В середине сентября биржевая стоимость электроэнергии скакнула в Эстонии со 141 до 160 евро за мегаватт-час. Правительство страны в растерянности и не имеет четкого представления, как решить проблему такого роста цены.
Так или иначе, эстонцы бросились лихорадочно расконсервировать электростанции города Нарвы. По словам руководителя госпредприятия Enefit Power Андреса Вайнолы, это позволило немного сдержать рост цен. Однако для эстонского потребителя стоимость энергии остается все еще весьма ощутимой – из-за высокой цены на квоты на выброс углекислого газа. «75–80% от цены электроэнергии, которую мы поставляем на рынок, составляют именно налоги на окружающую среду. В основном это связано с высокими ценами на СО2», – подчеркнул Вайнола.
Есть и еще одна проблема – можно расконсервировать электростанции, но где взять для них работников? Кто сейчас себя чувствует триумфатором – так это лидер нарвского профсоюза энергетиков Андрей Зайцев, который ранее уже неоднократно предупреждал политиков о проблемах, которые постигнут государство в случае отказа от сланцевой энергетики. Ведь за минувшие годы в Эстонии сократили несколько тысяч человек, работавших в данной отрасли – и вот результат.
«Нынешний персонал работает на износ, потому что под такое количество оборудования людей не хватает. Это уже обсуждается, уже идут консультации, руководители согласны, что нужно набирать дополнительный персонал. Но взять просто человека с улицы, который сядет за управление энергоблоком, нереально», – констатирует Андрей Зайцев. А многие из тех, кто работал на сланцевых электростанциях раньше, успели разъехаться по другим странам в поисках достойной работы.
Жизнь разбила идеологические догмы
Еще в 2018 году эстонский сланцевый сектор обеспечивал работой более 14 тысяч человек и выплатил в государственный бюджет 122 млн евро. Сланцевая промышленность составляла 4–5% от ВВП страны. Но весной 2019 года электростанции Нарвы были вынуждены резко сократить объемы выработки электроэнергии – из-за подорожания международных квот на выбросы углекислого газа. Так, если в 2018 году крупные электростанции произвели 8,7 тераватт-часа электроэнергии, то в первом полугодии 2019 года выработка составила всего 2,8 тераватт-часа.
Впрочем, эстонские власти смотрели на это совершенно спокойно. Еще несколько месяцев назад в госконцерне Eesti Energia уверяли, что к 2030 году Эстония полностью откажется от сланцевой энергетики и целиком перейдет на передовые, прогрессивные и безупречные с экологической точки зрения европейские способы производства электроэнергии.
«Морские ветропарки стали намного более конкурентоспособными с точки зрения технологии. В Эстонии хорошие возможности для их строительства. С точки зрения реализации стратегии – из чего мы будем производить электричество через пять лет – произошли резкие изменения. Скажем сегодня громко, что к 2045-му Eesti Energia станет нейтральной по углероду», – говорил в начале июня руководитель энергетического монополиста Эстонии Хандо Суттер.
Назад – к сланцам!
Однако сейчас все изменилось, как по мановению волшебной палочки. Ситуацию с эстонской сланцевой энергетикой описывает латвийский журналист Юрий Алексеев. «Им Господь дал нечто похожее на уголь – горючие сланцы. СССР построил в Эстонии несколько соответствующих теплоэлектростанций, которые эстонцы успешно эксплуатировали до сих пор, сжигая там свои сланцы и взирая на соседей с превосходством. Им тепла-электричества хватало.
Но в последние годы еврочиновники вдруг заметили, что сжигание сланцев жутко вредит экологии. Ну и Грета Тунберг тоже недалеко от Эстонии – в Швеции – нюхом почуяла дым от горючих эстонских сланцев. Короче, эстонцам поставили условие: надо кончать с вашими сланцами. Время пришло. Эстонцы озаботились: а чем же мы теперь будем греться и освещаться? А чем хотите, ответил Евросоюз, не наши проблемы», – насмешливо пишет Алексеев.
В свою очередь политолог Александр Носович напоминает, что стратегический план Eesti Energia предполагал поэтапное закрытие сланцевых производств. «Вместо этого Eesti Energia из-за рекордно высоких цен на энергоресурсы в Европе возвращает в строй уже закрытые сланцевые предприятия. Логично предположить, что доля горючих сланцев в структуре эстонской энергетики от этого будет не сокращаться, а расти.
Сланцевая промышленность для Эстонии – это в первую очередь не экономика, а политика. Горючие сланцы – один из идеологических маркеров, определяющих ее постсоветский период. Индустрия добычи и использования сланцев в Эстонии развилась до нынешних масштабов в советский период. «Антисоветское движение в перестройку в Эстонии, как и в других прибалтийских республиках СССР, началось как борьба с «советскими монстрами»: заводами-гигантами, которые загрязняют родную природу. В случае Эстонской ССР это были протесты против развития северо-восточного горнопромышленного района: строительства Нарвской ГРЭС, разработки фосфоритных месторождений и добычи других полезных ископаемых в Принаровье», – пишет Носович.
Политолог отмечает, что под ликвидацию сланцевой промышленности в Эстонии было подведено твердокаменное идейное обоснование – мол, «грязная» советская энергетика возрожденной независимой республике вообще не нужна.
Ее старались заменить электростанциями, работающими за счет мощностей солнца, ветра и воды. «Однако теперь кризисная ситуация на энергорынке вынуждает возвращаться к «наследию оккупации», ценность фундаментальности и надежности которого доказывается самой жизнью. Ветряки, солнечные батареи, энергия морских волн – все как корова языком слизала. Есть фундаментальный запрос населения и предприятий Эстонии на снижение стоимости электроэнергии – и есть фундаментальная советская энергетика горючих сланцев, которая единственная способна удовлетворить этот спрос. Цены на электроэнергию – это вопрос экономической, а вслед за ней и социально-политической стабильности. Поэтому модные прожекты с «зеленой» энергией приходится откладывать в сторону и возвращаться к «оккупационным» основам», – резюмирует эксперт.
В общем, эстонцам, возвращая в эксплуатацию старый энергоблок по сжиганию горючих сланцев, пришлось наступить на горло собственной идеологической песне о «пережитках советской оккупации» и «современной европейской зеленой энергетике». Сверхвысокие цены на газ, обусловившие рост цен на электроэнергию, привели к обратному: советская энергетика возрождается, а новомодные энергетические доктрины демонстрируют свою беспомощность.
Поляки возмущены
Подобное, кстати, наблюдается не только в Эстонии. 21 сентября стало известно, что суд Евросоюза в Люксембурге приговорил Польшу к ежедневному штрафу в размере 500 тыс. евро – за отказ прекратить добычу угля на шахте «Туров». Шахта находится недалеко от польско-чешской границы – и Прага обратилась в суд, уверяя, что предприятие наносит вред окружающей среде, а также жителям нескольких соседних населенных пунктов в Чехии.
Но поляки заявили, что не намерены больше ставить под угрозу стабильность своей энергосистемы. «Никакие решения суда ЕС не могут вторгаться в вопросы, связанные с основами безопасности стран-членов. Энергетическая безопасность принадлежит именно этой области», – отрезали в Варшаве. Там объяснили, что уголь с этой шахты обеспечивает «безальтернативным теплом» город Богатыня и производит до семи процентов всей электроэнергии страны.
Польша, как известно, пользуется репутацией одного из главных в ЕС «бунтарей». Но даже она в какой-то момент начала «прогибаться» под Брюссель, требующий от стран сообщества сворачивать угольную промышленность и двигаться в сторону «зеленой» энергетики. Между тем около 48 процентов своего электричества Польша получает от каменного черного угля, и 17 – от бурого угля, считающегося еще более «грязным». На возобновляемые источники энергии приходится лишь 25 процентов всей отрасли. В начале июня польские власти все же согласились закрыть угольную ТЭЦ «Белхатув», расположенную в одноименном городе. Она являлась крупнейшей электростанцией в Польше, производя пятую часть всего электричества страны.
А сейчас жители Польши испытывают жуткий страх перед грядущим отопительным сезоном. Rzeczpospolita приводит мнение экономического аналитика Камиля Клиша: «Цены могут вырасти на 100%, и PGNiG (польская государственная нефтегазовая компания – прим. ВЗГЛЯД) выставит соответствующие счета в январе. Это станет шоком для потребителей».
В этих условиях решение суда Евросоюза вынести стране штраф из-за работы угольного предприятия вызвало в стране дикое возмущение. Общее мнение выразил замминистра юстиции Марцин Романовский, написавший в своем микроблоге: «Это даже не шантаж! Это судебный разбой и кража среди бела дня. Вы не получите ни цента». А депутат Сейма от правящей партии «Право и справедливость» Казимеж Смолинский пообещал: «Политическое наказание, наложенное Евросудом, нас не сломит. Интересы Польши и поляков для нас важнее всего, и мы не станем преклонять колени перед политическим трибуналом несправедливости в Брюсселе».
Ирония судьбы – еще недавно в Евросоюзе всерьез планировали в течение следующего десятилетия полностью отказаться от угольного топлива, а нынче лихорадочно скупают уголь по всему миру. Стоимость угля в ЕC растет с 30 августа, сейчас цена достигла 168 долларов за тонну – это максимум за последние несколько лет. «На сегодняшний день можно смело утверждать, что котировки угля превзошли все, даже самые смелые ожидания горнодобывающих компаний, которые и так сохраняли безоговорочную уверенность в потенциале роста цен», – утверждает управляющий директор сектора металлургии аналитического управления «Открытие Research» Даниил Каримов.
Собственно, остается лишь удивляться безумию европейских экспертов, навязывающих своим странам «зеленую» энергетику – словно не понимая, что она не сможет обеспечить нужды тяжелой промышленности. Теперь же оказывается, что она не способна даже обеспечить элементарное тепло в домах европейцев.
«В целом вся «зеленая» энергетика – это одна большая фикция. Это попытка Запада вернуть собственное доминирование в мире. Им нужен способ, который позволит накладывать дополнительные санкции на экономику других стран, вроде России или Китая, ввести заградительные пошлины, и вместо того, чтобы покупать нефть, они будут продавать нам установки для производства водорода, солнечных батарей и ветряков», – полагает директор Института социально-экономических исследований при правительстве РФ Алексей Зубец. Но стоило подняться ценам на газ – нищета и скудость «зеленой» энергетики предстала воочию...