Курт Волкер в ходе посещения прифронтовой зоны фактически одобрил использование ВСУ уже набившей оскомину тактики «жабьих прыжков», то есть постепенного занятия малыми силами тактически важных участков «серой зоны». Особенно там, где в теории можно придумать что-то стратегическое. Но если ранее подобные операции носили ситуативный характер и часто были не продуманными акциями, а инициативой местных командиров, которым или скучно стало, или отличиться хотелось, то в последний месяц «жабьи прыжки» окончательно оформились в централизованную систему.
Во многом это результат новой стратегии ВСУ, которая была анонсирована еще в начале мая. Речь идет о более активном занятии всех «серых зон», до которых ВСУ могут дотянуться, и особенно тех, которые в недалекой перспективе способны создать для украинской армии тактическое преимущество или усилить уже имеющееся.
В последнем случае речь идет о крошечном населенном пункте Петровское, расположенном на южном участке фронта южнее Докучаевска, который, в свою очередь, прикрывает Донецк с юга.
Сам город Докучаевск и дорогу от него на Старобешево ВСУ наметили для себя южной точкой прорыва при осуществлении локальной операции по окружению Донецка по «малой дуге». С севера дуга должна начинаться от Горловки. Прощупыванием обороны ВСН на этих двух ключевых точках прорыва и занимается украинская армия весь месяц май. Под Горловкой не получилось ничего, снова случились серьезные для позиционной войны потери. Перешли на Докучаевск.
Как всегда, такого рода истории быстро обрастают противоречивыми слухами. Например, события под так называемыми Чигарями у Горловки сопровождались паническими криками и рассказами о наступлении украинских танков, которые в итоге в соседней сказке «попали в котел». На самом деле вообще не существует никакого поселка Чигари. Есть крайне удаленная от центра Горловки окраина сельского типа у развалин старой шахты и террикона Шевелевка. Почему местные жители для удобства зовут свое захолустье Чигарями – никто не знает. Это не географическое название, а этноним, что-то вроде «мы из Чертаново». И Чигари эти как таковые – поселок сельского типа из одной улицы – ВСУ были не нужны. По Минским соглашениям, куда без них, это спорная территория, поскольку формально она относится к поселку Ленинское (по украинской топографии – Южное после переименования), то есть должна относиться к зоне контроля ВСУ. Но и это не главное. ВСУ ставили целью занять терриконы, то есть получить прекрасный опорный и обзорный пункт фактически на окраине Горловки.
Терриконы вообще на линии фронта превратились в нечто вроде ключевых горных цепей, обладание которыми сразу дает одной стороне преимущество. С другой стороны, такой своеобразный рельеф местности как раз исключает массированное использование танков, поскольку продвигаться к терриконам им приходится по открытой местности.
Потому и не было никакого «танкового наступления ВСУ» на Горловку. Две тактические штурмовые группы ВСУ перешли вброд ручей и вышли на улицу Ленинская в этих самых Чигарях с целью сперва охватить террикон, а затем его занять. На входе в село при попытке окружить террикон они попали под огонь ВСН, никакая бронетехника им на помощь прийти по описанной выше причине не могла, потому от идеи занять тактически важную позицию они отказались и принялись окапываться где-то на окраине.
На Украине это объявили «перемогой» и доблестным занятием несуществующих Чигарей, на деле же это была как раз «зрада»,
поскольку с поставленной задачей – залезть на террикон – штурмовая группа не справилась. Сильно получив по зубам артиллерийским огнем – в частности, гаубицы ВСН успешно подожгли на этом направлении прифронтовой склад боеприпасов ВСУ в Правдовке, – украинские войска свернули активность на горловском направлении, ограничиваясь лишь артиллерийскими обстрелами, правда, очень сильными по меркам перемирия.
Нечто зеркально похожее случилось и на другой точке прорыва, под Докучаевском. Сам этот город прямо по фронту на запад обороняется ВСН по гряде терриконов Центрального карьера, которые расположены так, будто их специально рыли и накидывали восемьдесят лет для создания идеальных условий для фронтальной обороны. Два гигантских террикона старого карьера расположены рядом каждый в виде буквы V, повернутой «ножками» на запад. Идеальная западня для тех ненормальных, кто решит атаковать такую позицию по фронту. Никто там и не рыпается. А вот дальше на юг – выступ фронта на восток в чистой степи, где давно вольготно окопалась 92-я отдельная механизированная бригада (ОМБР) ВСУ.
То есть Докучаевск с юга оказывается в полуокружении. Это очень опасная позиция, поскольку возможный прорыв ВСУ в район населенного пункта Стыла (село из одной улицы вдоль стратегической дороги Докучаевск – Старобешево опять же в окружении массивных терриконов и заброшенного карьера с десятиэтажный дом высотой) приведет к оперативному окружению Докучаевска. Снабжение города станет возможным только по пересеченной местности и грунтовым дорогам. А в стратегии – это и есть та самая основная «точка прорыва», которую так мечтают нащупать ВСУ. Если совместить такое наступление с захватом Еленовки к северу от Докучаевска, которая расположена на открытой местности и на трассе на Донецк, то можно достичь такого оперативного успеха, что и никакой стратегии «жабьих прыжков» не надо.
И вот 92-я ОМБР очень малыми силами начала перемещать передовые позиции в сторону села Петровское, постоянно останавливаясь, оглядываясь на степь и окапываясь на новом месте. В операции участвовали два БТР, их сопровождал МТЛБ, который рыл им капониры и тут же прятался, и, вероятно, три тактические штурмовые группы с пулеметами и еще одна в ближнем тылу с АГС.
Эта армада при поддержке минометов из Богдановки продвинулась по степи в сторону Петровского примерно на два километра. После чего в информационном пространстве случилась управляемая паника вплоть до того, что «Петровское уже заняли» и «укропы ведут зачистку». Официальные лица в Донецке принялись взывать к Минским соглашениям, что выглядит, при всем уважении к этим лицам, уж совсем анекдотично. Фронт наступления также не превышал два километра, при этом одна группа с БТРом и МТЛБ просто наглухо окопалась к югу от Петровского. В итоге ВСУ таки вышли вплотную к селу, но ни о каком его занятии речи не шло.
Все это крайне неприятно. Командование ВСН, видимо, по политическим соображениям ведет себя чрезвычайно пассивно, что приводит к тому, что ВСУ совершенно спокойно осуществляют свой новый оперативный план: агрессивно отжимают ключевые земли «серой зоны», создавая себе тактическое преимущество и одновременно прощупывая оборону донбассцев. Видимость успеха только разгоняет амбиции нового командования ВСУ в Донбассе, и потому есть все основания полагать, что такая вот позиционная война будет в ближайшее время только усиливаться. Кроме того, ВСУ необходимо демонстрировать тактические успехи, чтобы заретушировать неприятный фон от тяжелых потерь на горловском направлении. И никакие ритуальные ссылки на Минские соглашения работать не будут.