Секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Александр Турчинов заявил, что украинские военные должны «метр за метром, километр за километром продвигаться на восток» и «главное – не проскочить границу». Меж тем с 13 апреля действует очередной «режим прекращения огня», на этот раз привязанный к Пасхе, и украинская сторона его действительно не соблюдает.
Эти попытки проникнуть напрямую в город опасны не сами по себе, а тем, что впоследствии они привлекут в этот район украинскую артиллерию
Только за последние два дня по позициям ВСН было выпущено несколько сотен снарядов. Украинская сторона практически буквально воплощает то, о чем говорит Турчинов: на нескольких участках фронта организуется продвижение на минимальное расстояние («жабьи прыжки») с дальнейшим закреплением.
Но в последнюю неделю ВСУ применили новую тактику. Точнее, старую – ту, которая была им свойственна еще в 2014 году, на начальном этапе войны.
На узком отрезке фронта концентрируется максимальное количество артиллерии (как ствольной, так и минометов). В течение нескольких часов обстреливается какой-то конкретный пост или опорный пункт ВСН на первой линии. Такой бомбардировки эти посты не выдерживают – они на это изначально не были рассчитаны, поскольку минские договоренности должны были исключать применение тяжелых вооружений. В результате некоторые посты разбиты, поскольку многочасовая бомбардировка позволяет работать корректировщикам огня.
И если раньше вся эта канонада уходила в никуда, то сейчас через несколько часов обстрела начинаются прямые попадания в блиндажи, что приводит к потерям у ВСН. То есть чуть ли не вся артиллерия ВСУ на узком участке фронта начинает обрабатывать одну конкретную цель.
Ровно таким образом был разбит блокпост у известного поста ДПС на развилке у Ясиноватой, ВСН понесли потери. Чуть ранее потери были отмечены и на других участках фронта – даже без прямых столкновений.
Потери резко увеличились именно за счет щедрого применения артиллерии украинской стороной. Некритичные ранее, они могут стать постоянным фактором, что абсолютно неприемлемо. Украинская тактика ничего нового в себе не несет – это банальное использование превосходства в артиллерии, которое было всегда, просто сейчас она превратилась в людоедскую систему уничтожения живой силы. В 2014 году таким же образом велись обстрелы жилых кварталов крупных городов Донбасса.
Массированные артиллерийские обстрелы сопровождаются рейдами небольших групп от 7 до 10 человек, которых в случае успеха поддерживают БМП и несколько танков. Технику держат позади, опасаясь ответного огня, но если штурмовой группе удается закрепиться, то БМП сразу подходит и открывает огонь прикрытия из пулемета.
Таким образом ВСУ удалось подойти к Опытному. Пока ситуация там не ясна, но, скорее всего, украинцам удалось продвинуться в село. Смысла в этом нет никакого, но пропагандистский эффект есть. Первое, что сделали украинцы, – это вывесили над Опытным несуразных размеров флаг. С военной точки зрения – наплевать, но раздражает.
Рядом с Опытным, в районе Спартак – Пески – аэропорт, ситуация остается относительно стабильной, но старым укреплениям нанесен ущерб, требуется срочное восстановление разрушенных позиций. Происходящее не критично, в то же время политическая воля на «зеркальный ответ» отсутствует. Занятие штурмовыми группами ВСУ одиночных передовых позиций и ранее было стратегией скорее политической, чем военной, и никогда не подразумевало удержание «отвоеванных» метров – штурмовые группы легко сбивались с занятых позиций одним–двумя артиллерийскими залпами из глубины. Сейчас же контратаки организуются (если организуются) только на отдельных участках фронта.
Так, в районе Докучаевска ВСН вернули под свой контроль несколько высот в степи, которые были потеряны еще зимой. Тогда ВСУ все теми же «жабьими прыжками» попытались получить контроль над позициями, позволявшими прицельно обстреливать Докучаевск. И нужно понимать, что это направление считается в Киеве приоритетным для возможного наступления с целью окружения Донецка, а Докучаевск рассматривается как один из ключевых пунктов, опираясь на который предполагается отрезать Донецк от России. Северное направление – через Ясиноватую и Горловку – более проблемно для продвижения из-за сплошной застройки, железнодорожных путей, терриконов и карьеров. Наступление же из степи от Волновахи куда более перспективно. Как и всегда, в степи требовалось занять несколько курганов, чтобы контролировать зону на километры вперед. Не привлекая к этому особого внимания, ВСН вернули контроль над высотами, устранив на время опасность прорыва.
На центральных участках фронта, в том числе у окраин Донецка, тоже резко активизировались попытки ВСУ прощупать оборону ВСН. Украинская армия и несколько штурмовых групп по привычной схеме (10 человек плюс БМП в резерве) попытались проникнуть непосредственно в город, обойдя аэропорт у бывшего «Вольво-центра». Это у них не получилось, но попыток было несколько. Никого не смущает, что в этом районе до сих до живут люди, причем не только на улице Стратонавтов, маршала Жукова и Артемовской. Эти попытки проникнуть напрямую в город опасны не сами по себе, а тем, что впоследствии они привлекут в этот район украинскую артиллерию.
Все это требует корректировки тактики ВСН. Если несколько месяцев назад никто особо не думал, как найти управу на хронические попытки ВСУ улучшить свое тактическое положение, то настала пора что-то с этим делать. Ежедневные потери – тяжелый фактор, но выводить части из-под обстрела невозможно. Значит, требуется организовывать контрбатарейный огонь, а для этого необходимо, как это ни печально, политическое решение отбросить назад все штурмовые группы ВСУ, попытавшиеся закрепиться в рамках нового «прыжка».
Турчинов, как все баптистские харизматики, склонен не просто к преувеличениям, а к жизни в жанре «фэнтези». Но такого рода персонажи часто переносят все свои фантазии в реальность. Никто уже не сомневается в том, что в СНБО и генштабе давно готовы к возобновлению крупномасштабных боевых действий. И надо что-то этому противопоставить уже сейчас, не дожидаясь, пока грянет.