Сегодня Германия пока еще не стремится к переименованию «неагрессивно звучащего» бундесвера. Но в прессу уже просачиваются первые контуры того, что может ждать немцев в будущем. Так, Der Spiegel сообщает о планах министра обороны Германии Писториуса до 2025 года ввести всеобщую воинскую повинность.
Такое уже случалось перед Второй мировой войной.
Проиграв Первую мировую, Германия сохранилась как единое государство, но заплатила за это экономическую цену в виде репараций и политическую цену в виде запрета на серьезные вооруженные силы.
Численность рейхсвера согласно Версальскому договору ограничивалась сотней тысяч человек, из которых офицерами могли быть лишь четыре тысячи. Чтобы немцы не насоздавали «заготовок под офицеров» из нижних чинов, срок службы унтер-офицеров и солдат ограничивался 12 годами.
Чтобы обойти положения договора, немцы создали так называемый Черный рейхсвер – военизированные организации, находившиеся под полным контролем военных, но официально к таковым не причисляемые. Ветеранов Первой мировой было достаточно, и отбирать туда лучших и мотивированных было несложно.
Другим способом обойти ограничения была дружба с СССР. Немцы в обмен на информацию технического рода готовили своих военных в училищах Советского Союза. От этого выигрывали обе стороны.
Поэтому, когда случился серьезный конфликт между военными и штурмовиками-коричневорубашечниками, фюрер выбрал военных. В июне 1934 года он учинил «Ночь длинных ножей» – жестокую расправу над наиболее радикальной частью своих же сопартийцев, где активно ходили идеи о «народной армии» в пику офицерской корпорации. После этого армия в целом отбросила свои претензии к нацистам и позволила Гитлеру делать с ней все, что он хотел.
Первые два года после своего триумфа нацисты планомерно перестраивали государство, подбирая одну ниточку власти за другой. К 1935 году они почувствовали себя достаточно уверенно, чтобы пойти на конфронтацию с теми, кто навязал Германии Версальскую систему. И они открыто объявили, что никаких ограничений соблюдать больше не будут. Для начала вводилась всеобщая воинская повинность, а новые вооруженные силы – вермахт – должны были вырасти до полумиллиона человек.
Разумеется, ко всему этому готовились еще раньше, сразу после прихода нацистов к власти. И даже до него – например, в части подготовки производства танков. Так, создание знаменитой «единички» Pz.Kpfw. I – танка, который массово использовался в разгроме Франции в 1940-м – началось еще в начале 30-х годов.
Немцам было запрещено создавать не только танки, но и авиацию. Но еще задолго до прихода Гитлера промышленники нашли, как не растерять самое ценное, что у них было – инженерную школу. Для этого они организовывали совместные предприятия, причем не только в Европе. Опытом германских инженеров с удовольствием пользовались и за океаном – совместная с американцами фирма «Гудьер-Цеппелин», например, построила два уникальных летающих авианосца: «Акрон» и «Мейкон».
Но одной инженерной школы было мало. Германия автаркии не имела, но пыталась к ней хотя бы приблизиться – страна должна была лучше держать удар и уметь делать все самостоятельно. Поэтому под руководством Геринга начали заново открывать шахты, ранее проигравшие конкуренцию иностранным. Плевать, что они работают в убыток – нацисты знали, что очень скоро наступит время, когда ресурсы будут гораздо важнее, чем любые деньги.
Все это позволило увеличить численность вермахта с 500 тыс. человек на март 1935 года, до 3,2 млн к началу Второй мировой войны в 1939 году. А в июне 1941-го в вермахте было уже 7,2 млн человек. Из них на границе с Советским Союзом было развернуто более 3,5 млн, а с союзниками получалась более чем внушительная цифра в 4,3 млн.
Более чем достаточно, чтобы попробовать выиграть мировую войну, в процессе разрушив половину Европы и убив десятки миллионов человек.
Но что сможет Германия, если всерьез возьмется за свои вооруженные силы сейчас? Вероятно, через 5-10 лет мы это узнаем.
Сойтись в бою с новой немецкой армией, если ее создадут, Россия может не только на Украине, но и где-нибудь в другом месте. Просто потому, что если Германия наведет порядок в своих войсках, ее роль и уровень самостоятельности автоматически вырастут. И рано или поздно где-то в Европе может произойти пересечение интересов – со всеми вытекающими последствиями.
У немцев есть мощный оборонно-промышленный комплекс, вторая (после России) экономика в Европе и нация, которая привыкла ходить строем. И пусть у них пока что нет такой бескомпромиссной партии, как НСДАП, и такого харизматичного вождя, как Гитлер, недооценивать их не стоит. В конце концов, в ХХ веке неудовлетворенные амбиции этого народа стоили Европейскому континенту огромных потерь и бесчисленных разрушений.