Отход войск карателей проходит на всех трех участках фронта в Новороссии – под Луганском, из «южного мешка» и под Донецком. Не везде это просто отход – ополчение вынуждает отступать, проводя активные действия под Мариновкой, Таранью, Саур-Могилой.
Даже спецпропаганда Тымчука вынуждена признавать, что не все идет по плану – есть некоторые сложности. Потерь у карателей, по Тымчуку, вообще нет, хотя идет «массированный обстрел «Градами», у ополчения – «уточняются». Уже нет тысяч убитых террористов, в общем, как-то стало не до таких реляций.
Командование карателей, похоже, переоценило свои возможности и совершенно недооценило способность ополчения к сопротивлению. Кроме того, выход Стрелкова из Славянска совершенно сломал все предыдущие планы хунты, которая намеревалась сыграть «договорнячок» в Донецке и взять его без боя, после чего направить все силы на Луганск с юго-западного направления. Для этого и был осуществлен довольно рискованный во всех отношениях прорыв вдоль российской границы.
Сдача Славянска полностью изменила картину происходящего. Об этом можно было судить по весьма сдержанной реакции из Киева на взятие столь знакового города. В Киеве сразу осознали, чем грозит резкое усиление донецкой группировки армии Новороссии. Договорные отношения по поводу сдачи Донецка резко прервались, и наблюдаемая картина истерики известного политолога только подчеркивает, в какой панике были нацисты и их друзья из Москвы.
Наступление на Луганск, которое было предпринято сразу после появления, стало, если так можно сказать, игрой ва-банк. Совершенно авантюрные броски к аэропорту, попытки глубоко вклиниться на территорию, контролируемую ополчением, привели к тому, что фланги наступающих группировок оказались совершенно неприкрытыми. Фактически все карательные войска в Новороссии оказались под угрозой окружения, при этом они и без того распались на несколько автономных оперативных групп, каждая из которых стала вести собственную войну.
Начавшееся отступление пока не переросло в бегство, но только потому, что у ополчения слишком мало войск и артиллерии для того, чтобы нанести ощутимый урон и окончательно создать панику в рядах отступающих.
Для Киева сейчас уже никакой роли не играет, как именно будет преподнесено отступление – в конце концов, Тымчуки должны как-то отрабатывать свой хлеб. Опасность более реальная: разгром даже одной из трех оперативных групп (под Луганском, возле Саур-Могилы и под Донецком) может привести к катастрофе.
Стрелков передает, что войска карателей из-под Саур-Могилы пытаются выйти к Амвросиевке. В их составе остатки двух аэромобильных бригад и два растрепанных территориальных батальона «Азов» и «Шахтерск». Эта группировка усилена бронетехникой Киевской механизированной бригады. По сообщению Стрелкова, с ночи все это воинство совершенно беспорядочно пытается выйти к Амвросиевке. Ополчение «сопровождает» их и, судя по всему, наносит удары по отстающим, однако разгромить эту группу не получается.
Видимо, осознав, что первоначальный план, связанный с разгромом ополчения по частям, не удался и, наоборот, сами каратели превратились в крайне удобную мишень, командование выводит все, что возможно, для того, чтобы провести перегруппировку и создать один или два ударных кулака. Если ему это удастся – война продолжится, но для ополчения ситуация будет выглядеть существенно лучше.
Собственно, события последних дней дают ответ на истошные крики московских нацистов «Вы же обещали умереть в Славянске!». Ополчение решило не умирать, а, наоборот, помочь в этом деле карателям. То, что происходит сейчас, еще далеко от победных сводок, но ситуация меняется, и от того, насколько командованию в Донецке и Луганске удастся нанести урон отступающим, зависит продолжение всей борьбы.
Источник: Блог Анатолия Эль Мюрида