Политические предпосылки
Противостояние, которое длится с перерывами с 1947 года, стартовало практически с момента объявления независимости Индией и Пакистаном. Камень преткновения в пограничном споре – индийский штат Джамму и Кашмир, который Пакистан считает своей территорией.
Пакистан и Индия имели уже пять конфликтов, связанных с Джамму и Кашмиром: три официальных индо-пакистанских войны (в 1947–1948 годах, в 1965-м и в 1971 году) и два позднейших «непризнанных» – так называемую Каргильскую войну (1999) и противостояние 2000–2001 годов. Два последних столкновения наглядно показали всю осторожность в эскалации военных действий, которая стала присуща обеим странам после создания ядерного оружия в 1998 году. В частности, несмотря на то, что в конфликте вокруг пограничного города Каргил в 1999 году погибло около 700 пакистанских и не менее 500 индийских военнослужащих, в Индии это было названо «столкновением с пакистанскими боевиками», а Пакистан и вовсе отрицал свое участие в этой войне.
Противостояние осложняется еще и тем, что Индия и Пакистан находятся в разных «весах». ВВП Индии составляет уже около 10 трлн долларов США по паритету покупательной способности (ППС), выйдя на третье место в мире, а население превысило 1,34 млрд. жителей. На этом фоне Пакистан, будучи немалой страной с населением чуть меньше 200 млн жителей и обладая ВВП около 1 трлн долларов США по ППС, выглядит скромно.
Впрочем, в отличие от Индии, Пакистан не чурается быть «младшим партнером» во внешнеполитических союзах. Это обеспечило ему стабильные союзнические отношения сразу с двумя великими державами – США и Китаем. Соединенные Штаты рассматривают Пакистан, как естественный противовес Ирану и монархиям Персидского залива, учитывая его влияние на ключевой регион Афганистан – Средняя Азия. Для Китая же Пакистан – удобный выход в район Персидского залива и мощный противовес для Индии.
Пакистанское устаревшее
Такой сложный внешнеполитический мезальянс обусловил и весьма пестрый состав пакистанских ВВС: в нем причудливым образом сочетаются китайские и американские самолеты, к тому же перемешанные по классам и годам выпуска.
С 1988 года в Пакистан из Китая было поставлено около 125 истребителей Chengdu F-7P и Chengdu F-7PG, а также три десятка учебных модификаций этого китайского клона советского истребителя МиГ-21. С 2009 года Китай поставляет в Пакистан новый истребитель Chengdu JF-17, который также представляет собой «творческое развитие» советского МиГ-21, однако уже с учетом ряда инноваций. Производство Chengdu JF-17 уже освоено в самом Пакистане, а пакистанские конструкторы принимали участие в разработке истребителя и, по словам самих создателей Chengdu JF-17, он «на 58% пакистанский и лишь на 42% – китайско-советский». К настоящему моменту у Пакистана уже имеется около 100 JF-17. Впрочем, даже масса новых систем всё равно делает JF-17 лишь поколением «3+», но никак не выше.
«Американское крыло» пакистанских ВВС представлено сразу четырьмя модификациями истребителя F-16. Первые поставки F-16 (модификация Block 15, модели А и B) произошла еще в начале 1980-х годов на фоне противостояния с СССР в Афганистане. Вторую партию F-16 этой старой модификации Пакистан приобрел уже на вторичном рынке: в феврале 2014 года у Иордании приобретено 12 истребителей F-16A Block 15 и один F-16B Block 15. В итоге на сегодняшний день эти «старички» еще в строю – в ВВС Пакистана летают 24 боевых и 21 учебный F-16 модификации Block 15. Кроме того, в 2010–2012 годах США поставили в Пакистан 18 новых F-16 модификации Block 52 – в эту поставку вошли 12 боевых и шесть учебных машин.
Таким образом, в настоящий момент у Пакистана есть лишь около двух десятков современных истребителей, к которым можно отнести F-16 Block 52. Вся остальная истребительная авиация относится либо к начальным разработкам четвертого поколения истребителей (F-16 Block 15), либо же вовсе – к поколению «З+», как Chengdu JF-17.
Кроме того, в ВВС Пакистана нет самолетов ДРЛО, фронтовых бомбардировщиков или истребителей-бомбардировщиков, штурмовиков и современных БПЛА. Таким образом, длительное и масштабное столкновение с индийскими ВВС пакистанские просто не выдержат.
Индийская смесь
Основу индийской истребительной авиации составляют российские многоцелевые истребители Су-30МКИ, относящиеся к поколению «4+». Всего Индией в России, начиная с 2002 года, заказано 272 машины. Кроме того, часть сборки Су-30МКИ была локализована: Россия продала Индии 230 комплектов Су-30МКИ для лицензионной сборки.
Впрочем, этот современный истребитель отнюдь не единственный в арсенале индийских ВВС. Индия эксплуатирует около 60 многоцелевых истребителей четвертого поколения МиГ-29/29УБ, которые были поставлены ей еще в 1980-х годах и по своим боевым качествам сравнимы с пакистанскими F-16 Block 15. Также к четвертому поколению относятся французские Mirage 2000H/ТН, которых в индийских ВВС находится еще 50 штук.
