Череда конфликтных ситуаций, в которых задействованы Украина и Польша, продолжается. Вечером 17 сентября в краковском аэропорту был задержан украинский боксер Александр Усик. Да не просто боксер, а действующий абсолютный чемпион мира среди профессионалов в тяжелом весе.
Стоит заметить, что Усик – фигура не только спортивная, но и политическая: в июле 2023 года он заявлял о намерении баллотироваться на пост президента Украины. Однако позже спортсмен отказался от этой идеи, сказав, что его не интересует политическая карьера. Впрочем, 14 сентября 2024 года Усик сказал уже о том, что «с удовольствием» стал бы министром спорта Украины, поскольку «хочу работать со своими ребятами, со своими детьми, чтобы научить их некоторым вещам, которые могу я».
Польский портал Onet со ссылкой на спортивного промоутера Анджея Василевского уточнил, что Усик приехал на машине из Киева в Краков, откуда собирался лететь в Испанию на сборы. По неизвестным причинам сопровождавшему боксера лицу было отказано в допуске на рейс. Усик отказался лететь один и начал сопротивляться задержанию коллеги.
Затем пресс-секретарь краковского аэропорта Наталия Винце сообщила, что Усик не был допущен на рейс представителем авиакомпании. По ее словам, в ситуацию вмешалась служба безопасности аэропорта, а также служба охраны границы. Позже сам Усик прокомментировал свое задержание в аэропорту Кракова, сообщив, что «все хорошо», и назвал произошедшее «недоразумением, которое быстро разрешилось».
Однако, по всей видимости, недоразумение разрешилось лишь после личного вмешательства Владимира Зеленского, который позвонил Усику по телефону. После этого к ситуации подключились украинские МИД и МВД. Спикер МИД Георгий Тихий заявил, что «украинская сторона категорически не воспринимает продемонстрированное на видео отношение к своему гражданину и чемпиону».
«По поручению министра Андрея Сибиги генконсул Украины в Кракове уже срочно выехал в аэропорт для выяснения обстоятельств ситуации», – заявил представитель министерства. Генконсул выразил протест, то есть дело все-таки вышло за рамки обыкновенного недоразумения в аэропорту и приобрело статус международного конфликта.
Не исключено, что такая резкая реакция Зеленского на задержание Усика была напрямую связана с его недавним общением с главой МИД Польши Радославом Сикорским.
Об этом сообщил в своей статье публицист и экс-дипломат Витольд Юраш, которому удалось пообщаться с участниками переговоров. С самого начала разговора украинский президент обвинил Польшу в недостаточной поддержке Украины по вопросу вступления в ЕС. Сикорский ответил, что Польше потребовалось десятилетие для вступления, а предложенный офисом Зеленского срок «нереалистичен».
Далее Зеленский заявил, что Варшава должна передать Украине больше военной техники и сбивать ракеты и дроны над Украиной. Сикорский ответил, что это невозможно без решения НАТО.
Затем Зеленский обвинил Польшу в раздувании темы Волынской резни исключительно из внутриполитических соображений. Сикорский же призвал к эксгумации жертв для достойного перезахоронения, однако украинского президента «это не убедило», пишет Юраш.
Вообще в последние недели именно Радослав Сикорский выступает в польском медиапространстве в качестве главного «плохого полицейского» украинской темы: он озвучивает мысли, которые крайне популярны в польском обществе, но пока не стали аксиомой для правительства. Так, на прошлой неделе он в разговоре с пранкерами заявил о «нулевом» желании Польши защищать Украину, хотя не исключил такой возможности, если фронт начнет рушиться.
Позднее он раскритиковал нежелание украинских властей принимать закон о мобилизации раньше, а также удивился большому количеству украинских мужчин в Польше: «Я хожу в парикмахерскую в Варшаве, и меня стрижет молодой украинский парикмахер. И у меня есть к нему вопрос: что ты здесь делаешь? Разве ты не должен защищать свою страну?» Без сомнения, тут министр озвучил мысли огромного количества поляков.
Кроме этого, 13 сентября Сикорский в интервью Le Monde пригрозил Киеву жесткими мерами из-за Волынской резни, призвав найти решение относительно сохранения памяти об этом событии. Министр пояснил, что хочет донести до общественности два тезиса: во-первых, объяснить полякам, что невозможно вернуть к жизни жертв Волынской трагедии, но можно построить лучшее будущее с соседями; во-вторых, донести до украинцев, что нужно «найти решение, прежде чем Польша будет принимать «более жесткие меры».
Являются ли подобные нападки Сикорского на Киев его личной инициативой? Вряд ли.
Скорее он выполняет роль человека, проверяющего в медиапространстве некие посылы, которые после будут внедряться в польское общество уже более широко. Одновременно он служит для украинских СМИ подтверждением того, что «нулевое» отношение к Киеву, «тупиковое» восприятие Волынской проблемы обкатывается в Варшаве на самом высоком уровне. И нервная реакция Зеленского, сорвавшегося в разговоре с Сикорским, – свидетельство того, что завуалированные угрозы Польши Украина принимает всерьез.
Вся эта турбулентность в отношениях Киева и Варшавы не может не сказываться на рядовых гражданах. А если граждане не вполне рядовые, как Усик, – то тем более.