Протоиерей Дмитрий Смирнов в эти дни принял информационное мученичество за женщин. С того момента, как священник назвал гражданских жен «бесплатными проститутками», только ленивый не бросил в него камень. Юристы со всей страны наперебой пиарятся, желая подать на протоиерея в суд за клевету, журналисты рады инфоповоду, а в РПЦ вынуждены уже приносить извинения «многочисленным женщинам, которые почувствовали себя оскорбленными».
Между тем банальная логика заводит в тупик. Если женщины, живущие в незарегистрированных браках, являются «бесплатными проститутками», то женщины в браке, видимо, оказывают такие же услуги за деньги, социальный статус или возможность раздела имущества при разводе. То есть в словах отца Смирнова сквозит вовсе не забота о женщинах, а неприкрытая мизогиния, восприятие женщины как изначально греховного и нечистого существа, отсылка к согрешившей Еве.
Такое впечатление, что отец Смирнов реализует программу «церковь в каждый двор», где старушек у подъезда заменяют картонными фигурами протоиерея со встроенными датчиками движения и динамиком. При появлении женщины фигура будет скрипеть: «Праааститутка!»
Официальная Церковь откровения протоиерея не поддерживает и даже называет их неудачным троллингом. Это, конечно, современный новояз, которым РПЦ вынуждена пользоваться в погоне за актуальностью и желая быть понятной самым широким слоям населения. А глава отдела внешних церковных связей митрополит Иларион вынужден был признать, что протоиерей Смирнов «нередко позволяет себе эпатажные высказывания, оскорбительные для женщин». При этом, по его мнению, делается это из благих побуждений – привлечение внимания к теме защиты общества и семьи. Хотя получается «не всегда удачно».
Признаем очевидное: РПЦ в последние годы сильно сблизилась с народом. В церкви появились скамейки, обнулившие необходимость больным, престарелым и просто уставшим отстаивать службу до потери сознания. На входе практически в каждый храм теперь лежат платки и юбки-палантины, если женщина захочет прикрыть волосы и брюки перед посещением. Но и с непокрытой головой из церкви уже никого не выгонят: оттуда как-то тихо исчезли злобные шипящие бабки, поборницы дресс-кода.
Более того, обсуждается ведение церковных служб на русском языке вместо недоступного для слуха абсолютного большинства старославянского. Еще более того – теперь венчание в церкви вовсе не означает «раз и навсегда».
Церковь либерализируется. И на фоне этой либерализации высказывания отца Смирнова выглядят как благословенный консерваторами островок вычурного реакционизма. Но простое объяснение не всегда самое верное. Протоиерей не выглядит человеком злобным и недалеким. Чтобы объяснить его поведение, стоит вспомнить традиции, существовавшие только в российском православии. То, что сегодня глава синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда называет «троллингом», на Руси считалось юродствованием. Даром говорить в глаза царям и церковникам опасную правду, потрясать общество. Юродивым прощалась откровенность, на которую не имели права традиционные священники.
Что если Дмитрий Смирнов выбрал для себя именно это амплуа? Не побоялся быть гонимым и осуждаемым, чтобы привлечь внимание к проблеме? Своим диким на первый взгляд заявлением отец Смирнов начал дискуссию, которая может пойти уже по вменяемым правилам с осмысленными комментариями и инициативами. Например, если Церковь не хайпует, а действительно озабочена правами женщин в незарегистрированных браках, этот вопрос нетрудно решить.
Выход еще два года назад предлагал сенатор Антон Беляков. Он внес в Госдуму законопроект, который приравнивает совместное проживание мужчины и женщины в течение пяти лет к «фактическим брачным отношениям» – со всеми вытекающими из этого статуса правовыми последствиями. То есть незарегистрированный брак больше не ущемлял бы интересы женщины, если Дмитрий Смирнов именно так расценивает сожительство.
Если это правда, если протоиерей движим истинной заботой о слабых и бесправных, вскоре нас ждет большое откровение и новые законодательные инициативы. Ведь защищать людей всегда лучше реальным действием, чем грехом многоглаголания и пустословия.
Может так случиться, что именно традиция юродствования вновь станет востребована в современной России. Профессиональные оппозиционеры уже не потрясают общество: их мотивы и личная заинтересованность слишком очевидны. У Церкви и власти сложился консенсус, который сложно поколебать и который устраивает всех участников. Поэтому приходит время юродивых – людей, которые резко и провокационно высказывают странные, неожиданные мысли и не боятся быть осмеянными и гонимыми.
Как ни странно, такой же юродивой выглядит Алена Водонаева, женщина известной репутации, органично существовавшая в современном информационном контексте. И вдруг рискнувшая своим образом жизни, чтобы взорвать общество, заставить своих поклонников задуматься о вечном – о любви, о морали и об ответственности. Ее метод тот же, что и у протоиерея Дмитрия Смирнова – через оскорбления, грубость и хайп, но кто скажет, какой именно путь принесет обществу пользу и оздоровление? Может, именно этот.