Многим до сих пор кажется, что Юрий Лужков, Минтимер Шаймиев, Муртаза Рахимов, Эдуард Россель, Кирсан Илюмжинов, Егор Строев, Аман Тулеев будут править вечно, пока солнце не зайдет за горизонт, растворившись в закатном море. Политики «первого», ельцинского призыва не просто «взяли суверенитета» столько, сколько «смогли унести», они сумели удержать власть, пройдя через всю эпоху Путина, и застыли в ее финале неправдоподобно огромными существами из прошлой жизни.
Очень многие регионы так и застряли в середине 80-х с их риторикой «о неуклонном повышении» и «торжестве социализма
Эта неправдоподобность и ужасает, и потрясает одновременно: кто мог в 1992 году поверить в то, что назначенный Ельциным губернатором Новгородской области Михаил Прусак и через пятнадцать лет будет занимать все то же кресло? А уж сколько раз отправляли в отставку того же Лужкова – не перечесть. Илюмжинову прочили все, что угодно, а он, как заговоренный, играет в своей вотчине в шахматы, пережив и друзей, и врагов. Последних – и это касается не только президента Калмыкии – накопилось предостаточно.
Схожих черт у правителей «первого призыва» предостаточно. Хватило бы и того, что все они – бывшие советские чиновники – удержались в начале 90-х и не позволили себя сломить началу 2000-х. Это действительно дорогого стоит, особенно если вспомнить, что далеко не везде в России 90-х даже политические (не говоря уже о бизнесе) споры решались без оружия и пригнанных на «стрелку» джипов. Самый удачный медийный сюжет тех времен – борьба за Свердловскую область и Тольятти, в которой участвовала знаменитая ОПГ «Уралмаш», но во всей остальной стране царствовали если не идентичные, то очень похожие порядки. Наивно полагать, что в этой борьбе за выживание побеждали сильнейшие. Победили те, кто смог удачно вписаться в политическую конъюнктуру: уж на что «тяжеловесом» был Александр Лебедь, а и он все-таки не справился.
Представления о том, что «все нынче решается в Кремле», по меньшей мере, наивны: на самом деле все намного сложнее. И с этой цветущей сложностью волей-неволей придется столкнуться следующему президенту России, который будет вынужден провожать на пенсию почти всех мастодонтов ельцинской эпохи. Можно быть у власти сколь угодно долго, но возраст – не шутка, здесь не помогут ни большие деньги, ни всенародное уважение (кто-то может похвастаться и этим), ни региональное законодательное собрание.
Система управления регионами в России оказалась разорванной между эпохами, и это куда как хуже, чем пресловутая «вертикаль», которая, вопреки всем заламываниям рук по этому поводу, оказалась единственным действенным механизмом предотвращения сепаратизма. Самое сложное всегда таится в глубине. Однажды мне довелось присутствовать на одном заседании «чего-то там молодежного» в Ленинградской области: картинка была – любому съезду ЦК на зависть. Для полноты ощущения не хватало только граненого стакана в президиуме. Очень многие регионы так и застряли в середине 80-х с их риторикой «о неуклонном повышении» и «торжестве социализма». И если вместо «социализма» нынче принято произносить «суверенная демократия», то от этого мало что, к сожалению, меняется.
Cколько раз отправляли в отставку того же Лужкова – не перечесть (фото: Гульнара Хаматова/ВЗГЛЯД) |
Есть регионы, руководство которых вполне современно, даже на уровне публичной риторики – это, например, Саратовская и Тверская области, которые возглавляют «технократы» Павел Ипатов и Дмитрий Зеленин, или же Нижегородская и Калининградская области, управляемые «варягами» Валерием Шанцевым и Георгием Боосом. Но положительный опыт работает не всегда и не везде. Например, Псковская область под руководством молодого по губернаторским меркам предпринимателя Евгения Кузнецова так и не смогла окончательно выйти из затяжной полосы кризиса. Наиболее эффективными управленцами себя зарекомендовали «варяги» (самый яркий пример здесь – губернатор Иркутской области Александр Тишанин), но «варяга» не каждый регион примет. Особенно это касается национальных республик и автономий, где очень сильны связи и договоренности внутри элит. Очевидно, что ни в Бурятию, ни в Татарстан «варяга» прислать не удастся. Но, к слову сказать, именно за счет очень сильной спайки региональных политических и деловых элит бояться неожиданностей в национальных республиках вряд ли стоит. Не без исключений, разумеется (парламентский кризис в Туве, тянущийся с октября прошлого года, окончательно не преодолен до сих пор), но в целом ситуация обстоит именно так.
Неожиданности появятся тогда, когда станет очевидно, что некоторые из «тяжеловесов» вряд ли способны удержать власть в своих руках, а заменить их будет некем. У будущего президента благодаря проведенным Путиным преобразованиям в руках окажется действенный инструментарий работы с региональными лидерами – от института полпредства до возможности отказа в доверии, но этого может и не хватить. Региональные элиты многих субъектов Федерации законсервированы настолько, что уже не способны ни на какое развитие, а найти после выборов 2007–2008 профессиональных, амбициозных и адекватных «варягов» будет достаточно сложно.
Главным вопросом 2008–2012 годов станет именно кадровый, и касаться он будет в первую очередь регионов, где старая элита вот-вот должна окончательно уступить место следующему поколению управленцев. И это уже будет совсем другая история.