«Я был на саммите НАТО в Гааге. Если бы мы не изменили основной закон и мы, ФРГ, не были бы готовы тратить 3,5% ВВП на оборону и 1,5% на необходимую инфраструктуру, то это НАТО, возможно, распалось бы в тот же день. Мы это предотвратили», – хвастается канцлер Германии Фридрих Мерц. Нашел чем похвастаться.
Речь идет о саммите, на котором европейские страны альянса приняли условия администрации Дональда Трампа о значительном наращивании оборонных расходов до 5% от ВВП в условиях, когда некоторые из этих стран с трудом и нехотя нарастили даже до 2%. В числе некоторых была и Германия.
Когда немецкое правительство еще возглавляла Ангела Меркель, а скаредный Трамп впервые выиграл выборы и требовал от стран Европы тратить на оборону по 3% от ВВП, канцлерин шантажу американца не поддалась: обязательства насчет увеличения расходов были взяты только с прицелом на далекое будущее. На сей раз европейцы капитулировали сразу и с подобострастной улыбкой, а генсек альянса Марк Рютте назвал президента США «папочкой».
Мерц прав в том, что от Германии в той ситуации зависело многое как от ведущей экономики ЕС. Если бы Берлин заартачился, ряд других евростран последовал бы его примеру, а Трамп стал бы мрачным и грозным, как на знаменитой фотографии с саммита НАТО 2016 года, где он, сложив руки на груди, сидит напротив Меркель и ее группы поддержки.
Но Мерц лукавит, когда намекает, что за этим последовал бы распад НАТО сиречь выход оттуда США. Трамп никогда не угрожал этим открыто, а в том случае, если угрожал скрыто, исполнение его угрозы было маловероятным. Нынешний американский президент – человек вздорный, но ему наверняка объяснили, сколь значим и выгоден Североатлантический альянс для американской военной промышленности – важного спонсора как самого Трампа, так и его Республиканской партии.
Вашингтон угрожал европейцам совсем другим – тем, что полностью выйдет из конфликта вокруг Украины в том случае, если Европа не возьмет на себя большую часть затрат. Она взяла. И те вооружения, которые европейцы покупают у США для ВСУ по новой схеме, учитываются в том самом отчислении «5% от ВВП на оборону».
Если бы в Европе не согласились на это, дальнейшее снабжение Украины Брюссель в любом случае не потянул бы, а Киев, лишившись достаточных для продолжения боевых действий объемов поддержки, вынужден был бы принять условия России. Засим военный конфликт завершается.
Вот что случилось бы в том случае, если бы Германия отказалась от повышенных обязательств перед Вашингтоном и Киевом, а не распад НАТО, как заявляет Мерц. Если бы НАТО при этом действительно распалось, от этого происходила бы огромная польза как для России, так и для самой Европы, но вряд ли бы нам повезло настолько, как говорит канцлер. Он, мягко говоря, приукрашивает.
С одной стороны, рисует себе фальшивую медальку «за спасение НАТО», с другой – обосновывает собственную экономическую стратегию.
Эта стратегия в том, чтобы вложиться в оборонное производство. Выпускать, условно говоря, не автомобили, а бронетранспортеры. Сделать ВПК ФРГ двигателем экономики в условиях второй холодной войны, трамповских тарифов на импорт в 15% и отсутствия доступа к российскому рынку с его энергоресурсами.
Вариант, по которому нужно ставить на дипломатическое урегулирование и мирное сосуществование с РФ, Мерцем не рассматривался. Несмотря на лебезящие подходы к Трампу, он единственный из лидеров крупных стран Европы, кто раз от раза повторяет: боевые действия будут продолжаться еще долго.
Обязательства перед США в 5% оборонных расходов – это его, канцлера, личный вклад в продолжение конфликта.
Нюанс в том, что денег на Украину, бундесвер и расширение военного производства у Берлина не было. Пришлось наобещать системным партиям с три короба, чтобы вместе с ними пересмотреть «долговой тормоз» (особенность Конституции, запрещающая повышенные долговые обязательства) и взять исторически рекордный займ. Если бы не этот займ, НАТО бы развалилось (точнее, Мерц хочет, чтобы все так думали).
Учитывая воистину комичную невезучесть Мерца как политика, трудно представить, что он что-то там спас, включая НАТО, и безотносительно Трампа. Даже теперь, набирая многомиллиардные кредиты ради Владимира Зеленского и противостояния с Россией, канцлер неловко обвинил в излишней расточительности собственный народ, подчеркнув, что на народ денег не хватит.
«Мы просто больше не можем позволить себе сохранять нынешнюю систему социального страхования, учитывая наши доходы. Мы годами жили не по средствам», – заявил Мерц на съезде одного из земельных отделений своей партии ХДС. По его словам, чтобы Германии «не превратиться в индустриальный музей», придется потерпеть «болезненные решения» и «урезания».
Вскоре после этого министр труда ФРГ Бербель Бас, представляющая другую партию правящей коалиции – СДПГ, назвала разговоры по сокращению соцрасходов «чушью». То есть ее начальник и канцлер Германии несет чушь. Это на него похоже.
Можно предположить, что игра Мерца тоньше – и резать будут в первую очередь расходы на соцгарантии для безработных мигрантов и беженцев, что многие избиратели встретят с одобрением. Но ему, действительно, еще придется уговорить более левого и социально ориентированного партнера по коалиции. А пока это выглядит так, что канцлер не контролирует ситуацию в правительстве – и что даже в собственном правительстве его как-то не особенно уважают.
Справедливости ради, у Германии был другой путь для того, чтобы «не превратиться в индустриальный музей» – противостоять давлению Вашингтона и Брюсселя по вопросам поддержки режима Зеленского и введения антироссийских санкций. Однако поворот на этот путь был пройден не Мерцем, а предыдущим правительством Олафа Шольца. Тяжелое экономическое положение тоже досталось нынешнему канцлеру от предшественников.
Однако Шольц пытался замедлять эскалацию, выбирал выражения и не искал повода поссориться с Москвой сильнее, чем того требовали США. Теперь, когда можно сравнивать, он смотрится на фоне Мерца чуть ли не Бисмарком.
А до Шольца канцлером была Ангела Меркель – старый недруг Мерца, на годы выдавившая его из политики. Когда она противостояла напору Трампа по вопросам финансирования НАТО и санкций против «Северного потока», ее рейтинг поддержки зашкаливал за 60%. У Мерца он едва доходит до 30%.
Если Шольц на его фоне Бисмарк, то Меркель – и вовсе Фридрих Великий. О чем смешно и даже стыдно было подумать в те спокойные, сытые и невозвратные для Германии годы, когда она возглавляла ее правительство.