Слова о том, что «США втягивают нас в крестовый поход против России, который противоречит интересам Европы», все чаще звучат из уст европейских политиков. В этот раз их произнес бывший французский премьер Франсуа Фийон.
Все большая часть французской элиты выступает за активное противодействие американскому диктату и возвращение Парижу своего голоса в мировых делах
Подобные же слова говорят многие бывшие европейские руководители – например, отставные немецкие канцлеры или итальянские премьеры – но Фийон не пенсионер, которому легко позволить себе быть откровенным. Он один из лидеров правого «Союза за народное движение», на днях переименованного в «Республиканцы», и претендент на выдвижение от партии на президентских выборах 2017 года. Его откровенность достаточно показательна.
«Сегодня Европа утратила независимость. США втягивают нас в крестовый поход против России, который противоречит интересам Европы. США оказывают давление на Германию, чтобы Германия уступила Греции с целью найти компромисс по Греции. Немецкая разведка шпионит за Францией, но даже не в интересах Германии, а в интересах США», – сказал Фийон, добавив, что американское правосудие постоянно вмешивается в работу судебных органов европейских стран, а на Ближнем Востоке Соединенные Штаты проводят политику, которая противоречит интересам Европы и представляет для нее огромную опасность, но европейские страны вынуждены с ней согласиться.
Бывший премьер также заявил, что он решительно выступает против заключения соглашения между ЕС и США о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве (ТТИП) «в том виде, в котором оно есть сейчас».
Как видно, Россия в этом перечне лишь один из пунктов, по которому у Фийона есть претензии к США. То есть проблема не в том, что Фийон пророссийски настроен (это не так, хотя французская проатлантическая пресса изображает его именно так, особенно упирая на его хорошие отношения с Путиным), а в том, что французские политики действительно озабочены тем, что их страна все больше теряет суверенитет. Это происходит не просто вследствие евроинтеграции, но и из-за использования США институтов ЕС для укрепления своих позиций в Старом Свете. Евроинтеграция не стала объединением всех вокруг Германии, чего опасались в том числе и во Франции – она ведет к тому, что вслед за НАТО англосаксы готовят Европе еще одну атлантическую сбрую, на этот раз экономическую.
Трансатлантическое торговое партнерство, подписание которого обсуждалось на саммите «семерки», может быть, и не удастся протолкнуть до конца этого года (как хотели американцы), но его принятие становится главной задачей для Вашингтона на европейском направлении. У европейцев слишком много вопросов к этому соглашению, и чтобы они меньше их задавали, нужно нагнетать «российскую угрозу»: все сомнения прочь перед лицом такой страшной опасности. Ускоряться с подписанием соглашения нужно еще и потому, что следующие выборы в европейских странах могут существенно ослабить положение проатлантических сил, и тогда протолкнуть ТТИП будет невозможно.
Поэтому поддержание единого фронта против России имеет совершенно прикладное значение – его нужно протянуть до момента ратификации ТТИП. Понятно, что европейские элиты понимают эту незамысловатую комбинацию, и те из них, кто против холодной войны с Россией и подчинения США (а точнее даже – глобальным корпорациям под англосаксонским дирижированием), будут все громче выражать свое возмущение. Отношение к блокаде России становится поэтому своеобразной лакмусовой бумажкой.
Президент Олланд практически не имеет шансов быть переизбранным в 2017 году – самый непопулярный и бесцветный глава государства в новейшей французской истории лишает шансов на победу и кого-либо из однопартийцев социалистов. Олланд долго колебался с «Мистралями», но в итоге уступил давлению США, подтвердив свою несамостоятельность. Его главным противником сейчас считается Николя Саркози, но его реванш вовсе не гарантирован, особенно учитывая огромный антирейтинг бывшего президента (выше он только у Олланда).
Самый популярный политик Франции – Марин Ле Пен (она уверенно набирает больше всех голосов в первом туре) – не может пока что выиграть во втором: против нее объединяются и так называемые правые, и левые. Но «Национальный фронт» уверенно продвигается на левую площадку – так что со временем остановить Ле Пен на пути в Елисейский дворец станет невозможно. Но не в 2017-м – по крайней мере, Саркози настойчиво пытается казаться большим патриотом, чем Марин. В основном это касается внутриполитической тематики, но не остается в стороне и Россия.
Если Ле Пен можно назвать самым симпатизирующим России политиком Франции и одновременно самым антиатлантическим, то Саркози, заслуженно имеющий репутацию атлантиста, пытается показать, что он тоже выступает за развитие отношений с Москвой. Саркози высказывался за передачу России «Мистралей», осуждал Олланда за отказ присутствовать на параде Победы в Москве, тем самым зарабатывая очки на фоне безвольного президента.
И если личная мимикрия Саркози не может вызывать доверия, то несомненно, что он вынужден учитывать настроения французского общества, которое настроено не на конфликт, а на сближение с Россией. Более того, все большая часть элиты выступает за активное противодействие американскому диктату и возвращение Франции своего голоса в мировых делах.
Это как совершенно системные люди, как бывшие президенты Валери Жискар д'Эстен и Жак Ширак или один из основателей соцпартии Жан-Пьер Шевенман, так и популярные антисистемные (с точки зрения нынешней французской элиты) политики, такие как Ле Пен и лидер левых Жан-Люк Меланшон. Все они критикуют США и выступают против того, что Меланшон назвал «разгулом антироссийской пропаганды» и «демонизацией Владимира Путина».
Антиамериканские заявления Франсуа Фийона добавляют к ним еще одну респектабельную фамилию, притом что в среде республиканцев он противостоит Саркози, также вынужденному заигрывать с русофильскими настроениями электората. В руководстве республиканцев только бывший премьер Ален Жюппе, способный потягаться с Саркози за выдвижение в президенты, выступал за наказание России и отказ от передачи «Мистралей» (притом что именно Жюппе, будучи министром обороны, подписал в 2011 году с Игорем Сечиным соглашение об их строительстве).
От того, как проголосует Франция в 2017 году, зависит то, насколько подконтрольным англосаксам останется процесс евроинтеграции, а учитывая растущие здесь антиамериканские настроения (а точно такой же процесс происходит и в Германии), обеспечить лояльность Парижа будет очень сложно.
Москва заинтересована в том, чтобы во Франции, как и в остальных европейских странах, быстрее происходил сдвиг в сторону отстаивания их собственных национальных интересов – через смену властей, изменение баланса сил в элитах. России нет нужды особенно сильно агитировать тех же французов «за дружбу» – нам просто нужно, чтобы им не мешали выстраивать самостоятельную внешнюю политику (мы не можем помочь им обрести независимость, но американцы своим чрезмерным давлением делают все для того, чтобы вызвать ответную реакцию). А то, что сотрудничество с Россией отвечает их интересам, они знают лучше нашего.