Информация о том, что Дмитрий Рогозин хочет восстановить партию «Родина» и вроде даже получил на это одобрение у кремлевских обитателей, – это слишком хорошая новость, чтобы быть правдой.
Возможно, требования Рогозина отдать партию назад – это своеобразный политический блеф
Недружественное поглощение в 2006 году «Родины» проектом Сергея Миронова не принесло в итоге радости никому, включая самого Миронова. Безликая «СР» так и осталась политическим конкурентом не «ЕР» и даже не КПРФ или ЛДПР, а исключительно семипроцентного барьера. Причем главной проигравшей в каком-то смысле оказалась та самая «вертикаль власти», которая вроде бы более всего требовала ликвидации неудобной слишком националистической партии.
В результате этой ликвидации огромное число людей, исповедующих более-менее умеренные националистические взгляды, оказались попросту не представлены. Выброшены и из политики, и из электорального процесса.
Автор этих строк тоже, кстати, относится к их числу – после снятия «Родины» по доносу Жириновского с московских выборов 2005 года я не принимал и не принимаю участия ни в каких проводящихся голосованиях. Восстановление элементарной справедливости, возврат «Родины» с Рогозиным в политический процесс – это факт, который, пожалуй, изменил бы мое и не только мое решение.
Именно парламентская непредставленность националистического сегмента нашего общества, а он не то что с каждым годом, с каждым месяцем растет, и привела к тому, что единственным выходом для политического действия этих сил остался выход на Манежную площадь. Нравится ли нашим чиновникам после каждого знакового события – убийства Свиридова, Буданова, Агафонова – просиживать сверхурочно, трудясь над «предотвращением новой Манежки»? И это вместо того чтобы парламентская партия русских националистов подавала депутатские запросы в МВД, выдвигала законодательные инициативы, в интересах национального большинства снижающие социальную напряженность, короче, вела политический диалог в пользу русских средствами цивилизованной политики. То, что Рогозин как политик способен к диалогу и конструктивному формированию повестки, говорит хотя бы это: провозглашенная в 2006 году Путиным новая демографическая политика, которую продолжают и развивают и при Медведеве, в своей основе была разработана именно в недрах «Родины».
#{interviewpolit}Страх, который вынуждал подавлять любые парламентские попытки националистов, понятен. На весь русский народ претендует у нас партия парламентского большинства, без остатка. И появление политической силы, которая говорила бы от имени русских, – это покушение на значительную часть ее электората (не на весь, конечно, 90% в Чеченской Республике останутся). Однако эта политика недопущения завела в тупик. Да и попытки привлечь Рогозина как националистического лидера в состав ОНФ провалились если не формально, то по сути. Рогозин, конечно, пришел. И националисты даже его за это не осудили (не могу здесь не согласиться с мнением Валерия Соловья*). Но ни одного голоса националистов «ЕР» под Рогозина привлечь, скорее всего, не удалось бы. Для этого надо было бы менять политику правящей партии, а к этому она, кажется, пока не готова.
В этом случае не допускать существования партии, которая если не будет принимать решения, то хотя бы будет говорить в парламенте о проблемах, дальше становится попросту опасно. Опасно не только для интересов русского народа, но и, так сказать, из охранительных соображений. Нельзя одновременно говорить устами представителей Генштаба об опасности перекидывания на Россию арабских революций и в то же время завинчивать котел еще туже. А основная часть «пара» в нашем котле – это пар русских, возмущенных состоянием национального вопроса, несправедливостью по отношению к национальному большинству.
Обсуждать «политтехнологические» вопросы не столь существенно. Какие бы самые хитроумные технологии ни были бы применены, чтобы возвратить «Родину» в российскую политику, они в любом случае были бы оправданны. Да не оскорбятся на меня мои знакомые коллеги из «СР», но, при всем к ним уважении, как партийный проект эта организация была совершенно нежизнеспособна, оформление в ней настоящей патриотической идеологии, которая привлекла бы массового избирателя, – немыслимо, постоянная свара с «ЕР», ведущаяся с позиции слабости, выглядела со стороны цирком, доверие избирателей держалось только на нескольких действительно популярных депутатах – «народных защитниках», но говорить о малейшем уважении к ее лидерам попросту не приходится. Краденое (а я еще раз повторю: в 2006 году у Рогозина и у всех, кто «Родину» поддерживал, включая меня, партию именно украли) впрок не идет и выходит боком.
«СР» может пережить «метанойю» и провозгласить Рогозина своим лидером, со сменой названия и программы. «Родина» может попытаться откатить назад решение об объединении и признать его нелегитимным. Любой разумный ход, который вернул бы эту партию в политическую игру (желательно, несмотря на запаздывание, уже в текущем сезоне), был бы объективным благом для политической системы – и для народа, и для власти, и для парламента, и для политического сообщества. Конечно, такое развитие событий было бы почти чудом. И, возможно, требования Рогозина отдать партию назад – это своеобразный политический блеф. Но если бы это оказалось правдой, то после позорных клоунад текущего политсезона это было бы первым адекватным серьезности нашей общеполитической ситуации событием. Да и просто восстановлением справедливости.
Не Рогозин отдал партию, её у него отобрали
В 2003 году не знакомые ни с кем из «родинцев» люди совершенно бесплатно агитировали за этот блок, используя все свои медийные ресурсы. Это был последний раз на моей памяти, когда люди вписывались в политический проект, даже не думая о деньгах, похвалах, карьерных бонусах и т. д. Помню, как вечером 8 декабря 2003 года у меня в ЖЖ комментаторы оставляли записи о том, как проголосовали за «Родину» и сколько родственников с собой привели. Как потом, когда стало известно, что барьер на пути в парламент пройден, открывали шампанское и звонили друг друга поздравлять. Это все было из какого-то другого мира, совершенно несопоставимого с нынешним, в котором любая партийно-политическая жизнь вызывает равномерное омерзение.
Потом всех этих людей кинули. Кинул не Рогозин, хотя его политические ошибки в этот период были серьезны, а желание дразнить охраняющих наш Капитолий гусей – слишком нарочитым, а еще серьезней – слишком сектантская политика партии, ставка на узкий круг «своих» и отказ от серьезной общественной поддержки. Но, тем не менее, не Рогозин отдал партию, её у него отобрали.
Краденое, вообще-то, следует возвращать. Либо добровольно, либо с околоточным.
Специально для газеты ВЗГЛЯД
* Признан(а) в РФ иностранным агентом