Эпидемия коронавируса, ради борьбы с которой мир с энтузиазмом принял беспрецедентные меры, остановив значительную часть своей экономики, стремительно теряет свои позиции в актуальной информационной и политической повестке.
Россия и тут движется в общем тренде, быстро возвращаясь к нормальной жизни. Вернее, к тому, что теперь можно считать нормальной жизнью. Вся эта история, конечно, предоставляет крайне богатую почву для конспирологов всех мастей, вплоть до яростных борцов с чипизацией и вышками 5G.
Но именно разрушение пространства нормальности обыденной жизни – и представлений о таковой – у немалой части человечества, причем в наиболее благополучных и стабильных регионах планеты, имеет смысл считать главным результатом последних месяцев. Нашей страны это в полной мере касается.
Ведь даже в недоброй памяти 1990-х период тотального ужаса – с реальным голодом множества людей, с балансированием государства на грани краха и с пребыванием страны в шаге от гражданской войны – был не столь уж длителен. Потом как-то все более-менее наладилось – пусть очень бедно, с постоянными катаклизмами, экономической нестабильностью и угрозой терактов. Взрослые люди работали, пожилые получали пенсии, дети посещали детсады и школы, по праздникам за столом собирались дружные компании, мужики ходили на рыбалку, а женщины – красить волосы и ногти к мастерам по рекомендации.
А уж последнее десятилетие-полтора жизнь среднестатистического россиянина и вовсе мало отличалась от жизни среднестатистического жителя западного мира – в чем-то похуже, в чем-то получше, но в целом приблизительно одно и то же. Дом, работа, хобби и развлечения, ипотека и автокредиты, кафе, салоны красоты и путешествия в соответствии с предпочтениями и финансовыми возможностями. В общем, обычная и стабильная – нормальная – жизнь.
А где-то там – по ту сторону экрана телевизора и компьютерного монитора – существовал совсем иной мир. Со странами, ввергнутыми в хаос гуманитарными бомбардировками НАТО и собственными цветными революциями, с ИГИЛ*, устраивавшим кровавые перформансы из массовых казней, и просто с регионами жесткого дефицита продовольствия и пресной воды.
Было понимание, что пространство «ненормальности» и дестабилизации постепенно расползается, но казалось немыслимым и невозможным, что этот процесс на самом деле охватит и наш мир – во всяком случае, без какого-то глобального потрясения такого масштаба, когда уже ничто не будет иметь значения. И вот мы тут.
Не случилось никакой суперкатастрофы, но люди самой благополучной части планеты радикально изменили свое отношение к элементарным вещам: к личному общению с друзьями и родственниками, к посещению кафе, кинотеатров, музеев, торговых центров и прочих публичных мест, к пользованию услугами парикмахеров, портных и ремонтников всех мастей, да и просто к учебе и работе.
Про свободу перемещения и говорить не приходится. Отсутствие комендантского часа и пропускной системы уже воспринимается, как невероятное счастье, на фоне которого крайне смутные перспективы зарубежных поездок кажутся незначительной мелочью.
Все то, что три месяца назад было обыденными и само собой разумеющимися мелочами, ныне перешло в положение высоко ценимой привилегии. И не стоит питать иллюзий, что скоро все вернется на круги своя. Не вернется.
Нынешний год, как беспрерывная череда разнообразных и разнокалиберных, но во всех отношениях незаурядных катаклизмов – от отрицательных цен на нефть до текущих усилий американцев по уничтожению своей правоохранительной системы – продолжается, и нет никаких намеков на то, что он являет собой из ряда вон выходящее исключение из правил, которое вскоре прекратит свое существование.
Наоборот, все больше признаков и свидетельств того, что происходящее – всерьез и надолго. Полноценная нестабильность подобралась вплотную к европейскому региону. В этом смысле карантинные ограничения можно рассматривать, как полезную и даже необходимую – не только для государств, но и их граждан – подготовку к неприятным временам, в которых мы уже находимся.
Во второй половине мая из-за огромной психологической усталости людей от режима самоизоляции и сидения по домам российские социальные сети были полны мрачных прогнозов о неизбежности социального взрыва и масштабных уличных протестов. Предсказания, кстати, сбылись – правда, в отношении не нашей страны, а США. Америка выступила – и уже не в первый раз – в качестве наглядного примера для России, как оно бывает, но лучше бы не надо.В этой терпеливой выдержанности людей, с одной стороны, и понимании государством наиболее больных общественных точек, с другой, и видится главный залог того, что России удастся благополучнее многих стран пережить нынешние непростые времена и явно неизбежные новые испытания.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