«Айдар», конечно, сам напрашивался. Однако причины столь последовательного «наезда» на один конкретный батальон лежат не только в плоскости его «подвигов». Мародерством, похищением людей, убийствами и изнасилованиями в Донбассе заняты многие добровольческие батальоны. Однако «айдаровцы» сами подставились, их преступления задокументированы десятки раз, подтверждены независимыми источниками и – что особенно важно для киевского режима – «взяты на карандаш» международными наблюдателями, в том числе из ОБСЕ. А мнение Запада для Порошенко критично. Чуть ли не единственное требование, которое жестко выставляют Киеву, – это обеспечить мир хотя бы на некоторое время и укрепить власть самого президента Украины на подконтрольной ему территории. Иначе никаких денег не будет.
Взмолился даже батальон «Тернополь», который, как выяснилось, регулярно огребает от бывших айдаровцев в Лисичанске
Отсюда и недавняя «зачистка» Коломойского, и демонстрация усилий по сдерживанию «махновщины». Только вот проявить эти усилия в отношении какого-либо другого батальона, состоящего из «свидомых» добровольцев и «активистов Майдана» (например, «Азов», «Киев» или оба «Днепра»), Киев пока не может. В итоге под раздачу попал уже почти разгромленный и «переформатированный» «Айдар», от которого и так остались рожки да ножки, а уж имидж опустился «ниже плинтуса». Кроме того, финансирование «Айдара» со стороны Коломойского давно прекращено, батальон остался без ресурсов, его состав несколько раз подряд сменился, а разные его «призывы» успели вдрызг разругаться между собой.
Впрочем, «Айдар» финансировался Коломойским не напрямую, а через «Фонд Оборони Країни», так что жестко привязать его к структурам олигарха никто не мог. Да это и не играет особой роли, поскольку все подчиненные Коломойскому напрямую военизированные структуры так и остались в его подчинении и на его «кошту», несмотря на отставку с поста губернатора Днепропетровской области.
Организаторами «Айдара» изначально были его первый командир подполковник Сергей Мельничук и еще пять гражданских лиц, а отбор первой сотни производил лично Андрей Парубий – тогда комендант Майдана. Впоследствии батальон стал пополняться добровольцами, которых привлекало не только идеологическое оформление, но и вполне приличное по украинским меркам снабжение. Однако внутренняя структура «Айдара» все равно была организована по местническому принципу: роты комплектовались по региону рождения добровольцев, кроме (по понятным причинам) «афганской». Наиболее крупными из них были «Волынская рота» (выходцы с Волыни и из Ровенской области), которой поочередно командовали Дикий, Юркевич и Лапин (позывной «Зола»), рота «Холодный яр» (выходцы из Черкасской области) и рота «Запад» (выходцы из Галиции), которой командовал все тот же Лапин-Зола, а замкомандира был Омельчук. Наконец, есть так называемая «Золотая рота» (командир Александр Пискижов, позывной «Итальянец»), куда набились авантюристы всех мастей, в том числе наемники, мародеры и иностранцы.
Вся эта орда никакого отношения к населению Луганской области (а оперировали они именно на Луганском направлении) не имела, но для пущей навязчивости взяла себе в качестве символа название речушки Айдар («лунная река» с крымско-татарского), протекающей в Старобельском районе, где изначально батальон и располагался. Крайне неприязненные (если не сказать грубее) отношения с местным населением были предопределены самим составом батальона. Майданные активисты, выходцы с Западной Украины, иностранцы и просто профессиональные мародеры вели себя как на оккупированной территории в самом худшем понимании этого слова. Широко практиковалось и практикуется до сих пор похищение людей с целью выкупа, изнасилования и массовое мародерство. До поры до времени айдаровцы прикрывали все это «политическими соображениями», объявляя убитых или похищенных местных жителей «пособниками сепаратистов и оккупантов». Но с осени 2014-го, понеся огромные потери в личном составе, совсем перестали как-то объяснять свое поведение.
При этом был период, когда айдаровцев ставили всем в пример как показатель героизма в борьбе за независимость Украины. И на то были основания. В середине июля 2014 года «Айдар» получил приказ захватить аэропорт Луганска и перешел в наступление от поселка Счастье. Отличилась так называемая «Золотая рота», которая обошла укрепрайоны ополчения и перерезала стратегические дороги, соединявшие Донецк и Луганск. Контрнаступление ополчения опрокинуло танки ВСУ (80-й аэромобильной бригады), но «Айдар» не отошел и закрепился на трассе Луганск – Лутугино у реки Ольховки, тем самым деблокировав луганский аэропорт. За неделю они захватили пять населенных пунктов, три автомагистрали и одну железнодорожную ветку. Успех и перемога.
Тогдашний министр обороны Украины Валерий Гелетей, оценив медийные восторги в адрес «Айдара», который чуть ли не одиночку «взял Луганск», предложил создать на базе батальона полноценную бригаду в составе МО. Не дождавшись согласия командования батальона, Гелетей начал передавать «Айдару» тяжелую технику и инструкторов, которые должны были, помимо всего прочего, провести переаттестацию личного состава. «Герои Лутугино» были в восторге. За время июльского наступления «Айдар» понес серьезные потери и к августу уже никуда наступать не хотел и не мог. Закрепившись на выступе юго-западнее Луганска, батальон начал быстро разлагаться, грабя местных и захватывая в плен всех, кто попадал в их поле зрения. Выкуп требовали даже за бывшего главного архитектора Луганска Вячеслава Женеску, что уж говорить о людях с хоть каким-то политическим бэкграундом. В этот короткий период «Айдар» впервые попал в поле зрения Amnesty International.
