В понедельник Конституционный суд приступил к рассмотрению законодательной нормы, устанавливающей ответственность для организаторов массовых акций, если на них приходит больше людей, чем было заявлено. Поводом послужила жалоба жителя Тулы Сергея Каткова, который в 2010 году был оштрафован за то, что на организованное им шествие националистов 4 ноября пришли 300 человек при заявленных им 150. Катков настаивает, что норма закона противоречит Конституции. «Ни организатор мероприятия, ни иные граждане не могут заранее знать, даже предполагать количество людей, которые откликнутся на агитацию, которая разрешена законом, и придут на шествие», – отметил Катков на заседании. В случае если организатор примет решение и прекратит допуск людей на мероприятие, как только заявленная численность будет достигнута, он рискует ограничить конституционные права граждан на собрания, пояснил свою позицию Катков.
Он мог заявить гораздо большее количество участников, тем более что его никто не ограничивает
Представители властей озвучили в КС позицию, согласно которой норма об ответственности организаторов, равно как и участие в мероприятии такого числа людей, какое и было заявлено, необходимы – из соображений безопасности.
«Что мы слушаем сегодня? Это дело о праве на безответственность. Вспомните, ведь была в нашей истории Ходынская площадь – как раз тогда организаторы и не предусмотрели количество участников... Если бы организаторы митинга на Болотной площади указали, допустим, не 100 тысяч, а 200 человек и им выделили бы сквер, что было бы? В лучшем случае – массовые беспорядки, в худшем – трупы», – заявил полномочный представитель правительства в КС Михаил Барщевский. «Я с чистой совестью могу сказать, что нормы соответствуют и духу, и букве Конституции, и здравому смыслу. Законодатель здесь исходил из прерогативы безопасности», – сказал он.
Рассказать об этом поподробнее газета ВЗГЛЯД попросила постоянного представителя Госдумы в КС Дмитрия Вяткина.
ВЗГЛЯД: Дмитрий Федорович, как, на ваш взгляд, установленная законом ответственность непосредственно влияет на безопасность мероприятий? О чем должен задуматься организатор митинга, зная о каре за нарушение?
Дмитрий Вяткин: Здесь нужно учитывать следующие моменты. Во-первых, по мнению представителей всех государственных органов в Конституционном суде, нормы, которые оспаривались заявителем, соответствуют Конституции, ответственность за нарушение порядка проведения митинга, шествия, манифестации и так далее – любого публичного мероприятия – нужна. И несоответствие между сведениями, которые были поданы в уведомлении, и фактическим, например, количеством участников – это, конечно, нарушение.
ВЗГЛЯД: В чем именно?
Д. В.: Органы исполнительной власти в силу своей компетенции обязаны обеспечить безопасное проведение подобного мероприятия.
А если подаются сведения, вольно или невольно вводятся в заблуждение органы исполнительной власти, обеспечить нормальное проведение мероприятия иногда бывает очень и очень тяжело.
ВЗГЛЯД: Вы считаете штраф в тысячу рублей сдерживающим фактором?
Д. В.: Та опасность, которая существует при нарушении правил проведения митинга, или ущерб, который может возникнуть при нарушениях, и тысяча рублей, на которую жалуются заявители, – это, мягко говоря, не очень соразмерные суммы. Возможно, это надо пересматривать. Но это надо делать, учитывая практику и все остальное: не просто так взять и написать две тысячи или пять, а на основании чего? Тут надо думать.
ВЗГЛЯД: Что говорит на этот счет зарубежный опыт?
Д. В.: Там ответственность несоизмеримо больше. Штрафы за нарушение правил проведения мероприятий бывают очень существенными, до 100 тыс. долларов.
ВЗГЛЯД: Ваши оппоненты говорят о том, что организатор не может точно предсказать, сколько человек придет на мероприятие.
#{interviewsociety}Д. В.: Без вины ответственности не наступает. Вина может быть либо в форме прямого умысла, либо в форме неосторожности. Тут есть разные точки зрения: кто-то считает, что только прямой умысел может быть. С моей точки зрения, вина может быть и в форме неосторожности. Я даже сегодня заявителя спрашивал: «Вы понимали, что может прийти гораздо больше народа?» Он говорит: «Да, я понимал, а что я могу сделать?»
ВЗГЛЯД: А что он мог сделать?
Д. В.: Он мог заявить гораздо большее количество участников, тем более что его никто не ограничивает. Абсолютно никто.
ВЗГЛЯД: То есть вы бы рекомендовали сразу заявлять больше участников, чем ожидается, так сказать, с запасом?
Д. В.: Во всяком случае, это гораздо лучше, чем заявить мало, а придет в десяток раз больше. Ну заявите вы большой митинг, вам предоставят большую площадку.
ВЗГЛЯД: Как правило, люди приходят на мероприятия не по именным пригласительным билетам, и их число может превзойти самые оптимистичные ожидания организаторов? Что тогда следует делать?
Д. В.: Есть установки, в том числе в законодательстве: в какой-то момент, если очевидно, что народу слишком много, полиция и организаторы митинга должны предпринять определенные действия.
ВЗГЛЯД: То есть не пустить?
Д. В.: А вот не пустить. А как же? Конечно.
ВЗГЛЯД: Именно этот момент и оспаривают заявители в Конституционном суде: по какому принципу выбирать, каких людей пустить на мероприятие, а каким отказать из-за лимита численности? Получается, кого-то безо всякой вины дискриминируют?
Д. В.: Речь не идет о том, что кого-то пускать, а кого-то не пускать. Речь идет о том, чтобы провести публичное мероприятие в соответствии с тем уведомлением, которое подано. Потому что это связано с серьезными усилиями органов исполнительной власти по обеспечению безопасности и порядка. И понятно, что если заявили 150 человек, а пришло несколько тысяч, то там и полицейских должно быть больше, и, возможно, площадка должна быть больше, и не одна карета скорой помощи должна быть, а десять. В этом дело, а не в том, что кого-то пускать, кого-то не пускать. Организаторы митингов просто должны быть ответственными за то, что они проводят. Это не просто право. Это право не должно посягать на права других.
ВЗГЛЯД: Эта законодательная норма обсуждается в связи с митингами и прочими политическими акциями. Тем не менее Михаил Барщевский в своем предостережении упомянул трагедию на Ходынском поле, которая произошла вовсе не во время митинга, а в ходе народных гуляний по случаю коронации императора Николая. Относится ли нынешняя норма закона к народным гуляниям и тому подобным мероприятиям?
Д. В.: К любому публичному мероприятию массового характера. Какая разница, политическое оно или не политическое? Речь идет о безопасности людей, как участвующих, так и не участвующих в мероприятиях, о сохранности их имущества.