Это событие и было главным на телевизионном поле за неделю. Да, газетный материал, а не сами программы – куда программам так о себе рассказать. Изданием были «Московские новости», вообще-то редко изучающие эфир.
Материал («Инъекции через череп») состоял из рассуждений философического характера, а также из опросов-интервью руководства каналов, в которых руководство делилось «самым наболевшим» – как это принято говорить у них, на телевидении. На три полосы материал.
Информировать телевидение не информирует (есть куча других источников знаний). Анализировать – тоже не очень (по той же причине)
Главное, что все интервью были анонимными. Можно было упражняться, прикладывая к очередным словам ту или иную руководящую фамилию, а можно и не заморачиваться, тем более что фамилии все равно не угадать, да и какая разница, когда мысли хороши. Но этот анонимный подход к проблемам отрасли и общества сопровождался тревожностью и даже ощущением безысходности ситуации. Такое в истории уже было.
Масоны, вот в чем дело! У масонов (если точнее - у мартинистов) в иерархии имелась степень Superieur Inconnu (это такая степень, что дальше уж некуда). Переводится как «Неведомый Начальник» или «Высший Неизвестный». Так что на трех полосах «Московских новостей» были представлены мнения сразу нескольких анонимных, то есть – неведомых, но, несомненно, высших начальников, что лишний раз подтвердило: телевидение - это тайна особо крупного размера. Тем более что сами руководители (как следовало из их анонимных слов) с ней справиться не в состоянии. Они столкнулись с такими магическими силами природы, что ничего с ними поделать не могут. Им даже думать об этом тяжело, а отвечать - только анонимно. Ну, если еще вспомнить название статьи («Через череп: инъекции»), то понятно, что это именно телевидение - обло, озорно, стозево и лайя - Радищев, конечно, пророчески описал медиа, ему неизвестные.
Так что анонимность плюс сообщаемые в данном материале мнения вызвали мрачные чувства. Да, анонимность была совершенно неуместна в той части материала, где начальники заговорили друг о друге, о каналах-конкурентах. Тут обфамилить мнения было бы крайне уместно с точки зрения взаимной братской любви и товарищества между ними. Но сначала их системные представления об отрасли:
«Открытый эфир - это как общественное место. Если в публичном месте вы начали заниматься сексом, вас арестуют за хулиганство». Комментировать анонимные тексты, тем более в отсутствие их автора, нехорошо. Но как удержаться: ведь получается так, что мочить всех подряд в общественном месте - это сколько угодно, а заниматься куда более распространенным и миролюбивым сексом - нет?! Ладно, дальше без комментариев.
«Лично я за выражение «иди ты в жопу» сначала бы выносил предупреждение, при повторном случае - отзывал бы лицензию».
«Зритель не бьет свою жену регулярно, но раз это показывают и всерьез обсуждают, значит, и мне можно... иногда».
«Должны быть границы нравственности. А когда скрытой камерой снимают действия чьей-то жены и показывают это в эфир...»
«Качественно сделанный эпос про бандитов может отрицательно сказаться на мироощущении молодого поколения».
«Зритель же остается с «голубым экраном» один на один, он незаметно для него самого получает инъекцию через череп».
«Вот я бы мог в своем проекте показывать про то, как Вася воткнул вилку в глаз Пете, рейтинги бы были огромными. Но я сознательно этого не делаю…»
«Спор, который подспудно идет на телевидении, - это спор реальности и ирреальности».
«Зритель же остается с «голубым экраном» один на один, он незаметно для него самого получает инъекцию через череп» |
«Первый канал до мозга костей провинциален, он рассчитан на то население, которое осталось еще в 1991–1995 годах».
«Россия» отличается тем, что просто копирует у «Первого» то, что сработало. Да они этого и не скрывают».
«НТВ» - это маргинальный канал, для маргинальной аудитории. Больше ничего сказать не могу».
«Зрители СТС - это те, кто задавал вопрос Путину, почему он поцеловал мальчика в живот».
«ТВЦ» - это не канал. Зачем нужен Пушков с общенациональной службой. Канал то ли общефедеральный, то ли общегородской. Нет философии существования».
«Аудитория РЕН-ТВ - это те, кто собрали чемоданы».
Конечно, тексты демонстрируют удивительную глубину понимания проблемы, мало того – понимание ее непобедимости. Они, как Высшие Начальники, в состоянии лишь немного приостановить распространение зла, а на большее рассчитывать – увы, это сверх человеческих сил. Но тогда посмотрим с другой стороны экрана. Каково среднее по журналистской отрасли отношение к телевидению? Оно двусмысленное. С одной стороны, все говорят, что телевидение оглупляет и т. п., бич для нации и государства. С другой – все время публикуются рейтинги и сравнения. Действительно, похоже на битву реальности и ирреальности, хотя понять, что именно тут является чем, - затруднительно. Но в любом случае - внимание присутствует. Те, кто не смотрят, пишут, что как же можно это смотреть?! Те, кто смотрит, пишут: какой ужас! А тех, кому все это нравится, не спрашивают, да и что бы они смогли сказать.
То есть все ужасно, зато этим ужасом озабочены все. С телевидением соотносятся все, это такая необходимость – с ним соотнестись: явное воздействие магического характера. Вот почему оно так действует? Информировать оно не информирует (есть куча других источников знаний). Анализировать – тоже не очень (по той же причине). Обеспечивает общее единство населения, через это и управляя державой? Да какое среди населения единство. Разве что именно это – у всех есть телевизор. Так что телевидение рулит всем исключительно потому, что его считают рулящим. Ну да, на выборах полезно. Так они раз в четыре года. Считать, что оно рулит и между выборами – да чем, собственно? Мнениями, что ли? Главное, оно производит такое впечатление, что – оно самое главное в стране. Но чего такого каждый день с утра до вечера может быть главного? Вот такая мифологическая субстанция, с которой ничего не может поделать даже руководство каналов. Никуда не деться.
Но здесь есть возражение вовсе не мистического, а самого материального свойства. Слишком уж телевидение разбухло в своей как бы влиятельности. В экономике бывают «пузыри» - это когда некоторая отрасль оценивается круче того, чем она является в действительности. Дело, конечно, не в телевидении, а в отношении к нему. Все ведь очень просто: телевидение - это такое небольшое место в комнате, где показывают движущиеся картинки, сопровождаемые различными звуками. И чего тут такого инъекционного, в самом-то деле?