Галина Васильевна была позитивным и приятным в общении человеком – открытым, приветливым, вдумчивым, нисколько не заносчивым и воспринимавшим нас, журналистов, как своих друзей и союзников. С ней было легко как работать, так и поддерживать приятельские отношения.
Свою депутатскую и правозащитную деятельность она считала крайне важной и подготовленные ею законопроекты пробивала – далеко не всегда успешно – с завидной настойчивостью.
Из не подлежащих сомнению ее личных достижений я назову создание комитета «Забытый полк», который занимался поиском и вызволением российских военнослужащих из чеченского плена и освобождением заложников. Ее помощник Слава Измайлов, майор в отставке, с которым я познакомился в Чечне и много лет поддерживал рабочие отношения, сумел вернуть более 200 российских военнослужащих.
Совершенно очевидно, что без фантастической энергии Старовойтовой эта инициатива была бы куда менее успешна.
Но в той области, где Галина Васильевна была дипломированным специалистом, и она сама, и ее соратники наломали немало дров.
Этнопсихолог по образованию, она считалась признанным экспертом по межнациональным отношениям. Действительно, в ее активе значатся полевые работы по изучению Абхазии и Карабаха. В Армении она была настолько популярна, что именно там, выдвинув свою кандидатуру в депутаты Верховного Совета СССР, получила фантастическую поддержку избирателей, отдавших ей 71 процент голосов.
Но в целом именно демократические силы и Галина Васильевна как один из самых заметных и деятельных лидеров несут всю полноту ответственности за то, что Россия оказалась фактически на грани распада.
Именно демократы поддерживали все этносепаратистские движения и силы, которые расцвели пышным цветом в национальных субъектах Федерации в начале 90-х годов прошлого века. Ельцинская формула «берите суверенитета, сколько сможете проглотить» точно выражала позицию демократов по этому крайне болезненному вопросу.
Старовойтова демонстрировала удивительную слепоту, когда дело касалось тонкой материи межнациональных противоречий.
Я помню, как мы сидели в Верховном Совете после ее поездки в Грузию, где она встречалась со Звиадом Гамсахурдией, чтобы выразить ему свою полную и безоговорочную поддержку. «Как же вы можете, Галина Васильевна, – спросил ее я, – ведь он же натуральный нацист?» Не помню, что она ответила, но точно не стала возражать, а внимательно выслушала мои аргументы.
Тем не менее, изменить свой глобальный подход она была не в состоянии, поскольку в этом случае ей бы пришлось признать, что этнонациональные движения были вовсе не инструментом прогресса и демократизации, уничтожавшим все отжившие формы общественного быта, а тараном, разрушившим при поддержке Запада сначала советское государство, а потом чуть было не уничтожившим и Россию.
При этом этносепаратистские силы, бравшие власть в бывших союзных республиках, организовывали резню, травлю и изгнание русских. Здесь, мне кажется, очень уместно вспомнить о событиях 1991 года в Таджикистане.
Тогда исламисты, добиваясь отставки главы республики, организовали массовый митинг в центре Душанбе. К митинговавшим со словами поддержки прилетел Анатолий Собчак, произнесший тогда знаменитую свою фразу: «Здесь нет русских, здесь все коммунисты».
Фактически это был карт-бланш на действия, приведшие в дальнейшем к убийствам, изнасилованиям, грабежам русских, которые после того, как исламисты взяли под свой контроль Душанбе, приобрели массовый характер.
Ненависть к коммунистической эпохе и намерение демонтировать прошлое до последнего винтика довели этих людей до такого умопомрачения, что заложниками их политических концепций стали миллионы русских, брошенных за пределами России, да и сама Россия тоже.
Они полагали, что русские – это анахронизм, рудимент коммунистической системы, мешающий прогрессивным национальным правительствам проводить демократические реформы по западным рецептам. И, кстати, резня русских в Чечне – это ведь тоже неизбежное следствие сделанной демократами ставки на безудержную суверенизацию.
Пять лет назад весь либеральный лагерь приветствовал революцию достоинства на Украине, отрицая нацистский подтекст этих событий. Некоторые и сегодня с упорством, достойным лучшего применения, продолжают утверждать, что фашизма на Украине нет. Другие же считают, что ультрарадикалов вполне можно использовать как временных союзников, чтобы расчищать завалы на пути евроинтеграции.
Старовойтова была не просто внутри этого тренда, она в значительной степени его формировала.
Ей принадлежит законодательная инициатива ввести в стране практику люстрации бывших членов КПСС и сотрудников органов безопасности СССР. Аналогичный законопроект она дважды подавала в Верховный Совет. К счастью, он не прошел.
Если бы удалось ввести механизм ограничений на профессиональную деятельность по политическому признаку, это вполне могло бы стать причиной массовых гражданских столкновений. Так что этого греха на совести Галины Васильевны нет.
Жаль, что те времена рекрутировали в ряды разрушителей всего, к чему прикасалась их рука, людей несомненно порядочных, умных, думающих о лучшей доле для своей страны. Но так было.