Уже в следующем году европейские пользователи интернета могут столкнуться с серьезными ограничениями при распространении контента, который до недавних пор считался априори бесплатным. Инициатором ужесточения надзора за соблюдением авторских прав в Глобальной сети выступил Европарламент. Обновленная редакция проекта директивы, которая должна обеспечить дополнительную защиту правообладателям, получила поддержку большинства парламентариев: 438 голосов «за» и 226 «против» при 39 воздержавшихся. На зимней сессии этот проект может быть окончательно принят, и тогда Сеть ждут большие изменения. По мнению некоторых, фатальные.
«Черный день для открытого веба»
Наиболее скандальным пунктом проекта стал так называемый «налог на ссылки». Статья 11 обязывает интернет-платформы (например, сайты или блоги) заключать лицензионные соглашения с издателями и платить им отчисления за ссылки на их контент. Другими словами, блогеры должны будут отдавать процент с выручки (если она у них есть) производителям контента, прежде всего СМИ. При этом статья 13 предписывает всем интернет-платформам установить специальные программы, которые будут отслеживать пользователей, нарушающих авторские права.
«Все, что вы хотите опубликовать, сперва потребует одобрения этими фильтрами. Совершенно легальный контент наподобие пародий и мемов** окажется под прицелом», – заявила газете The Independent депутат ЕП от Пиратской партии Джулия Рида. В свою очередь американская некоммерческая организация Creative Commons, защищающая свободное распространение информации в Сети, назвала принятие проекта во втором чтении «черным днем для открытого веба».
Еще на этапе предварительного обсуждения категорически против принятия директивы выступили «отцы-основатели» интернета. К примеру, изобретатель протоколов URI, URL, HTTP и HTML Тим Бернернес-Ли и еще более 70 пионеров Всемирной паутины направили в ЕП письмо, предупреждающее об «угрозе будущему интернета». Свои опасения также представили десятки правозащитных организаций во главе с фондом Electronic Frontier Foundation. «Представляется, что статья 13 создает юридическую неопределенность, в которой у онлайн-сервисов не будет другого выбора, кроме как отслеживать, фильтровать и блокировать сообщения, опубликованные гражданами ЕС, если эти сервисы хотят продолжать работать», – говорится в их обращении.
Петиция против скандальных пунктов на портале Change.org уже набрала более 1 млн голосов. «Они были проигнорированы. Перед следующим голосованием нам нужно как можно больше голосов», – призывают авторы воззвания. Они утверждают, что статьи 11 и 13 проложат путь к всеобъемлющей цензуре в интернете, их принятие подчинит Глобальную сеть алгоритмам фильтрации контента, которые не защищены от ошибок, и сделает платными ссылки, свободный обмен которыми изначально был краеугольным камнем Глобальной сети.
Логично предположить, что в случае вступления в силу нормы о вознаграждении за распространение информации крупных СМИ небольшие интернет-платформы сократят поток лицензионного контента, а некоторые из них просто исчезнут. Под ударом также окажутся электронные библиотеки и агрегаторы исследовательских работ. «Налог на ссылки» обяжет ученых платить за упоминание трудов других исследователей, что замедлит развитие открытой науки в Европе и технический прогресс человечества в целом. Глава Коалиции академических ресурсов и научных изданий (SPARC Ванесса Праудман) уже заявила, что новая инициатива нарушает европейские принципы беспрепятственного доступа к научным трудам и публикациям.
Что же касается музыкальной и киноиндустрии, новый закон ускорит их олигополизацию, то есть сосредоточение основной части контента под контролем нескольких крупных игроков. «Я вижу в этом прямую заинтересованность владельцев авторских прав в области кинематографа и звукозаписи, таких как MRAA, RIAA или Sony Music, – заявил газете ВЗГЛЯД представитель одной из крупных российских ИТ-компаний, пожелавший сохранить анонимность. – Понятно, что компаниям невыгодно, чтобы записываемая под их лейблом музыка попадала в свободный доступ. Но многие музыканты совсем не против такого «пиратства». Наоборот, благодаря свободному распространению их треков в интернете к ним на концерты придет больше людей. То есть звукозаписывающие компании мешают свободному распространению музыки и привлечению поклонников, особенно это касается новых, широко не известных групп».
От «фотожабы» к культурному кризису
Изначально статья 13 предназначалась для защиты авторского контента от незаконного использования на платформах вроде Facebook* или Google. Прецеденты разбирательств с крупнейшим мировым поисковиком в этой сфере уже были – достаточно вспомнить громкое судебное дело «Гильдия авторов против Google», в рамках которого писатели обвиняли сервис Google Books в предоставлении открытого доступа к их интеллектуальной собственности. Разбирательства тянулись около десяти лет, и в итоге Верховный суд США постановил, что компания Google «использовала контент добросовестно» и не нарушала авторских прав. Теперь, чтобы предотвратить новые тяжбы такого рода, Европарламент выступает за установку фильтров, позволяющих находить и удалять контент, нарушающий авторские права.
Пример работы таких фильтров уже сейчас можно видеть на YouTube. Они, мягко говоря, расширяют представление обычных пользователей об авторском праве.
