Салливан», – поясняет Дмитрий Суслов.
Да, от глобализации США извлекали не только экономическую выгоду. «Американцы в свое время укрепляли инвестиционные и торговые связи, развивали рыночные экономики в Китае, России и других развивающихся странах, однако рассматривали это развитие прежде всего через призму трансформации государств в либерально-демократическом русле. В то состояние, когда они способствовали бы экономическому развитию, укрепляли бы центральное место США в мире», – продолжает Дмитрий Суслов.
Проблема была в том, что эти страны не трансформировались. Становились сильнее – но при этом не становились лояльнее и удобнее США. «И в этих условиях США меняют курс на противоположный – крупнейшие аналитики и ведущие политики говорят о необходимости свернуть глобализацию в том виде, в котором она существовала тридцать лет назад», – поясняет Суслов.
Наконец, по мнению некоторых экспертов, еще одной причиной краха глобального мира является порочная человеческая натура. Мир банально оказался не готов к такого рода интеграции.
«У любой глобализации есть предел и после каждого ее витка следует откат. Даже если бы у США не было возведенного в абсолют национального эгоизма на грани с верой в собственную богоизбранность, глобализация завершилась бы. Просто для глобализации нужен провайдер – империя или иная держава, способная навязать свою волю другим державам. Однако этот провайдер не всесилен. Постепенно его элиты теряют адекватность, совершают массу ошибок, следствием которых становится изменение баланса сил. Вот тогда и наступает деглобализация, свидетелями которой мы являемся», – говорит газете ВЗГЛЯД глава аналитического бюро проекта СОНАР-2050 Иван Лизан.
Еда или враг
Казалось бы, ничего страшного в этом быть не должно. Да, произошел откат от глобализации – однако региональные интеграционные группировки, которые сейчас формируются по миру, все равно должны быть заинтересованы в общих правилах игры и межрегиональной кооперации.
Однако в МВФ бьют тревогу. «После десятилетий развития глобальной интеграции существует растущий риск того, что мир может расколоться на враждующие экономические блоки», – заявила директор-распорядитель фонда Кристалина Георгиева. И она почти права. «Почти» потому, что в мире действительно возник враждующий блок. Один-единственный – западный.
«Сегодня США пытаются при помощи протекционистской политики провести реиндустриализацию, а также при помощи административных механизмов замкнуть производственные и технологические цепочки на дружественные страны. В результате США пытаются замкнуть вокруг себя коллективный Запад и при этом отгородиться от других стран. То есть проводить политику экономического отгораживания», – поясняет Дмитрий Суслов.
«Запад в принципе не способен на равных взаимодействовать с кем-либо. Он как иммунная система человека: для нее все, что попадает внутрь организма, либо является едой, либо становится врагом. Просто сверхвласть никто добровольно не отдает»,
– соглашается с ним Иван Лизан.
Незападные же государства проводят иную политику. «Никто другой, кроме коллективного Запада, замкнутые блоки не выстраивает. Весь остальной мир продолжает глобализироваться», – говорит Дмитрий Суслов. И на фоне такой линии Вашингтона эти страны вынуждены интегрироваться не с Западом, а между собой. В частности, Россия.
«На Западе для России места нет – искали его 30 лет, но так и не нашли. Поэтому место России будет там, где она себе его выгрызет с помощью силы, дипломатии и экономики. Но в любом случае Россия будет дружить с Китаем, Индией, арабским миром и Африкой. Одним словом, со всеми, кого США не успели за эти 30 лет превратить в послушного вассала», – говорит Иван Лизан. «Москва как раз добивается построения многополярного мира, где блоки будут сотрудничать или мирно конкурировать», – добавляет Никита Мендкович.
В итоге и получается ситуация, когда возникает межблоковая конфронтация по линии коллективный Запад – Глобальный Юг. Конфронтация, элементом которой является, в частности, специальная военная операция на Украине.
«СВО – способ заставить противника оставить попытки поработить нашу экономику. По сути, боевые действия на Украине – это классическое национально-освободительное движение против колонизаторов, которые над русскими и украинцами поставили в 2014-м марионеточное правительство. Теперь русские и украинцы воют за свою свободу против НАТО и их туземных войск, как бывало не раз», – говорит Никита Мендкович.
И неудивительно, что в этой СВО Россию поддерживает почти весь Глобальный Юг. Проще говоря, наш блок – тот самый, с которым мы вместе строим постглобализированный, региональный мир. Тот, который нас воспринимает не как еду и не как угрозу, а как партнера в строительстве многополярного мира.