Найджел Фарадж не только сдал мандат депутата Палаты общин, но и готов отказаться от поста председателя в своей партии Reform UK, от которой ждали разрушения традиционной политической системы, пока еще поделенной между лейбористами и консерваторами. Однако внезапная радость тех и других была недолгой: Фарадж уходит, чтобы остаться. И судя по всему, по-прежнему планирует переехать на Даунинг-стрит не позднее 2029 года.
По закону избирательный округ, осиротевший после отставки Фараджа, должен будет объявить довыборы, а Фарадж намерен в них участвовать, и из политики уйдет только в случае проигрыша. То есть он передоверил простому народу решать, нужен тому такой лидер, как он, или не нужен.
В обстоятельствах Фараджа это яркий ход, чувствуется рука старого политтехнолога. Ведь обстоятельства такие, что парламентская власть ведет против него антикоррупционное расследование. Рыли рыли – и наконец-то нарыли.
Если сильно «сушить» и не вдаваться в фамилии, суть претензий к Фараджу в том, что он принял миллионы фунтов в биткоинах от крайне сомнительных криптовалютчиков, включая судимых за отмывание денег. Состав преступления в том, что он эти дары не задекларировал, утаив не только от государства, но и от партии: средства, которые должны были идти на ее нужды, шли на его.
Объяснения Фараджа, что это подарки от друзей и их вложения в его личную безопасность (наем охраны, например), публику, кажется, не удовлетворили, а газеты рассвирепели еще больше, благо давно ждали существенного повода, чтобы растерзать лидера «реформаторов». Тогда-то он и пошел ва-банк, предложив избирателям либо отправить его в небытие, либо оправдать перед нацией. Судите, мол, сами.
Он знал, кому предложить: его провинциальный избирательный округ с как бы курортным городком Клактон – более чем на 95% «белый» и один из наиболее этнически однородных в Англии, кроме того, депрессивный. То есть почти сплошь заселен основным электоратом Фараджа и его партии. Это базовое население страны, не вписавшееся в глобалистскую эру. Английский народ, какой он есть – и каким был в книгах Диккенса.
Вполне вероятно, эти люди снова выберут Фараджа своим представителем в Палате общин. У них для такого множество причин, прежде всего желание сделать больно властям. В США с таким же настроем избирали Дональда Трампа, только американский президент работает на инстинктах, тогда как британец – интеллектуал и мастер интриги.
За десятилетия, обходными путями, в результате сложной многоходовки Фарадж вывел Британию из ЕС и обещал уйти из политики еще тогда, но передумал и захотел претендовать на власть. До начала расследования все получалось: «реформисты» даже сейчас – самая популярная партия страны. А на жителей Клактона тем более можно положиться.
Тем не менее Фарадж нервничает. Его отставка с новым выдвижением – маневр столь же яркий, сколь и отчаянный.
В прошлом – до миллионных подарков в биткоинах – он был более ловок. В данном же случае контрприем очевиден, а ключевой проблемы его переизбрание вообще-то не решает: прокурорам все равно, победит Фарадж или проиграет. У него не тот случай, когда победителей не судят.
В парламенте говорят, что расследование может продлиться год. Выборы к тому времени уже пройдут, а вот исход уголовного процесса отнюдь не очевиден.
Кроме того, все остальные партии могут попросту не участвовать в акте реабилитации Фараджа. То есть бойкотировать выборы, сделав его безальтернативным кандидатом. В этом случае он тоже победит. Только такое оправдание от «народного суда» никому не покажется убедительным.
К происходящему можно относиться как к расправе по политическим мотивам, но жалеть Фараджа с нашей стороны границы не стоит. Он слишком серьезно готовился к тому, чтобы стать премьером. То, что брал миллионы от криптовалютчиков, – его собственные отношения с британским народом и государством. Но в то же время он отошел от лозунгов своей партии в более умеренную, респектабельную и традиционную для британского политика зону. Это касается и проблемы миграции, из-за чего партия уже пережила раскол, и отношения к России.
Проще говоря, Фарадж стал русофобом. Вульгарным английским русофобом, потому что там так принято.
Учитывая весь контекст российско-британских отношений и ключевую роль Лондона в обеспечении режима Владимира Зеленского, схватка Фараджа с британской властью – это даже не тот случай, когда нужно желать удачи обеим сторонам. Лучше, если власть в моменте окажется сильнее и посадит народного трибуна на пике собственной непопулярности.
Столкновение многотысячных толп тех самых простых белых англичан – поклонников Фараджа с полицией и с населением мультикультурных районов – вот тот сценарий в Британии, под который в России хочется заказать чашечку кофе.