В последние дни мир снова оказался на грани большой войны. Но теперь дело кажется серьезней. Почему, вероятно, события и развиваются без всяких «твиттерных залпов», в атмосфере невнятного информационного бормотания...

Само нарастание напряженности выглядит примерно так: США демонстративно выходят из ядерной сделки с Ираном...  «Хезболла» побеждает на выборах в Ливане... в Ираке на парламентских выборах побеждают шиитские партии... Израиль атакует иранские позиции в Сирии...

Министр обороны Израиля Либерман (несколько уклончиво) заявляет о готовности Израиля к войне, а министр обороны США Джеймс Мэттис, напротив, безо всяких экивоков уверяет, что война между Израилем и Ираном – дело решенное...

Премьер Израиля Нетаньяху принимает с президентом России парад Победы, обрамляя свой визит в Москву ракетными залпами по территории Сирии, самыми мощными с прошлой войны 1974 года...

В день 70-летия основания Израиля (14 мая 1948 г.) Трамп совершает давно обещанный перенос посольства США в Иерусалиме (признав тем самым де-факто его столицей Израиля), что вызывает массовые волнения в палестинской Газе и ответный огонь израильских солдат, в ходе которого погибли, по официальным данным, более 50 человек и более 2000 получили ранения.

И эта бойня только начало того, что может последовать дальше. Ведь следующий за днем основания Израиля день связан с изгнанием 700 тыс. палестинских беженцев в ходе палестино-израильской войны (1947–1948 гг.) и отмечается ими как день Накбы (то есть Катастрофы).

Что же за всем этим стоит и чего можно ждать дальше? Часто можно услышать, что большой войны в регионе не будет, потому что никто ее по-настоящему не хочет. Это не совсем так.

Да, Трамп (в отличие от Хиллари Клинтон) не хочет войны. Не хотят войны Ирак и арабские страны региона. Но вот с Израилем всё не так просто. Для Израиля большая война – это вопрос выживания.

Сегодняшнее усиление Ирана и расширение «шиитской дуги» внушает Израилю большую тревогу. А люди в таком состоянии способны на многое. Подходящее и время. Серьезный оборот события могут принять, например, во время или в преддверии чемпионата мира по футболу.

Второе, что необходимо принять и не строить на этот счёт ненужных иллюзий, – разрядка напряжённости на Ближнем Востоке в принципе невозможна. Не стоит всерьез внимать и обещаниям Трампа уйти из региона.

Наконец, надо понимать и то, что происходящее сегодня – не случайное обострение застарелого конфликта, но планомерное осуществление геополитических планов.

США и Израиль едут сегодня, как говорят в Китае, «верхом на тигре», причем на одном. И уже не воля Трампа или Нетаньяху диктует развитие событий. Но сами события, как громадный оползень, влекут их за собой, подобно стихии, у которой, однако же, есть своя логика. 

Конечно, восточная логика, тем более логика ближневосточных дел, довольно замысловата. Но всё же не настолько, чтобы её нельзя было понять, озвучив в нескольких простых тезисах.

Для полноценной жизнеспособности «Проект Израиль» нужно довести до требуемого формата. Сам же формат не представляет из себя большой тайны. О нём может поведать любая доступная нам еврейская энциклопедия.

«Страна Израиля» (Эрец-Исраэль, Палестина, Ханаан, Иудея), как пишут эти энциклопедии, – это такое государство, которое обеспечено заветом Бога с Израилем (Быт.15:18) и которое, по утверждению библейских книг, существовало в эпоху царя Давида. 

В естественные геополитические границы «Страны Израиль» входят, как сообщают те же энциклопедии, помимо территории теперешнего Израиля, также «Синайский полуостров, Ливан, часть Сирии до южных притоков Евфрата, включая сирийское побережье Средиземного моря, и Заиорданье (часть современной Иордании)».

Правда, те же энциклопедии и школьные учебники объясняют, что «ошибочно отождествлять границы Эрец-Исраэль с границами государства Израиль», ибо «сегодняшние границы Государства Израиль не совпадают с границами «Земли Израиля».

Но совпадая с границами царства Давида (2 Цар. 8), эти границы не просто желательны, но прямо необходимы, исходя из религиозных, политических и геополитических реалий Израиля.

Прежде всего, именно в этих «естественных границах» пустынь, морей и рек эта страна может чувствовать себя спокойно и защищенно.

