Поздним вечером в субботу 3 июня в британской столице был совершен очередной теракт.
Терроризм становится частью обыденного пейзажа для общества
Помимо того что субботний вечер в принципе является для британцев традиционным временем развлечений и прогулок по городу, стоит отметить и то, что произошел теракт приблизительно через полчаса после окончания финального матча Лиги чемпионов. То есть тогда, когда болельщики, смотревшие игру в барах, начали расходиться и вышли на улицы.
В районе 22.08 по местному времени (00.08 мск) микроавтобус совершил наезд на пешеходов в районе Лондонского моста, который соединяет деловой район Сити с районом Саутуорк на правом берегу Темзы. После наезда автомобиль не остановился и продолжил движение до района рынка Боро-маркет, популярного у лондонцев и туристов места.
Там три террориста выскочили из минивэна и напали на прохожих с большими охотничьими ножами. На них были надеты пояса смертников, которые, как позже выяснилось, были муляжами.
Все три террориста были уничтожены прибывшим на место спецподразделением.
На момент написания статьи известно о 7 погибших и 48 пострадавших. Некоторые из раненых находятся в тяжелом состоянии.
Этот теракт стал третьим в Британии за последние месяцы. Вечером 22 мая на концерте американской певицы Арианы Гранде в Манчестере произошел взрыв, в результате которого погибли 22 человека и более 120 получили ранения. Днем 22 марта произошел наезд автомобиля на людей на Вестминстерском мосту. Тогда погибли 5 человек и около 40 были ранены.
За сухой и жуткой фактурой скрывается еще более жутковатая реальность.
Во-первых, терроризм становится частью обыденного пейзажа для общества. Разумеется, этот теракт, как и предыдущие, ничего принципиально не изменит в общественных настроениях. Люди просто привыкают жить в мире, где смерть в теракте становится одной из возможных и все более вероятных опций.
Во-вторых, каждый теракт обнажает проблемы с общественной безопасностью в Великобритании и явные трудности спецслужб с их предупреждением. В этой связи возникает вопрос: как британское государство будет реагировать – и будет ли оно это делать – на очевидный стоящий перед ним вызов?
Лондон считается мировым лидером по количеству камер видеонаблюдения на квадратный метр территории и на душу населения. Однако очевидно, что этого явно недостаточно для предотвращения трагедий вроде вчерашней. А значит, для перелома ситуации необходимо кардинально пересматривать и перестраивать работу спецслужб и всей системы общественной безопасности. Однако европейцы, включая британцев, скованы таким количеством ограничений, которые им навязаны политкорректностью, что далеко не факт, что это удастся сделать.
В-третьих, борьба с терроризмом – это в первую очередь политическое решение. Именно поэтому спецслужбы, на которые в данный момент сыплются все «шишки», ограничены в своих действиях и возможностях руководством страны, которое в свою очередь действует с учетом самых разнообразных факторов.
Неслучайно очень быстро после теракта было сообщено, что он не повлияет на проведение досрочных парламентских выборов, которые назначены на 8 июня. Хотя Консервативная и Лейбористская партии приостановили свои избирательные кампании в связи с трагедией.
В то же время следует отметить жесткую и даже несколько неожиданную риторику британского премьер-министра. Тереза Мэй заявила: «Несмотря на то что в последние годы мы достигли значительного прогресса, в нашей стране присутствует, если быть откровенным, слишком большая терпимость к экстремизму. Поэтому нам нужно стать гораздо более твердыми в его распознавании и подавлении в государственном секторе и в обществе. Это потребует некоторых трудных и часто смущающих разговоров. Но вся наша страна должна объединиться, чтобы принять вызов этого экстремизма, нам нужно жить своей жизнью не в ряде разделенных, сегрегированных общин, а одним по-настоящему Соединенным Королевством».
Крайне интересно, что она заговорила не просто о терроризме, а об экстремизме.
Как известно, Британия за последние десятилетия дала убежище большому количеству исламистских проповедников самого радикального толка, в том числе и из России. Угрозы, которые проистекают из подобного гостеприимства, были совершенно очевидны еще много лет назад. Однако британские власти последовательно придерживались выбранного курса.
Слова Мэй дают основания предполагать, что, возможно, эта политика претерпит изменения.
Однако означает ли это, что британские власти на самом деле осознали угрозу, которую они сами у себя взрастили, и их готовность к резкому крену государственного курса и, как следствие, деятельности спецслужб, покажет только время.