3 июня Евросоюз ввел в действие шестой пакет санкций, что стало возможным после согласования ключевого вопроса об эмбарго на российскую нефть. Эмбарго будет частичным и затронет только морские перевозки нефти. Трубопроводная нефть (по южной ветке «Дружбы») продолжит поступать в Венгрию, а также в Чехию и Словакию. Вводиться ограничения будут постепенно: от российской нефти решено отказаться в течение полугода, от нефтепродуктов – в течение восьми месяцев. По словам Ш. Мишеля, до конца 2022 года ЕС на 90% откажется от импорта нефти и нефтепродуктов из России.
Процесс согласования нефтяного эмбарго стал настоящим вызовом для Брюсселя, потратившим на переговоры с Будапештом и правительствами некоторых других стран более месяца, прежде чем прийти к соглашению. О необходимости передышки в санкционной войне, а также о красных санкционных линиях уже заявили некоторые европейские политики. В частности, премьер-министр Бельгии Александр Де Кроо предложил «сделать паузу» в вопросе введения новых санкций, дав возможность оценить действие уже существующих. А канцлер Австрии Карл Нехаммер заявил, что вопрос поставок газа не может быть предметом обсуждения новых санкционных пакетов.
По всем признакам, санкции не даются Евросоюзу легко. Их введение разгоняет и без того рекордную со Второй мировой войны инфляцию, снижая качество жизни европейцев. Впереди новые вызовы – к энергетическому кризису в обозримую перспективу с высокой вероятностью добавится кризис продовольственный. И если даже он не приведет к голоду в самой Европе, то может сказаться на странах Северной Африки и Ближнего Востока, спровоцировав невиданную до этого новую волну миграции. Украинские, а также некоторые европейские и американские СМИ, откровенно называют новый пакет санкций беззубым.
И все же России при всей устойчивости ее экономики не стоит недооценивать последствия искусственных ограничений. Вводя санкции, ЕС стреляет себе в ногу, однако же болезненными они будут и для России. Сейчас снижение экспорта нефти и газа на европейский континент с лихвой компенсируется растущими ценами на них. Даже по оценке Bloomberg, российские доходы от экспорта энергоносителей увеличатся минимум на 20% в 2022 году. Однако отложенный эффект санкций скорее рано, чем поздно, даст о себе знать.
Нет сомнений, что ЕС действительно начал постепенный отказ от российской нефти и нефтепродуктов, замещая их поставками с Ближнего Востока, из Северной Африки и Латинской Америки. Необходимая переориентация экспортных потоков на азиатские рынки потребует от России значительных инфраструктурных вложений (новые трубопроводы, танкеры и т. п.) и логистических издержек. Вероятное введение запрета на страхование судов под российским флагом и запрет на заход в порты ЕС, США и зависимых от них государств в краткосрочной перспективе может значительно осложнить судоходство для танкерного флота России.
Разбалансировка рынка будет сопровождаться и усилением конкуренции продавцов нефти. Под угрозой – отношения в рамках ОПЕК+. Нефтедобывающие страны ближневосточного региона, в первую очередь Саудовская Аравия, вероятно захотят воспользоваться оказываемым на Россию давлением с тем, чтобы потеснить ее с традиционных рынков не только в Европе, но и за ее пределами. Уже этим летом картель может согласовать увеличение добычи нефти без учета интересов России, вернувшись к традиционному формату принятия решений в рамках ОПЕК. Свою роль может сыграть и постепенное снятие американских санкций с Венесуэлы и Ирана. Сейчас с точки зрения Вашингтона именно Россия является самым опасным звеном традиционной «оси зла», а значит, для удара по ней хороши все средства.
Постепенно будут ликвидироваться санкционные прорехи, например, позволяющие поставлять российскую нефть в составах смесей. Такими смесями сейчас, как сообщает американская пресса, не брезгует и главный зачинщик антироссийских санкций – США. Проблемой может стать и «институциализация» дисконтов на российскую нефть. Сейчас Китай и Индия покупают сорт Urals с дисконтом в 30-35 долларов к сорту Brent. Такая скидка не представляет большой проблемы при текущих ценах в районе 115-120 долларов за баррель. Но снижение котировок до 90 долларов и ниже – чего исключать нельзя – при сохранении таких дисконтов уже может навредить российскому бюджету. А новая зависимость от КНР и Индии, как крупнейших потребителей российской нефти, сужает возможности по ведению ценовых переговоров.
Нельзя забывать и о том, что уже введенные пакеты санкций в марте-апреле также во многом имеют отложенное действие. Например, запрет на экспорт российского угля в ЕС вступает в силу лишь в августе. А проблемы с поставками российской стальной продукции сказались на компаниях – «Северстали», «Магнитке» и Новолипецком металлургическом комбинате – только сейчас, спровоцировав падение их котировок и обращения с просьбой о пересмотре налогов к государству.
Огромный ресурсный потенциал России позволил ей легко пережить первые санкционные удары. Но за видимой «тефлоновостью» санкций не стоит забывать, что санкционная война – это война на истощение, условием победы в которой является устойчивость в долгосрочной перспективе. Строительство новых трубопроводов, расшивка узких мест Восточного полигона железных дорог, ускоренное импортозамещение и интенсификация взаимодействия в рамках ЕАЭС, БРИКС и других крупных интеграционных объединений должны прийти на смену локальным экономическим победам и конъюнктурной благосклонности нефтяных цен.