Рособрнадзор создает рабочую группу по вопросам совершенствования преподавания русского языка. Поводом послужили низкие результаты ЕГЭ по русскому языку, из-за которых пришлось даже понизить требования – иначе около 30 тысяч учеников не получили бы аттестат.

Боюсь, что единообразию будут подвергаться и те элементы, которые не должны

«Анализ работ ЕГЭ по русскому языку нас беспокоит, в настоящее время мы проводим анализ всех статистических данных, которые к нам поступают. По инициативе (главы Рособрнадзора – прим. ВЗГЛЯД) Сергея Кравцова будет создана рабочая группа по совершенствованию преподавания различных предметов, в том числе русского языка», – сообщила руководитель Федерального института педагогических измерений Оксана Решетникова.

По итогам работы группы в регионы будут направлены соответствующие рекомендации, на основе которых можно будет модернизировать программы обучения.

Накануне президент Владимир Путин заявил, что низкие результаты экзамена – «повод еще раз вернуться к программам преподавания русского языка, требованию к качеству работы преподавателей». Газета ВЗГЛЯД попросила прокомментировать ситуацию учителя русского языка и литературы ГОУ ЦО № 57, члена комиссии Общественной палаты по развитию науки и образования Сергея Волкова.

ВЗГЛЯД: Сергей Владимирович, вы согласны с тем, что преподавание русского языка в российских школах нуждается в совершенствовании?

Сергей Волков: Совершенствование – дело хорошее в любой сфере. Главное, чтобы этим словом не назвали процессы, которые совершенствованием не являются, а являются чем-то другим. Поэтому все зависит от целей, которые будут поставлены, и от конкретных людей, которые в эту группу будут входить.

Если под этим лозунгом сейчас будет усиливаться работа по созданию, например, единых учебников и приведению всего к одному знаменателю в надежде на то, что один знаменатель даст необходимое качество, я очень в этом сомневаюсь.

ВЗГЛЯД: Почему?

С. В.: Есть вещи, которые можно стандартизировать или закрепить как какие-то константы. А есть вещи, которые этому не поддаются. Например, последовательность читаемых произведений. У одного учителя они могут быть объединены одной, у другого – совсем другой. Они примагничиваются разными сторонами, всплывают в разное время. Часто бывает, что в одном классе нужно одно, в другом – другое. Потому что урок – это как поле боя. Нельзя где-то один раз и навсегда написать схему. Командир в окопе по ситуации видит, когда и что надо делать.

Если нам напишут учебник, где предложат, скажем, единообразное толкование текстов или выберут какую-то одну лингвистическую теорию – а ведь в языке есть много вещей, толкуемых по-разному, – то это будет большая беда. Потому что в учениках надо в том числе воспитывать многомерность взглядов. Должны быть разные точки зрения.

ВЗГЛЯД: Но разве возможно полное отсутствие единообразия в преподавании?

С. В.: Я боюсь, что единообразие коснется именно точек зрения и методических подходов. Единообразие может касаться набора единиц. Например, ребенок должен прочесть 50 произведений русской классики, из них 25 или 30 определенных, а остальные на выбор.

Или ребенок должен знать названия частей речи. Очень хорошо. Но только надо не забывать, что в лингвистике нет единого взгляда на то, сколько у нас частей речи и как их выделять. А если нам напишут учебник, в котором их будет выделено столько-то и они будут названы именно вот так, то это будет искажение. Поэтому я очень боюсь, что единообразию будут подвергаться и те элементы, которые не должны.

ВЗГЛЯД: Как вы оцениваете уровень ваших коллег в целом?

С. В.: У нас есть блестящие учителя, есть замечательный опыт, который накапливается в разных регионах нашей страны. Есть профильные издания, которые этот опыт транслируют. И рядом с этим, как и в любой сфере, есть устаревший подход, или формальный.

Если опросить школьников, какие предметы у них любимые, окажется среди них русский язык? Будет он хоть вторую или третью строчку занимать? На мой взгляд, ни за что. Никогда. Почему, спрашиваю я? Почему русский язык связан у школьников со скукой? Почему он не преподается интересно? У нас нет этих резервов? Есть, полно.

Ученик не будет осваивать язык, если ему не будет это интересно. А в школьных программах ученик должен, условно говоря, изучить 28 типов придаточных предложений. Там часто присутствуют классификации, оторванные от реальности, многое посыпано пеплом скуки. На мой взгляд, конечно, программа нуждается в живом наполнении, потому что язык – это вещь ужасно живая и очень интересная. Он живет, изменяется. Если зарядить ученика на то, чтобы он наблюдал за тем, что происходит в современном русском языке, то можно делать очень интересные проекты.

Но то, что сейчас преподается в школе как русский язык в массовом своем варианте, заточено на ЕГЭ. А ЕГЭ, к сожалению, экзамен формализованный и очень шаблонный. И фактически ученики усваивают этот шаблон, потом ЕГЭ проходит, и этот шаблон разваливается у них в мозгах, выветривается, потому что он больше ни на что не нужен, только на то, чтобы сдать экзамен. В результате этот формализм пронизывает изучение русского языка все глубже и глубже, потому что к ЕГЭ начинают готовиться все раньше и раньше.

ВЗГЛЯД: Отдельное внимание чиновники пообещали уделить повышению квалификации учителей. Что, на ваш взгляд, следует сделать в этом направлении?

С. В.: Повышение квалификации должно происходить, опять же, живо – и у тех людей, кто реально умеет это делать. В этом смысле у учителя должна быть для этого свобода и право выбора. А если повышение квалификации будет отдано на откуп государственным структурам, в которых часто оседают совсем не лидеры этого дела, а просто люди, которые там почему-то работают: может быть, они в школе устали, может, их школы и не хотели.

Учить учителей должны лучшие. А где их взять, непонятно. Кроме того, у нас нет оценки экспертного сообщества. У нас нет списка, нет карты страны, по которой было бы понятно, где сильные учителя. Куда мне пойти в интернете, чтобы посмотреть топ-100 учителей? У нас нет такого ресурса. У нас нет никаких оригинальных механизмов, чтобы это оценить. Школы и университеты рейтингуют, а с учителями это очень трудно.

Мне кажется, можно составлять рейтинг путем опроса коллег. Это очень интересный ход, когда вы спрашиваете, например, фотографов: назовите пять авторитетов в вашей области. И когда опрошено 500 фотографов, выясняется картина, кто, с точки зрения фотографов, лучший здесь. Нужно сделать так с учителями, чтобы было понятно, кто у нас пять лучших учителей русского языка и литературы в Брянске, или 10 в Новосибирске, или 50 в Москве – по мнению их коллег, а не потому, что у них есть звания, или они получили премии, или они кем-то назначены в придворные учителя. Только тогда у нас будет внятное сообщество.

Сейчас готовится год литературы. И вообще-то хорошо бы собрать всероссийский форум учителей литературы. Это было бы хорошее дело. Но у меня сразу встает вопрос: кого на него звать? Надо, чтобы приехали лучшие учителя страны, как их найти? Если бы у нас был такой рейтинг, можно было бы понять, к кому обращаться.