Чуда не произошло и в дальнейшем не ожидается. Выборщики проголосовали, как партия велела, и теперь Джо Байден – избранный президент США в полном соответствии с процедурой, нравится это кому-то или нет. Предпоследний шаг – сертификация результатов палатой представителей в начале следующего года, и сюрпризы там невозможны – демократы составляют пусть самое незначительное за долгие годы, но все-таки большинство. А последний – это уже инаугурация 20 января и передача власти.
Для Дональда Трампа этот день станет стартом новой предвыборной кампании. Слишком много источников единодушны в том, что он попытается избраться президентом еще раз в 2024-м, когда ему будет столько же лет, сколько Байдену сейчас, а объявит об этом как раз 20 января.
Шансы на реванш у Трампа есть, причем неожиданно внушительные. До новых выборов еще нужно дожить, но уже сейчас понятно, что для президента Байдена эти годы будут тяжелыми. Коррупционные скандалы в семье, шпионские скандалы в партии, коронакризис и сомнения в легитимности избрания – республиканцы станут атаковать его со всех сторон, благо демократы сами продемонстрировали готовность играть без правил.
Однопартийцы Трампа, попавшие под его политическое влияние, не побрезгуют даже угрозами развалить страну. Уже не побрезговали.
Как и ожидалось, Верховный суд обнулил последнюю надежду Трампа на сохранение власти, причем за это проголосовали семь судей из девяти, включая всех трех назначенцев самого Трампа – они не захотели брать на себя ответственность за то губительное для государства противостояние, которое последовало бы за удовлетворением иска от штата Техас.
При этом, что важно, всемогущий ВС не подтвердил и не опроверг возможных фальсификаций на выборах. Он лишь постановил, что не имеет полномочий рассматривать иск в подобном виде, а штат Техас не может оспаривать результаты голосования в других штатах. И штат Техас обиделся.
Председатель местной ячейки Республиканкой партии Техаса Аллен Уэст откликнулся на решение суда призывом создать «новый Союз, который будет соблюдать конституцию», в чем трудно не заметить намек на сецессию Юга в 1861 году, которая привела к гражданской войне.
Кстати, Уэст – чернокожий. Это неплохо иллюстрирует цену разговоров о расизме Трампа, но парадоксально с точки зрения исторической памяти. Одной из причин, по которой Техас в свое время стал сепаратистским образованием на территории Мексики, была отмена рабства официальным Мехико, с чем были категорически не согласны техасские плантаторы.
В свою очередь однопартиец Уэста и член законодательного собрания штата Кайл Бидерманн пообещал внести законопроект, который позволил бы провести референдум о восстановлении независимости Техаса.
Это не ново. Техас – единственный штат, который вошел в состав США, будучи независимым государством с международным признанием, что порождает там разговоры в стиле «как вошли, так и выйдем» и особый техасский патриотизм со своей героикой и историей, параллельной истории остальной страны.
По другой концепции, техасский суверенитет был растянувшимся на десять лет переходным периодом от «народной республики», возникшей на необжитой тогда территории Мексики благодаря переселенцам с севера. То есть Техас изначально шел не к независимости, а к тому, чтобы стать частью США.
В любом случае в каждом техасском провинциальном баре легко найти человека, твердо уверенного в необходимости сбросить вашингтонские вериги и восстановить независимость «штата одинокой звезды». А еще 20 лет назад (конкретно – в 1997-м) силовикам приходилось брать в осаду штабы особо радикальных сторонников этой идеи, где держали заложников и обещали «умереть, стоя на ногах, но не на коленях» (в качестве лидера сепаратистов тогда выступил Ричард Макларен, называвший себя «послом Республики Техас в США»).
«Нам нужна независимость, потому что мы другие. Техас – это огромная территория, это отдельная страна со своей уникальной культурой и бытом. Мы хотим иметь свои паспорта. У нас совершенно иное видение мира и взгляды на политику. Мы абсолютно не согласны с политикой федерального правительства США. У нас совершенно другой образ жизни», – объяснял глава штаба ныне действующего «Националистического движения Техаса» Натан Смит в интервью газете ВЗГЛЯД.
В общем, «штат одинокой звезды» может предложить очень разнообразный материал для спекуляций на тему возможного развала США, причем они будут востребованы как в самих США, так и за их пределами – слишком много ненавистников нажило себе это государство.
Тем не менее, необходимо понимать, что полноценная сецессия Техаса – идея, в общем-то, маргинальная, хотя и видимая за счет того, что громко звучит и может свободно распространяться как защищенная первой поправкой. Поэтому, когда на что-то подобное намекают статусные политики вроде Аллена Уэста, их нужно рассматривать не как желание развалить страну, а как торги с федеральным центром, который теперь олицетворяет Байден.
Мотивы угрожающих прозрачны. Это часть противостояния республиканцев с Белым домом, которое мы будем наблюдать следующие четыре года. Оно призвано как ослабить власть Байдена, так и предупредить его о жестком сопротивлении в том случае, если президент попытается навязать штату особо болезненные инициативы.
Когда президентом избрался Трамп, на сецессию точно так же намекали в демократической Калифорнии. Тогда же была озвучена идея о «союзе штатов» Восточного побережья (Калифорния плюс даже более либеральные Орегон и Вашингтон). Несмотря на всю ненависть демократов к Трампу, ни один реальный шаг в этом направлении сделан не был.
Главное из того, что тревожит сейчас техасцев, это обещание Байдена принять закон, который откроет дорогу к принятию гражданства для семи–восьми миллионов нелегалов, большинство которых из Мексики и других стран латиноамериканского региона. Республиканцы – резко против, а Техас в особенности.
Проблема не в ксенофобии и тем более не в расизме, а в том, что новые граждане станут электоратом демократов, и это изменение баланса фатально для техасских консерваторов. В настоящий момент юг штата уже представляет собой совокупность демократических округов, где говорят по-испански. Как республиканская цитадель Техас держится за счет нескольких миллионов голосов.
Если демократы в Техасе вдруг окажутся в большинстве, республиканцам негде будет компенсировать потерю в 38 выборщиков от второго по населению штата. Другими словами, на президентских выборах всегда будут побеждать кандидаты от демократов, если ситуация не примет характер экстраординарной.
Легализация нескольких миллионов продемократических голосов уже при власти Байдена – та «красная линия», рубежи которой республиканцы, и в особенности республиканцы Техаса, будут оборонять любыми доступными способами.
Намек на сепаратизм – еще не самый радикальный из намеков. Некоторые в «штате одинокой звезды» любят вспоминать о том, что армия США на 20% состоит из их земляков.
Однако ставки столь высоки, что допустимыми сейчас кажутся любые средства давления на команду Байдена.
Пандемия открыла демократам окно возможностей. Массовая рассылка бюллетеней для почтового голосования, которую до сих пор пытаются оспорить юристы Трампа, обеспечила несколько десятков тысяч голосов в «неопределившихся» штатах, в итоге они стали для нынешнего президента фатальными. Законодательные собрания всех этих штатов контролируют республиканцы, и не стоит сомневаться, что они в ближайшее время «окно» закроют, а из-за сомнительной легитимности Байдена демократы не смогут этому сопротивляться.
Легализация нелегалов в Техасе – это альтернативное окно возможностей, только цена вопроса – не один президентский срок, а чуть ли не все последующие. По сути, его открытие – главная задача президента Байдена перед его партией, а главная задача республиканцев – этого не допустить.
Чья бы ни взяла в этом случае (с учетом всех обстоятельств позиции республиканцев выглядят предпочтительнее), большая часть всей внутриполитической борьбы в США в ближайшие годы будет вестись вокруг Техаса, так что призывы к его отделению мы еще не раз услышим, но не как реальную заявку на сепаратизм, а как сигнализацию, срабатывающую в тот момент, когда демократы попробуют подступиться к «красной черте» – вопросу о легализации мигрантов.