Еще один представитель четвертого поколения – это HAL Tejas (санскр. «Бриллиант»), многоцелевой истребитель собственной индийской разработки и постройки. Процесс создания «Бриллианта» был непрост: программа была начата еще в далеком 1983 году. В итоге первый прототип совершил полет только в начале 2001 года, а в марте 2012-го был подписан первый контракт на поставку ВВС Индии 40 серийных машин HAL Tejas. Всего планируется поставка около 300 машин.
HAL Tejas планируют в качестве полной замены старых советских МиГ-21 и фронтовых бомбардировщиков МиГ-27. Оригинальные планы предусматривали списание всех МиГ-21 и МиГ-27 еще в 2015 году, однако так быстро произвести их замену на индийский «Бриллиант» не удалось: по состоянию на конец 2018 года в ВВС Индии еще числилось около 120 МиГ-21. Кроме того, остались в строю и МиГ-27, которые вместе с индийской модификацией франко-британского истребителя-бомбардировщика Sepecat Jaguar составляют и сегодня костяк бомбардировочной авиации Индии, насчитывающий около 150 машин.
Ну и наконец, надо сказать, что индийские ВВС имеют гораздо более сбалансированную структуру, нежели ВВС Пакистана. Так, в них есть не менее восьми самолетов ДРЛО (три А-50ЭИ и пять DRDO AEW&CS), шесть самолетов радиоэлектронной разведки и РЭБ, около 150 транспортных самолетов различных модификаций, более 400 транспортных и боевых вертолетов.
В отличие от пакистанских ВВС, которые ориентированы на скоротечный боевой конфликт с немедленным завоеванием превосходства в воздухе, индийские ВВС – это авиация «большой войны».
Она должна обеспечивать поддержку своих сухопутных сил и военно-морского флота, вести стратегическую разведку и подавление укрепленных районов противника, осуществлять десантные операции. Это и неудивительно – основным геополитическим противником Индии в регионе является Китай, чьи возможности в военном деле и в экономике сравнимы и даже превосходят таковые у Индии. Пакистан же всегда рассматривался ею как «заведомо проигравший»: для него возможности индийских ВВС явно избыточны.
Сценарий «странного» конфликта
Что произошло во вторник?
Индия признала потерю истребителя МиГ-21 в воздушном бою с пакистанской авиацией в районе Кашмира. Согласно этому же заявлению, есть потери и у пакистанской стороны: Нью-Дели утверждает, что у противника потерян один истребитель F-16, и обвиняет Пакистан в нарушении воздушного пространства Индии. Карачи, в свою очередь, утверждает, что сбил два индийских истребителя и взял в плен пилотов, перекладывая ответственность за эскалацию конфликта на индийскую сторону.
Конечно, боевое столкновение индийского МиГ-21 и пакистанского F-16, повлекшее за собой весьма вероятное уничтожение обеих машин – редкое явление. Впрочем, именно с Пакистаном до недавних печальных событий в Сирии были связаны почти все случаи прямого столкновения F-16 c самолетами советского и российского производства.
29 апреля 1987 года пакистанские F-16A впервые встретились в бою с советскими истребителями, сверхзвуковыми МиГ-23МЛД. Это привело к потере одного F-16. В российских источниках иногда встречается утверждение, что F-16 был сбит ракетой, выпущенной советским истребителем на встречном курсе. Однако это утверждение неверно: в воздушном бою 1987 года советские МиГ-23 несли лишь авиабомбы и не были вооружены ракетами, и ни один советский летчик из участвовавших в том воздушном бою не заявлял о попадании в пакистанский самолет. Впоследствии было установлено, что F-16A был сбит ПВО Афганистана.
4 августа 1988 года счет сравнялся: пакистанскому F-16A удалось сбить единственный советский самолет. Это был штурмовик Су-25, пилотировавшийся в небе Афганистана будущим вице-президентом Российской Федерации Александром Руцким.
Ну и наконец, в ноябре 1988 года, уже практически перед самым выводом советских войск из Афганистана, пакистанские F-16A одержали свою последнюю воздушную победу: двумя ракетами, запущенными с пакистанского F-16, был сбит афганский истребитель-бомбардировщик Су-22.
Впоследствии (уже в 1990-е и 2000-е годы) несколько раз пакистанские F-16 сталкивались с индийскими истребителями МиГ-29 и Mirage 2000, однако ни одно из этих столкновений не доходило до открытия огня друг по другу.
Вторничный двойной инцидент также не до конца ясен: якобы сбитый Индией F-16 упал на территории Пакистана, а его пилот катапультировался. Исламабад информацию о своем сбитом истребителе пока не подтвердил, а по сообщениям пакистанских военных, в этот день Исламская республика вообще не поднимала в воздух свои F-16. Впрочем, сбитый МиГ-21 все-таки стал чьей-то жертвой – но, как уже стало понятно после 1998 года, ни одна из сторон индо-пакистанского конфликта не стремится к быстрой военной эскалации, прекрасно понимая, что такой конфликт очень быстро превратится в ядерную войну между двумя странами.
Да, индийские ВВС могут добиться превосходства в воздухе над авиацией Пакистана. Но что делать в той ситуации, если загнанный в угол враг решит пойти на крайние меры?