Ополчение ДНР и народная милиция ЛНР перешли в контрнаступление 24 августа. К 1 сентября для батальона «Айдар» все было кончено. Ополченцы заняли луганский аэропорт, который помимо «Айдара» обороняли десантники 80-й бригады и сильно потрепанная 1-я танковая бригада. Мельничук в панике заявил, что «Айдар» заминировал Луганскую электростанцию в поселке Счастье и подорвет ее, затопив Луганск, если ополчение продолжит наступление. На его крики никто внимания не обратил. 5 сентября «Волынская рота»» была истреблена. Остатки «Айдара» бежали за реку Северский Донец, закрепившись в многострадальном поселке Счастье. Чуть позже удалось договориться об обмене пленными, в ходе которого «Айдару» отдали и тела погибших в районе луганского аэропорта.
В разбитом, деморализованном, лишенном снабжения и опоры в лице уничтоженных «активистов» батальоне начался бунт. Вчерашние «герои» принялись грабить все, что еще можно было пограбить, и настроили против себя международные организации, включая Красный Крест, захватив грузовики с гуманитарной помощью (при этом разграбленные машины расположили у водохранилища в виде баррикады). Управление батальоном превратилось в запорожскую сечь, и 50% оставшегося личного состава выразило недоверие комбату Мельничуку путем написания «цiдули», то есть петиции.
В октябре «Айдар», уже совсем разложившийся, еще пытались использовать для наступления на позиции ополчения на Бахмутской трассе. Две попытки штурмовать 32-й блокпост закончились очередным разгромом с большими потерями. После этого айдаровцы вовсе перестали воевать и кому-либо подчиняться, окончательно переключившись на террор местного населения. Особую роль в этом занимали внутренние разборки. Например, взводный по фамилии Козуб и с позывным «Тор» обвинил авторитетного ротного Лапина в спекуляции оружием и провокациях. Периодически в интернет вываливались самочинно сделанные ролики, на которых айдаровцы выясняли отношения с командирами, с министерством обороны, с командованием АТО и вообще со всеми, до кого могли дотянуться. Тогда же Amnesty International публикует официальный доклад, в котором обвиняет «Айдар» в военных преступлениях, убийствах, похищениях людей и мародерстве.
В ноябре Мельничук избирается в Раду и перестает быть командиром батальона, но назначенный министерством внутренних дел и. о. командира майор Сергей Федорченко продержался на этой должности только сутки. Новым и. о. стал подполковник Евгений Пташник – человек Мельничука, после чего конфликт «Айдара» со всем миром вокруг него перерос в «горячую» форму.
26 января батальон был де-юре расформирован, но на реальной ситуации это никак не отразилось. 30 января сторонники Мельничука, который уже успел почувствовать себя крупной политической фигурой, попытались штурмом взять здание министерства обороны, но дальше входной двери не прошли. Когда штурм не заладился, Мельничук легко сдал своих сторонников, заявив, что в Киеве митинговали отставники, которые уже не имеют отношения к батальону.
В «зоне АТО» части ВСУ несколько раз даже открывали артиллерийский огонь по мятежному батальону, а спецназ СБУ пытался похитить все того же знаменитого взводного Козуба (Тора), выступающего там теперь в роли полевого атамана и главного застрельщика мятежа.
Ныне «Айдар» не представляет практически никакой – ни военной, ни идеологической – ценности, и его запросто можно хоть переименовывать, хоть расформировывать, хоть «отфутболивать» из одного министерства в другое. Идея передать батальон в состав минобороны изначально принадлежит главе МВД Арсену Авакову, которому такая головная боль даром не нужна. Теперь губернатор Луганской области Геннадий Москаль в обращении к министру обороны чуть ли не плачет, требуя убрать с подконтрольной ему территории остатки воинской части 2950 (у «Айдара» до сих пор есть штаб, номер воинской части, полевая почта и канал связи). Так как большая часть батальона в связи с перемирием «откатилась» в места более «хлебные», чем прифронтовая зона у поселка Счастье, то особенно страдает сейчас город Лисичанск, в котором пьяные дебоши айдаровцев, мародерство с выбиванием дверей, насилие и даже вооруженные стычки с другими расположенными в городе частями – нормальное ежедневное явление. Взмолился даже батальон «Тернополь», тоже состоящий не из розовых пони, а из вполне себе свидомых жителей Карпат, которые, как выяснилось, регулярно огребают от бывших айдаровцев в том же Лисичанске.
Таким образом, нечто под названием «24-й отдельный штурмовой батальон «Айдар» Сухопутных войск Вооруженных сил Украины» – идеальный материал, на котором Петр Порошенко может эффективно и быстро продемонстрировать свою власть и способность контролировать ситуацию. Это даже проще, чем на кроликах. А впоследствии в структуре МО может быть возрожден батальон с таким же названием, но уже без денег Коломойского и «лицензии на убийство» под героическим ореолом.