Андрей Богдан был слугой двух господ – политика Зеленского и олигарха Коломойского, и в первые месяцы новой власти то ли стал самым влиятельным чиновником после президента, то ли пытался им казаться. Как бы там ни было, во внутриполитической борьбе он оказался слаб, а в рамках внешней заполучил влиятельных врагов вплоть до Дональда Трампа.
Как следствие, в офисе президента, который Богдан сам создал и возглавил, ему довольно скоро указали на дверь. Теперь он напоминает о своем существовании только рассказами о «внутренней кухне» Зеленского, послушать которые решила Ксения Собчак.
В ходе интервью телеведущей отставник разразился неожиданно откровенной репликой, обращенной к Владимиру Путину. «Пожалуйста, Владимир Владимирович, сделайте шаг назад. Смотрите, с точки зрения всего мира, всего населения, всех людей – это будет поступок сильного. Это будет как раз победа», – заявил Богдан, имея в виду новый «компромисс» вокруг Донбасса и «переподписание» Минских соглашений.
Откровенность тут в эмоциональной нагрузке. Это просьба об очень серьезной уступке, можно даже сказать – мольба. Официальный Киев вместо этого обычно требует по принципу «мне все должны».
Не желая исполнять Минские соглашения, действующий офис президента Зеленского с довольно наглым видом пропихивает собственный план урегулирования, в корне этим соглашениям противоречащий. Глава МИД ДНР Наталья Никонорова описала его так:
«Нам предлагается разоружиться, подписать капитуляцию, сдаться, некоторым убежать, некоторым поселиться в лагерях... Много чего предлагается, но только не урегулировать конфликт».
Увольнение работает на человека тем образом, что он становится честнее как минимум по отношению к бывшему месту работы. Это распространяется и на органы центральной власти Украины, хотя в том, что касается российско-украинских отношений и судьбы Донбасса, правды все равно не скажешь – пространство для мнений жестко ограничено.
А если вдруг скажешь, домой к тебе могут заявиться или сотрудники СБУ, или ультраправые активисты. Еще не известно, кто хуже, но откупиться можно и от тех, и от других.
Богдан про эти особенности Украины в курсе. Предыдущее интервью он дал в сентябре – и хотя ничего особенно громкого не сказал (подумаешь, нынешние власти регулярно проводят тайные встречи с Порошенко), сразу же сбежал в Румынию «в связи с физической угрозой».
Впрочем, без искренних признаний действительно не обошлось, есть и особенно примечательное. Говоря о последних переговорах в «нормандском формате» на высшем уровне и об урегулировании в Донбассе, Богдан признался, имея в виду Владимира Путина:
«Мне кажется, что мы его как-то жестко кинули: наобещали одно – не сделали ничего».
По сути отставной высокопоставленный чиновник признал, что главный принцип внешней политики Украины как независимого государства – обман. Этот принцип прослеживается на протяжении всего периода украинской (именно украинской, а не древней общерусской) национальной истории, и всегда приводил к одному и тому же: пытаясь обмануть других, украинцы обманывают самих себя – и расплачиваются за это.
Взять всё те же Минские соглашения. Президент Петр Порошенко подписал их из-за неэффективности ВСУ и дефицита ресурсов – для получения «передышки» на фронте. Другими словами, соврал – выполнять ключевые положения соглашений в Киеве не собирались.
Украинское патриотическое сознание просто не подразумевает других способов решения территориальных конфликтов: или через военную победу, или через полную капитуляцию противника (популярный образ – «чтоб на коленях приползли»), а урегулирование в дипломатическом понимании слова, когда стороны идут на уступки и компромиссы, вырабатывая принцип мирного сосуществования, – это уже государственная измена, никак иначе.
