Десять простых соображений о том, что всех так волнует.
– Учитель – посредственный режиссер. «Мания Жизели» мне когда-то нравилась, «Край» просто невозможно смотреть, но в целом – все это, прямо скажем, не Рио-де-Жанейро.
– «Матильду» пока что мало кто видел, но те кадры, которые гуляют в интернетах, очень похожи на рекламу банка «Империал» – «а что это у нас Александр Васильевич ничего не кушает», а на исторические, допустим, драмы BBC не похожи совсем.
– Простая и почтенная идея, которая явно содержится в фильме – «жениться по любви не может ни один король», привет Эдуарду и мисс Симпсон, совершенно не подходит к фигуре Николая.
Николай любил свою жену. Правильные герои для такой истории в России – Александр II и княгиня Юрьевская, но они не известны широкому зрителю и потому не дают возможности создать попс, хайп и, как сказал бы Мединский, гевалт.
– Надо понимать, что, в отличие от Толоконниковой или Павленского, Учитель попал в центр этого скандала случайно. Он совершенно не деятель контемпорари арта, никого не хотел эпатировать или срывать покровы, а хотел снять свою традиционно-романтическую клюкву на всем известную тему, собрав положенные вздохи, аплодисменты и кассу. Он просто забыл о том, что где-то недалеко бродят фундаменталисты.
– Фундаменталисты (которых очень мало и которые вовсе не представляют точку зрения номенклатурной патриархии) живут в параллельном мире.
В их фантазийной реальности царь Николай канонизирован не как образец христианской смерти, а как образец христианской жизни и правления, а потому не мог увлекаться балериной; Николай не отрекался от престола, и все документы и воспоминания о революции подделаны или врут; убийство царской семьи – ритуальное; Распутина – оболгали; Сергей Александрович не был геем; весь современный русский народ виновен в цареубийстве, ну и проч. и проч.
В каком-то смысле это интересная ретроутопия, порожденная травмой коллективного сознания, вышедшего из СССР в пустоту. Но только на расстоянии.
– Неинтересно и неважно, насколько участники преследования «Матильды» самостоятельны или кем-то подосланы и поддержаны. Понятно, что они одновременно и подосланы, и самостоятельны. Они искренни и наняты в одно и то же время. Так всегда бывает.
– Власть, разумеется, на все 146 процентов симпатизирует Учителю, но не может сказать об этом с самой высокой трибуны и принять быстрые жесткие меры, потому что любители «традиционных ценностей» – не все, но многие – голосуют за Путина или работают в системе, и их нельзя совсем уж мордой об стол, в то время как любители свободы творчества Путина не любят и все равно уже никогда не полюбят. Поэтому власть будет помогать Учителю мягко.
– Народу кино понравится. Любовь-морковь, богатые тоже плачут, сиропные переживания в шикарных интерьерах – все это, знаете ли, куда более прочные традиционные ценности, чем верования радикальной секты.
– Суть и мораль конфликта настолько банальны, что неловко и говорить об этом, и все же. 282-я статья и ее аналоги – чистое беспримесное зло. Никакого «оскорбления чувств» – как юридической категории и повода для цензуры – не должно быть.
Эта зараза, пришедшая из сумасшедшего дома американской политкорректности на русское поле, должна быть помещена в общественный карантин, а люди, отвечающие на книги и фильмы драками и поджогами, – уже непосредственно в тюрьму.Либеральный режиссер Учитель имеет право быть пошляком, дураком, фальсификатором истории, кем угодно – а вы имеет право не смотреть его кино. Если же вам не нравится то, что он тратит на него бюджетные деньги – мирными способами гражданского протеста и бойкота добейтесь того, чтобы деньги давали не ему, а консервативному режиссеру Мучителю.
– На месте Поклонской я бы занялся борьбой с варварской застройкой побережья Крыма. Наш несчастный последний император любил Южный берег.
Источник: Блог Дмитрия Ольшанского