«У нас не будет уже рейсов в Белоруссию, мы не сможем даже туда попасть. Таким образом, учитывая сложившуюся ситуацию, диктаторское поведение, которое демонстрирует самопровозглашенный президент Белоруссии Лукашенко, понятно, что мы не можем даже рассматривать вопрос про точку обсуждения – минскую площадку. Мы обязательно будем искать новую площадку», – заявил глава украинской делегации в контактной группе Леонид Кравчук.
Это уже далеко не первое (а десятое или около того) заявление украинской стороны, что Минск для переговоров по Донбассу больше не подходит. Более того, не первое заявление конкретно Кравчука. Но если раньше это оставалось информационным шумом, в этот раз реакция российской стороны не заставила себя ждать, причем ответили Кравчуку не структуры МИД РФ и не представители российской делегации, а министр Сергей Лавров лично:
«Что касается заявления господина Кравчука, в принципе, он, конечно, глава делегации, но не ему решать, как будет дальше работать Контактная группа. Контактная группа создана в контексте пакета документов, который был одобрен на саммите в Минске в феврале 2015 года и затем утвержден резолюцией СБ ООН».
Надо полагать, предельно жесткий тон Лаврова объясняется тем, что именно сейчас, в связи со всем происходящим вокруг Белоруссии, Кравчук может быть услышан в Европе – и в ОБСЕ как участнике переговоров, и в Берлине с Парижем, которые выступают гарантами Минских соглашений.
Именно сейчас его требование могут посчитать обоснованным, присоединившись к дискуссии о том, что Белоруссия должна быть «разжалована» как переговорная площадка.
Поэтому российский министр и решил «закрыть тему» сразу. Что, впрочем, не отменяет того, что украинская делегация наверняка продолжит свое нытье и какую-то поддержку со стороны европейцев, возможно, получит.
При этом надо понимать, что с практической точки зрения поднятый вопрос абсолютно неактуален. Кравчуку сейчас вовсе не нужно физически «попадать» в Белоруссию. В связи с пандемией коронавируса все переговоры и консультации проводятся по видеосвязи, так что минская площадка – это, считай, одно название, а не географическая локация.
России по большому счету не так уж и важно, где именно проходят встречи. Кравчук упомянул в качестве возможных кандидатов Финляндию и Швейцарию – эти страны неоднократно принимали у себя разного рода переговоры с участием России, мы не оспаривали их нейтральный статус, хотя они и воспринимаются как часть Запада в политическом смысле. Та же Швейцария принимает (точнее, принимала раньше) более-менее регулярные консультации между Россией и Грузией, но площадкой могут стать и Сербия, и Казахстан, и Армения. На Минске свет клином не сошелся.
Другое дело, что менять площадку не имеет никакого смысла. Единственный мотив украинского каприза – сам каприз. Это очередной повод для того, чтобы затянуть переговоры и выиграть еще какое-то количество времени, пока новую площадку будут согласовывать.
«Официальный Киев продолжает играть роль жертвы российской агрессии, саботируя процесс мирного урегулирования путем оторванных от действительности высказываний о сторонах конфликта в Донбассе и странных, лишенных смысла и реальной целесообразности предложений о смене переговорной площадки», – заявили в МИД ДНР, комментируя Кравчука.
Это основная, можно даже сказать, фундаментальная тактика Киева по ведению переговоров – обсуждать что угодно, кроме реализации Минских соглашений, потому что выполнять он их не хочет, а выйти из них не может – Берлин и Париж запрещают. Кроме того, де-юре это означает возобновление боевых действий: Минские соглашения – это прежде всего соглашения о перемирии.
Проще говоря, Кравчук намеренно валяет дурака, и перед каждым новым раундом переговоров думает, какого бы дурака еще свалять. Как следствие, можно опустить все доводы о том, почему отказ от Минска как от символической переговорной площадки – это глупая идея. С той же целью – толочь воду в ступе – украинская сторона раз от разу выдвигает и куда более абсурдные претензии. Как в старом военном анекдоте – «почему в шапке, почему без шапки».
В общем, все для того, чтобы не сдвинуться ни на шаг.
Чего украинцы хотят в конечном итоге и на что надеются, вопрос философский. Может быть, на Джо Байдена, может быть, ни на кого конкретно не надеются – просто ждут подходящей политической конъюнктуры для того, чтобы решить конфликт военным путем. Сидят на берегу реки, дожидаясь, пока по ней проплывет труп врага. От этих ожиданий Украина ничего не теряет, но теряет Россия, на которую наложены санкции, и теряет Донбасс, зависший в безвременье.
Идея выполнения Минских соглашений крайне непопулярна на Украине, но в Донецке и Луганске она тоже непопулярна. Там тоже надеются на изменения конъюнктуры (но уже в свою пользу) и в частных беседах признают «минский путь» бесперспективным – не столько из-за позиции украинцев, сколько из-за того, что часть положений «Минска-2» невыполнимы для самих ДНР и ЛНР. Просто до обсуждения этих положений (например, о проведении выборов по украинским законам) дело еще не дошло – и вряд ли дойдет, учитывая динамику процесса.
Вопрос в том, что в таких условиях делать России. Теоретически со временем президента Украины Владимира Зеленского можно уговорить на прямые переговоры с руководством ЛДНР (за которые, кстати говоря, выступают 52,9% украинцев, и только 39% категорически против). Возможно (но маловероятно), тогда процесс можно будет сдвинуть с мертвой точки. Но это тем более далекая и, прямо скажем, маловероятная перспектива.
Поэтому, раз нас вынуждают терять время, стоит подумать над тем, как не терять его попусту. Как посвятить его дальнейшей интеграции Донбасса – пускай пока не в политическое, но в социальное и экономическое пространство РФ.
Например, местные документы об образовании мы уже признали. Не менее значимым шагом стало бы и признание таможенных документов, потому что в данный момент поставки товаров с донбасских предприятий в Россию осуществляются через украинские фирмы-прокладки, имеющие с этого маржу (да, за деньги на Украине по-прежнему можно решить очень многое, включая настолько болезненные вопросы на грани госизмены).
Эти предприятия стоило бы включить в российские «производственные цепочки», вплоть до подключения их к системе госзакупок. Со своей стороны ДНР и ЛНР давно пора переходить на технические регламенты, принятые в Евразийском экономическом союзе, и вообще – добиваться максимального единообразия своих законов с законодательством РФ.
Донбасс – богатейший регион, но сейчас его возможности для развития максимально ограничены. Постепенное снятие этих ограничений решает вопрос как экономического развития ДНР и ЛНР (главная проблема местных жителей сейчас – это даже не обстрелы, а низкие доходы), так и укрепления «русского мира» в целом.
А украинцы пусть продолжают валять дурака. Не жалко.