Судя по всему, в феврале 2015 года украинская сторона рассуждала так: сейчас передохнем, после откажемся от обязательств, а Запад нас поддержит. Порошенко и Ко не учли, что в случае минского перемирия Запад представляли ведущие державы ЕС – Германия и Франция. Их отношение к европейским военным конфликтам, войнам у себя «под боком» не одномерно (сравним, например, кейсы Косово и Южной Осетии), но подчинено общему правилу. Европейцы могут поддержать одну из воюющих сторон, имея целью завершение войны через ее, этой стороны, победу (как в том же Косово или Боснии), но они всегда выступают резко против разморозки конфликта, на чем бы он ни остановился.
Минские соглашения изначально выглядели неисполнимыми не только со стороны Киева, но и со стороны Донбасса. Но в том случае, если они будут разорваны, в зоне конфликта возникнет правовой вакуум – и война может начаться вновь. Поэтому на все последующие просьбы Порошенко и Зеленского аннулировать условия мира, из Европы следовал один ответ: раз подписали – выполняйте.
То, что украинская национальная гордость при этом пострадает, немцев и французов не волнует. Эта простая мысль не пришла в украинские головы, а если и пришла, была отброшена: мол, все равно мы самые хитрые и самые лучшие, так что очаруем и обманем. Не вышло – свои хитрость и очарование на Украине переоценивают до смешного сильно.
В принципе, глядя из России, нет вообще ни одной причины для того, чтобы делать украинцам подарки и поблажки. Слишком кровавой была там каша, которую они заварили, слишком однозначна диспозиция Украины как таковой – это враждебное к нам государство, где русофобия стала базовой идеологией. От таких государств мы можем ждать только проблем и диверсий вне зависимости от того, какая фамилия у президента –Порошенко или Зеленский.
Действующий избирался на свой пост как готовый на компромиссы миротворец и защитник русскоязычных. Но в том, что касается языковой политики и урегулирования в Донбассе, он пошло дублирует позицию националистов, а остальные вопросы для Москвы второстепенны.
Избиратели этого Зеленскому, кстати говоря, не простили. Для них тоже не имеет особого значения, почему их избранник так себя повел: потому что прежде врал, как это на Украине принято, или потому что боится «бандеровцев», что в общем-то тоже типично украинская ситуация, когда несколько тысяч национал-радикалов держат в заложниках политику всей страны.
О «шаге назад» не может идти и речи еще и потому, что Киеву, как было сказано выше, нельзя доверять: перехитрить и обмануть – это для него пусть и редко срабатывающая, но единственная национальная стратегия, другой просто нет.
В таких условиях от руководства Украины требовали и будут требовать четкого исполнения взятых на себя обязательств (то есть имплементации Минских соглашений по пресловутой «формуле Штайнмайера»). Оно, в свою очередь, откажется (уже отказалось) и будет выцыганивать новую встречу в «нормандском формате», чтобы поставить вопрос о замене договоренностей на более удобные для себя – «потому что очень надо и мы так хотим».
В обозримой перспективе ситуация изменится лишь тем образом, что Киев будет регулярно «подключать старшего» – администрацию Джо Байдена, где к ней по известным причинам неровно дышат. Но донбасский воз будет стоять на том же месте, ожидая уже новых выборов и смены власти на Украине, после чего конфликт разменяет первый десяток лет и переговоры пойдут по тому же кругу, что в общем-то не самый плохой вариант, так как самый плохой – это война.
Выйти на реальное урегулирование конфликта можно, если заставить Киев исполнять зафиксированные в соглашениях обязательства. Но он будет тянуть время до тех пор, пока это является для него бесплатным удовольствием. Следовательно, нужно заставить его платить за простой – издержками.
Самое уязвимое место Украины - ее экономика, то есть издержки должны быть экономическими, что достигается наложением санкций. Европа на это не пойдет, более того, продолжит, скрипя зубами, давать Киеву кредиты. А это значит, что обеспечение издержек должна взять на себя Россия, тем более, что урегулирование конфликта в Донбассе необходимо для прекращения санкционной войны с ЕС – для нас простой не бесплатен.
Требования Минских соглашений действительно очень болезненны для Украины. Чтобы они были выполнены, альтернатива должна стать еще более болезненной. В конечном счете не мы должны сделать шаг назад, а Киев – шаг вперед, и для этого его придется пнуть в спину.