Расстояние от «президента-надежды» до «президента-недоразумения» Владимир Зеленский прошел чуть больше чем за год. Обвальное падение рейтинга главы государства связывали преимущественно с тем, что новый президент во всем дублировал политику старого, Петра Порошенко, а на собственную – ту, на которую намекал в период предвыборной кампании, у него не хватило решимости. Якобы он находится в условиях перманентного риска «майдана», на который выйдут не то чтобы многочисленные, но пассионарные националисты, шантажирующие власть беспорядками и бунтом в том случае, если она откажется от подавления русскоязычия или попытается найти общий язык с Москвой, Донецком и Луганском.
Так это или нет, в конце 2020 года Зеленского как будто подменили. Он перешел в атакующие позиции и ведет себя теперь не как «президент-тряпка», а как политик, замахнувшийся на строительство авторитарного режима.
Наиболее серьезный в этом плане шаг был сделан в декабре, когда Зеленский решил распустить или хотя бы обезглавить, лишив председателя, единственный орган конституционной юрисдикции на Украине – Конституционный суд (КСУ), в работу которого вообще не имел права вмешиваться.
Выглядело это весьма комично и содержало многочисленные приметы бардака, характерного для украинской государственности, но пока что у сторон конфликта «пат». Судьи, заявляющие о незаконности действий президента, остаются при своем мнении, но сам орган, по словам Зеленского, «заблокирован из-за одного товарища». «Мы шаг за шагом избавимся от товарища», – пообещал он журналистам.
Товарищ, о котором идет речь, – это глава КСУ Александр Тупицкий, отстраненный Зеленским от должности. Сейчас его в буквальном смысле не пускает на работу местный аналог ФСО. И стоит заметить, что подобные «наезды» на главную судебную инстанцию страны позволяли себе далеко не все латиноамериканские диктаторы, пришедшие к власти в результате военного переворота. Случалось, конечно, всякое, но чаще с судьями все-таки пытались договориться, сохранив хотя бы видимость принципа разделения властей.
Это стало актом обыкновенной государственной цензуры, которая не нуждается в пояснениях. При этом офис президента быстро вошел во вкус: уже на этой неделе Национальная комиссия, осуществляющая госрегулирование в сфере связи, заблокировала более 420 сайтов, включая, например, такую ныне непопулярную, но почти легендарную блог-платформу, как «Живой Журнал».
По той же, цензурной, части проходят и обвинения в измене родине, выдвинутые СБУ против известного блогера Анатолия Шария. То есть это, разумеется, цензура в одном пакете с политическими репрессиями, но основание для этих репрессий прямо так и сформулировано – Шария обвиняют в организации «информационных операций», целью которых была дискредитация украинской политики в СМИ.
Положа руку на сердце, почти любая объективная новость с современной Украины будет примером дискредитации украинской политики, такова уж эта политика. Таким образом, Шария ничтоже сумняшеся обвинили в том, в чем можно обвинить любого оппозиционного журналиста или блогера.
В этом Зеленский уже ничем не отличается от типичного «вождя-генерала» и «отца отечества» из Южной Америки: журналистов к ногтю прижимал каждый из них, пусть и не у каждого это сопровождалось человеческими жертвами. Авторитарный режим не терпит многоголосья.
Еще одной обязательной чертой таких режимов является устранение лидеров системных оппозиционных партий, подчас без суда и следствия. Пока что до убийств и похищений на таком уровне дело опять-таки не дошло, но от суда и следствия в Киеве уже отказались. Речь идет о введении санкций в отношении ряда политиков, в том числе против главы политсовета партии «Оппозиционная платформа – За жизнь» (ОПЗЖ) Виктора Медведчука и его супруги.
Тут уже необходимы пояснения, поскольку это настоящее ноу-хау начинающего диктатора Зеленского. Отличительная особенность санкций в том, что их применяют против иностранных граждан и юридических лиц, а не против собственных, на то они и санкции. В рамках одного государства ограничения на гражданина и его имущество может накладывать только суд, это неотменяемая истина для любой страны мира.
Но не такова Украина, где в качестве суда выступил Совет по национальной безопасности и обороне, запретив Медведчукам распоряжаться своей собственностью. Это уже даже не Латинская Америка, а та Африка, которую ассоциируют с Иди Амином. И это уже не шутки: когда гражданам отказывают в базовых правах, все предельно серьезно.
В каждом из описанных случаев у Зеленского были причины для того, чтобы грохнуть кулаком по столу, показать характер и начать действовать «по-плохому». Так, КСУ обнулил, признав неконституционной, большую часть антикоррупционного пакета реформ, проведение которых является обязательным условием для дальнейшего кредитования Киева со стороны МВФ и Всемирного банка: отсрочка очередного транша даже на месяц-другой чревата для страны дефолтом.
Зачистка информационного пространства напрямую связана с обвальным падением рейтинга Зеленского, ведь личная популярность была его главным активом, без которого в политике вообще делать нечего и нужно возвращаться к производству более привычных кинокомедий.Что же касается репрессий, они стали реакцией на выход ОПЗЖ в лидеры электоральных симпатий, а также на то, что в Москве, осознав полную недоговороспособность Зеленского, стали оказывать информационную поддержку партии Медведчука. Почувствовав себя загнанным в угол, действующий глава украинского государства решил перейти к войне без правил.
Стоит признать, что промедление для него и впрямь смерти подобно. Украину ожидает очень «горячая» весна: политологи и социологи прогнозируют резкий рост недовольства населения, вызванный ростом коммунальных тарифов. Это еще одно требование западных финансовых институтов, которые Киев должен выполнить для обеспечения долговых обязательств и во избежание дефолта. Вот он и выполняет, параллельно завинчивая гайки, чтобы волна народного гнева не выжала «президента-тряпку» досуха.
Зеленский не решился бы на это, если бы не поддержка со стороны Запада: борьбу с Тупицким, Медведчуком и оппозиционными СМИ официально одобрили в Вашингтоне и Берлине, где подобное невозможно представить. Заткнуть рот недовольным там тоже умеют, но все же не через разгон судов и предоставление главе государства чрезвычайных полномочий – такое только для Африки и Латинской Америки.
Подобная поддержка для Зеленского - основа легитимности. С точки зрения реальной политики мы имеем дело с хорошо знакомой, а потому узнаваемой схемой «своего сукина сына», по которой «цитадели демократии» опекали откровенно людоедские режимы в странах третьего мира. Собственное население хоть на завтрак кушай, если гарантируешь внешнеполитическую лояльность (конкретно – фронду в отношениях с Москвой) и управляемость на подведомственной территории.
Сохранил ли новый «их сукин сын» эту самую управляемость и сможет ли сдержать натиск оппозиции и доведенного до ручки народа за счет диктаторских мер, узнаем скоро – в третьей серии трагикомедии с Владимиром Зеленским в главной роли, рабочее название которой «Тарифный майдан». Ждите ее весной на всех экранах страны.