Начиная с 1904 г. основатель и первый президент Всемирной сионистской организации Теодор Герцль утверждал: «Еврейское государство должно включать в себя области от египетской реки Нил до реки Евфрат».

Именно таким представляло себе сионистское движение «Страну Израиля», когда, воодушевленное Декларацией Бальфура, в феврале 1919 г. представило свой проект «создания еврейского национального очага в пределах естественных и исторических границ Эрец-Исраэль» на мирной Версальской конференции по итогам Первой мировой войны.

Однако тогда сионисты натолкнулись на мощное противодействие Англии, Франции и Арабского мира. Приступив к дележу Ближнего Востока, англичане и французы прихотливо нарезали куски Египта, Ирака, Ливана и Сирии.

В итоге, когда уже после Второй мировой Израиль был наконец создан, его реальные границы никак не могли удовлетворить религиозных чувств и национальных амбиций евреев.

В 1950-м премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион повторял (в беседе со студентами Иерусалимского университета) то же: «Вы должны неуклонно и непрерывно бороться – как на полях битв, так и на дипломатическом фронте – за создание Израильского царства, которое включит в себя области от Нила до Евфрата».

Последующие войны Израиль вёл именно за то, чтобы эти границы стали наконец для него приемлемы.

В этом еврейском «имперском комплексе» нет, конечно, ничего уникального. Все уважающие себя государства стремятся к расширению до своих «естественных границ», а зачастую и гораздо шире.

Персидская, Османская, Российская империи, Королевская или демократическая Франция, «Великая Польша от можа до можа», или, наконец, США, распространившиеся до естественных границ двух океанов – все ведут себя в этом смысле схоже.

Проблема лишь в том, что, в отличие от прочих сегодняшних государств, «имперские комплексы» которых активно подавляются «демократическими идеалами», Соединенным Штатам (теми же самыми идеалами) позволяется развивать свой комплекс до ширины всего мирового пространства, делая мир все более и более «безопасным для демократии».

Также и Израилю позволено свободно исповедовать естественную для него идею «Великого Израиля от Тигра до Евфрата». Но, конечно, лишь в собственном узком кругу. Ни Нетаньяху, ни Либерману не придёт сегодня в голову озвучивать подобные планы с высоких трибун. Ведь осуществление их возможно лишь посредством войны. 

Осуществлению этих планов была посвящена и стратегия американских неоконов последней четверти века; стратегия, которой они неукоснительно следовали со времени победы США в холодной войне и крушения СССР.

Как бы ни называлась она в каждом подходящем случаю меморандуме – «переформатирование БВ», «создание мира, безопасного для демократии», «наказание агрессоров и тиранов» – суть остается той же: формирование Израиля в его естественных границах; Израиля, который бы доминировал в регионе, контролируя арабские народы.

Понять, почему для самих арабов (а также турок и персов) эта стратегия неприемлема, также не трудно. Такой «идеальный», с точки зрения Израиля, Ближний Восток можно наблюдать сегодня в Газе.

Однако план, осуществлению которого неоконы посвятили столько времени и сил, сегодня, похоже, входит в горячую фазу.

Если Израилю уничтожение Ирана и всей его «шиитской дуги» необходимо для уничтожения политического конкурента и доминирования на Ближнем Востоке, то США сокрушить несговорчивых персов нужно, прежде всего, затем, чтобы замкнуть цепь своих военных баз, которые тянутся через Турцию, Ирак, Афганистан и Пакистан, выстроив тем самым «геополитическую стену» против России и Китая.

Завершение этой «стены» даст США возможность через дестабилизацию Средней Азии и Кавказа (куда, несомненно, переместится «творческий хаос» после уничтожения Ирана и Сирии) окончательно вытеснить из большого мира Россию и обратить в полыхающий хаос её южные границы.

Таким образом, сегодняшний Иран оказывается стратегическим плацдармом не только для США и Израиля, но и для самой России, для которой поражение Ирана означало бы собственное геополитическое поражение.

Поэтому не будем строить иллюзий, ожидая мира.

Мира на Ближнем Востоке не будет. Будет большая геополитическая игра, схватка, к которой России следует быть готовой, по возможности сдерживая распространяющийся хаос, накапливая силы и выбирая правильную стратегию и союзников.