Текущий энергетический кризис весьма ощутимо ударил по Германии. Цены на бензин в стране бьют рекорды, и немцы уже выстраиваются с канистрами в очереди на заправках соседних стран, где топливо тоже подорожало, но не так сильно. На энергетическом рынке начались первые банкротства – из-за взлетевших оптовых цен на газ и электричество малые и средние энергокомпании не могут больше выполнять свои контрактные обязательства перед клиентами. Стремительно дорожающая энергия разгоняет инфляцию: закупочные цены в стране в годовом исчислении в сентябре выросли на четырнадцать с лишним процентов.
Ко всему прочему погода в этом году выдалась не очень удачная для возобновляемой энергетики. В первой половине года ветряные электростанции в Германии дали электричества только на 20% от своих предельных возможностей, а солнечные и того меньше – всего 10%. И к осени ситуация не сильно изменилась.
Налицо, казалось бы, провал «зеленой повестки», но немецкие политики делают из сложившейся ситуации прямо противоположные выводы. Лидер «Зеленых» Анналена Бербок на днях, например, высказалась против выдачи разрешения на ввод в эксплуатацию «Северного потока – 2». И это несмотря на то, что без достаточного количества газа Германия не сможет осуществить чуть ли не главную на сегодня мечту экологов – отказаться от использования угля. Впрочем, у «Зеленых» в вопросах энергетики своя, весьма специфическая логика, оперирующая в первую очередь климатическими, а не экономическими или технологическими аргументами. Кроме всего прочего, российский газ, с точки зрения Бербок, не только неэкологичен, но еще и недемократичен, и тут совсем не важно, что заменить его практически нечем.
Но в той или иной степени «зелеными» в Германии стали уже практически все партии, за исключением одной только «Альтернативы для Германии» (АдГ). Хотя они, надо признать, в отличие от настоящих «Зеленых», более рациональны в своих подходах. Пока еще правящий консервативный блок ХДС/ХСС, как и претендующие на власть социал-демократы, отказываться от «Северного потока – 2» совсем не собирается – даже наоборот. Однако при этом считает, что для того, чтобы сдержать рост цен на энергоносители, надо в качестве одной из основных мер как можно активнее развивать возобновляемую энергетику. Аналогичного мнения придерживается и подавляющее большинство всех остальных немецких политиков.
В этом, конечно, есть своя логика, и в прошедшую среду ее предельно доходчиво изложила глава Еврокомиссии и, кстати, член немецкого ХДС Урсула фон дер Ляйен в своем выступлении перед Европарламентом. Одна из главных причин энергетического кризиса, по ее словам – это крайне высокая степень зависимости Евросоюза от импортных нефти и газа. Поэтому источники поставок энергии надо сначала максимально диверсифицировать, а в средне- и долгосрочной перспективе – заменить на собственные, то есть возобновляемые.
По последнему пункту в ЕС есть некоторые разногласия – французы, например, считают, что заменять нефть и газ надо не на возобновляемую, а на ядерную энергетику. Но немцы, которые в следующем году выведут из эксплуатации последнюю свою АЭС, с французами категорически не согласны. В контексте ядерной энергетики они сейчас готовы обсуждать разве что теромоядерный синтез, и то, похоже, исключительно потому, что понимают – в ближайшие два–три десятилетия эта технология вряд ли заработает, а там, глядишь, она и совсем не понадобится.
По итогам «зеленой» революции Германия рассчитывает стать чем-то вроде новой энергетической сверхдержавы. В мире возобновляемой энергетики правила будет устанавливать не тот, кто владеет ресурсами, а тот, кто владеет технологиями. Потому что ресурсы – ветер, солнце, вода, термическое поле или биомасса – есть практически везде. Но вот технику, чтобы извлечь из этих источников энергию, надо либо создать самому, либо купить у кого-то другого. И немцы уверены, что смогут стать одним из главных продавцов на этом новом технологическом рынке. Не зря же они почти пятьдесят лет, начиная с большого энергетического кризиса 1973 года, безостановочно вкладывали деньги в возобновляемые технологии.
Дело осталось за малым – завершить «зеленую» революцию в мировом масштабе или, как говорят об этом в Германии, «нарастить рынок». А дальше уже можно будет почивать на лаврах победы и пользоваться всеми ее плодами. По сравнению же с мировой революцией такие мелочи, как скачок цен на бензин или несколько разорившихся энергокомпаний – ерунда. Тем более что немецкий крупный бизнес полностью на стороне немецких политиков и тоже ожидает для себя «революционных» дивидендов – как в виде будущих прибылей, так и в виде текущих инвестиций. По оценкам Федерального союза немецкой промышленности, для поддержания в Германии успешных темпов энергоперехода государство должно обеспечивать ежегодные вложения в возобновляемую энергетику и технологии декарбонизации в размере примерно 100 млрд евро. По немецким меркам это вполне солидная сумма.
Да и граждане, в принципе, тоже совсем не против. Хотя их больше волнует не энергетическая или экономическая, а чисто климатическая сторона вопроса. Особенно сейчас, после летних катастрофических наводнений в западной части Германии и бурной предвыборной кампании «Зеленых», в которой поучаствовала даже сама Грета Тунберг. Если верить свежим соцопросам, немцы в последнее время опасаются последствий глобального потепления даже больше, чем последствий пандемии. Но никакого противоречия между обществом, политикой и бизнесом тут нет, потому что спасение климата – это возобновляемая энергетика, а возобновляемая энергетика – это спасение климата. Так что все в порядке.