Например, счастливый отец заливает видео со своими детьми, поющими песню про кузнечика, а фильтр ее тут же блокирует, потому что нарушены авторские права «Союзмультфильма».
Все это может показаться смешным, но если такая ситуация будет повторяться с каждой гифкой и скриншотом, станет не до веселья. Эксперты не исключают, что с принятием новой директивы под угрозой могут оказаться сетевые коммуникации как таковые, что приведет к полноценному культурному кризису, ведь представить себе современную культуру без интернета и его атрибутов (разнообразных «мемасов» и «фотожаб») уже невозможно.
«У пользователя просто не останется слов, образов, изображений, музыки и прочего, чтобы общаться, – прокомментировал ситуацию для газеты ВЗГЛЯД доцент НИУ ВШЭ Павел Родькин. – Тем более что массовый пользователь, вопреки надеждам, возлагавшимся на веб 2.0 и новые медиа, стал не производителем оригинального контента, а его потребителем и перераспределителем. Но даже самый оригинальный контент не может существовать вне культурного контекста, без его воспроизводства. Таким образом, новый европейский закон об авторском праве действительно несет угрозу установления корпоративной цензуры и тотального контроля не только над контентом, но и над самой коммуникацией, на этом контенте основанной. Массовый пользователь может быть лишен возможности свободно производить контент – эта функция фактически будет приватизирована корпоративным сектором».
«Российский бизнес просто рухнет»
С технической стороны подобные инициативы реализуемы, пусть и не сразу, считает президент российского Национального фонда развития криптовалют Игорь Чепкасов. По его словам, несколько западных неправительственных организаций, занимающихся фактчекингом (проверкой фактов) в СМИ и публикующих материалы с развенчиванием мифов и уток, имеют для этого целые программные комплексы, а некоторые из них уже переведены на блокчейн-платформу. «Так что создать некий софт-фильтр для отделения «мемасов» от реальных злоупотреблений авторскими правами возможно. Но под прицелом могут оказаться и безобидные карикатуры. А выгодно это, разумеется, корпорациям – даже если исключить теории заговора», – заявил он газете ВЗГЛЯД.
При этом в этом проекте легко увидеть «российский след»:
«В Евросоюзе собирались бороться с потоком дезинформации из России, но, поскольку денег на соответствующие разработки не хватало, тут же объявились корпорации и через лоббистов протолкнули «борьбу с пиратством».
Но есть и хорошие новости: в конечном счете это может подстегнуть развитие искусственного интеллекта. «Фильтр – это экспертная система на сервере, то есть то, что сейчас называется модным выражением «искусственный интеллект», – рассуждает анонимный ИТ-эксперт. – По сути, это самообучаемая программа, код, который, получив пример одного образа, просто ищет такой же из миллиона других. Пример – система видеонаблюдения с распознаванием лиц. Эта система уже работает в Google, мы уже сегодня можем загрузить картинку и включить ее поиск по всему интернету. Но это требует огромных вычислительных мощностей. Обычные порталы типа новостных лент не располагают такими мощностями. Для этого нужны дата-центры, которые используют видеокарты промышленного типа, созданные специально для обучения этой экспертной системе. Потребуются колоссальные ресурсы для разработки новых алгоритмов, и если они будут выделяться, развитие искусственного интеллекта, конечно, пойдет вперед. Но есть и обратная сторона: потребность в очень многих профессиях может уйти в ноль».
Ближайшим же последствием предлагаемых инициатив может стать исчезновение значительной части развлекательного контента. Тогда интернет потеряет значительную часть своей аудитории, а те пользователи, которые использует Сеть в основном для получения информации, станут уходить в «андеграунд». «Конечно, получать информацию по-прежнему будет можно, но появятся специализированные площадки-монополисты, и уже не каждый автор сможет открыто публиковаться просто потому, что за это нужно будет платить деньги, – говорит ИТ-специалист. – Уже сегодня для людей, которые хотят получать знания, существует свой «интернет в интернете», так называемый darknet, TOR – сеть прокси-серверов, защищенных от прослушивания. Можно вспомнить, что произошло после запрета «Рутрекера» в России: многие просто научились пользоваться VPN-серверами и анонимайзерами, подключаются к зарубежному серверу и спокойно ищут то, что им надо. Можно сказать, что государство способствует технической грамотности народа».
Что касается последствий решения Европарламента для России, одним из них может стать ускорение перехода к интернету по китайской модели, в котором все ключевые западные сервисы имеют собственные аналоги, а ресурсы типа Google или Facebook полностью или частично заблокированы для большинства обычных пользователей.
«В принципе идти по пути Китая – это выход из ситуации, предлагаемой Европарламентом, – говорит собеседник газеты ВЗГЛЯД из ИТ-отрасли. – Только Китай потратил на свой внутренний интернет огромные деньги и шел к этому лет 15–20. У нас сегодня нет таких технических возможностей – их хватит только на то, чтобы сделать интернет как в Северной Корее, когда в стране всего 28 сайтов в «белом листе», а все остальное запрещено. Если такое произойдет у нас, то российский бизнес просто рухнет».
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ
** СМИ, включенное в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента