Индия несколько неожиданно оказалась в центре коллизии, интересной не только и не столько в связи с конфликтом на Украине, сколько в качестве индикатора состояния дел в мире. Точнее – отношений между наиболее крупными субъектами международной политики: США и остальными.
Само по себе разногласие по поводу российской нефти, стремление Вашингтона не допустить торговли между Москвой и крупными потребителями из числа стран мирового большинства, скорее всего, можно было бы (хотя бы отчасти) урегулировать полюбовно, в ходе столь близких сердцу Дональда Трампа сделок. Тихо принудить Нью-Дели, Бразилиа и даже Пекин к тому, чтобы сократить взаимодействие с Москвой в обмен на выгодные условия с Вашингтоном – вероятно, исход достижимый, по крайней мере до какой-то степени. Своя рубашка у всех ближе к телу, американский рынок есть американский рынок.
Трамп, однако, пошел другим путем, вознамерившись демонстративно прижать к ногтю тех, кто пытается следовать собственным курсом. (Курс этот, что характерно, не обязательно антиамериканский, но просто отличающийся от того, который в Соединенных Штатах считают для себя подходящим).
Отсюда максимальная публичность требований и угроз. А это уже совершенно другой коленкор – визави должны продемонстрировать лояльность и податливость к внешнему давлению, что будет иметь репутационные последствия прежде всего внутри соответствующих стран. К тому же конфликт получается максимально персонифицирован – Трамп против Си, Моди, Лулы.
Последний случай вопиющ – американская администрация открыто и с наслаждением вмешивается во внутренние дела Бразилии, сделав центром своих претензий судебное преследование бывшего президента и приятеля Трампа Болсонару. То есть у бразильских властей просто не остается варианта пойти на уступки – это будет означать политическую капитуляцию по всем фронтам сразу.
Украинская тема, которая формально служит причиной нынешних наездов на Индию и Китай (Бразилию в меньшей степени), для Трампа растворена в большом клубке его действий по перекройке мировой торгово-экономической политики в пользу США.
Он привык к тому, что рявкнув на союзников, можно получить примерно то, что хочешь. И точно демонстрацию послушания. Страны, военно-политически зависимые от Вашингтона, предпочитают делать всё, чтобы уйти от обострения и возможного дистанцирования Соединенных Штатов. Но никто из крупных незападных держав такой зависимости не имеет, а что касается экономической взаимосвязи, то здесь балансы сложные. Крупные экономики, конечно, сильно увязаны с США, но они вовлечены и во много самых разных конфигураций, идти на поводу одного, хоть и очень мощного партнера, чревато.
Что будет дальше, выяснится в ближайшие дни, пока же такое ощущение, что Трамп парадоксальным образом сыграл на руку БРИКС, создав повод для сплочения его основных участников, которого раньше не было (ЮАР – тоже объект карательных мер, хотя по своей причине, но и там прежде всего неэкономической).
БРИКС долго и убедительно заклинал, что ничего антизападного и антиамериканского там нет, это просто другой контур международной кооперации, не против Запада, а параллельно. Собственно, конфликтовать с США и Западом в БРИКС почти никто и не стремился. Но Трамп сознательно антагонизирует это сообщество, надеясь наскоком его напугать и фактически разогнать. А вот тут коса, кажется, движется навстречу камню, который сама же создала.