На Украине среди политиков и экспертов сейчас активно обсуждается материал американского журнала Time, который якобы со ссылкой на источники в МИД России написал о том, что президент РФ Владимир Путин «готов отдать Донецк и Луганск под контроль международной временной администрации», как это было в Боснии и Герцеговине или в Косово.

Стоит отметить, что эта идея не имеет никаких правовых оснований – в Минских соглашениях ничего не говорится по поводу ввода института международного управления.

В Боснии и Герцеговине полномочия Верховного представителя регламентируются Дейтонскими соглашениями. Это довольно широкие и даже свободно трактуемые полномочия, как то: снятие с должности избранных лиц в руководстве энтитетов конфедеративного государства, каковым Босния и Герцеговина и является.

«Если вы внимательно прочтете Дейтонское соглашение, вы увидите, что Приложение 10 даже дает мне возможность самому интерпретировать мои полномочия и власть», – однажды сказал Верховный представитель Карлос Вестендорп.

Например, в 1999 году он собственным решением снял с поста президента Республики Сербской Николу Поплашену после конфликта того с премьером Милорадом Додиком.

Причиной, по которой противоборствующие стороны решили пойти на такой нелегкий компромисс, как фактическое введение прямого внешнего управления, была жестокая война и огромные людские потери. Тем более данная модель была предложена впервые, и народы Боснии и Герцеговины еще не представляли, как будет осуществляться такое «международное управление».

На самом деле, вклад международных политиков и дипломатов в становление Боснии и Герцеговины как государства более значителен, чем принято считать. Изначально имея дело с абсолютно «несостоявшимся государством», им удалось оттянуть крах этого образования, навязав свои идеалистические представления о европейской постмодернистской федерации народов.

Тот же Верховный представитель Карлос Вестендорп придумал флаг и герб Боснии и Герцеговины и заложил основы идеологии боснийско-герцеговинского патриотизма.

Скажу честно – особых иллюзий относительно того, что государство выстоит при первом же межэтническом кризисе, я не испытываю. Скорее даже, что развод по чехословацкому сценарию, но под контролем миротворцев, был бы более адекватен сложившимся на тот момент условиям. Но, по крайней мере, евроинтеграторам тогда удалось прекратить войну и заложить основы как минимум двух десятилетий мира.

Итак, если мы говорим о Боснии и Герцеговине, то имеем в виду крайне искусственное государственное образование, созданное не посредством народного волеизъявления, а через подписание международных договоров.

Донбасс же таковым стать не может, потому что ДНР и ЛНР появились из массового протеста против украинской национальной революции 2014 года. Ни граждане республик, ни руководство в лице Захарченко и Пасечника не согласятся ни на какие договоренности о потере суверенитета. Даже если разменной монетой окажется прекращение огня.

К тому же возникает закономерный вопрос: почему международное управление необходимо именно Донбассу, а не Украине целиком?

Ведь национальные меньшинства проживают и на западе Незалежной, и их права нужно как-то гарантировать – а учитывая украинизацию в сфере культуры и языка, ситуация там чревата новыми межэтническими конфликтами. Тем более в случае усугубления нынешнего социально-экономического кризиса в стране такой сценарий вполне реалистичен.

По поводу международного управления не может быть никаких иллюзий. Для России это абсолютно невыгодный ход. Он противоречит Минским соглашениям и ставит под угрозу безопасность граждан Донбасса, которые могут почувствовать на себе всю прелесть волюнтаризма нового, навязанного «международной демократией» порядка.

Сами украинцы тоже вряд ли поддержат такую систему. Она не устраивает никого; ни националистов – так как те желали бы полной победы над «сепарами», ни изоляционистов – так как те считают, что Донбасс для единой Украины стал токсичен, ни власть – так как прекращение вооруженных действий означает обострение внимания на социально-экономической ситуации, да и попахивает всё это поражением лично президента.

Под тотальное «за что хлопцы кровь в Донбассе проливали?» Порошенко могут вынести из залов верховной власти ногами вперед. Если, конечно, сами эти залы не рухнут под огнем минометов.

Увы, что бы ни говорили различные эксперты и политики, важно понимать, что введение международного управления – это чисто брюссельская идея, которая ни правым, ни левым, ни власти, ни народу ни Украины, ни Донбасса абсолютно неинтересна и даже неприемлема.

По-настоящему судьба Донбасса должна решаться народом Донбасса и только в переговорах с Украиной. Какие-то иные предложения – от лукавого.