Статьи в американских СМИ об острой нехватке «живой силы» в ВСУ вполне укладываются в схему информационного обслуживания Украины, сколь бы парадоксально это ни звучало.
На украинцев подобные материалы производят угнетающее впечатление, но мнение украинцев в данном случае не так уж и значимо. Гораздо важнее, что статьи о критическом положении ВСУ убеждают конгрессменов ускориться с утверждением 60-миллиардного пакета помощи для Киева, а заодно отстаивают политику по ужесточению мобилизации, в гуманности которой некоторые в США уже начали сомневаться.
Но людей для фронта Киеву действительно не хватает, и эту проблему тоже пытаются решить за счет Америки. Только другой – Южной.
Агентство Associated Press сообщает, что в последнее время ряды ВСУ пополняют сотни наемников из Колумбии, часто бывшие военнослужащие. Это произошло не само по себе: в 2023 году, когда поток желающих повоевать с Россией из республик бывшего СССР и англоязычных стран стал иссякать, в Латинской Америке была создана сеть испаноязычных вербовщиков, а на самой Украине появились испаноязычные инструкторы и офицеры.
Эту идею Киеву наверняка подсказали его западные партнеры, возможно, даже взяли на себя большую часть организации, но AP ставит случившееся в заслугу именно украинским властям. Как бы там ни было, предприятие принесло плоды, а то, что наибольший успех сопутствовал вербовщикам именно в Колумбии, отнюдь не случайность.
Во-первых, в Латинской Америке нет и уже давно не было более последовательного союзника Вашингтона, чем Богота. Начав с Кубы, перекинувшись на Никарагуа и победив в Венесуэле, левые, «красные», антивашингтонские силы пришли к власти практически во всем регионе, хотя иногда ветер истории выносит наверх и правых вроде Жаира Болсонару в Бразилии или Хавьера Милея в Аргентине.
В Колумбии, хоть это и вотчина Боливара, правые и ультраправые безраздельно правили вплоть до последнего времени. Они традиционно сидели «на штыках» Вашингтона и во всем на него ориентировались.
В середине XX века дошло до того, что колумбийцы стали единственными в Латинской Америке, кто отправил свои войска сражаться с «красной угрозой» в Корею.
Крепче, чем за Колумбию, Вашингтон держится только за Панаму из-за ее канала.
Сбой в системе произошел полтора года назад, когда на выборах президента Колумбии впервые в истории победил «левак» и даже бывший партизан Густаво Петро. Он часто критикует внешнюю политику США, но влияние Вашингтона в его стране по-прежнему колоссально из-за преданных элит, «старых денег» и правильно воспитанной интеллигенции.
Поэтому Колумбия возникает в контексте СВО не впервые. В июне 2023-го ВС РФ накрыли ракетным огнем штабное совещание офицеров ВСУ в Краматорске – городе, который исполняет роль столицы той части Донбасса, которую контролирует Украина. Вскоре выяснилось, что в числе раненых – трое колумбийцев: бывший советник президента Серхио Харамильо, писатель Эктор Абад и журналистка Каталина Гомес.
Богота тогда выразила Москве официальный протест. Москва в ответ добром попросила колумбийцев в зону боевых действий не ездить. Как видно теперь, многие не вняли.
Короче говоря, украинцы ведут успешную деятельность в Колумбии в силу того, что у их опекунов из США есть для этого широкие возможности. В любой другой стране региона возможностей для такого гораздо меньше, а в боливарианских странах вербовка наемников для ВСУ вылилась бы в грандиозный скандал.
Во-вторых, особенности национальной истории сделали Колумбию чем-то вроде рынка ландскнехты.
Главное, что нужно понимать: за двести лет в этом государстве было больше десятка гражданских войн, последняя из которых продлилась полвека и завершилась только в 2016 году, причем не до конца.
Речь о противостоянии между правительственными силами и леворадикальными группировками, самая крупная и влиятельная из которых называлась ФАРК. В некоторые периоды ее деятельности колумбийских партизан активно снабжал СССР с союзниками. В другие периоды они снабжали себя сами, не брезгуя терроризмом и наркоторговлей.
Третьей стороной конфликта можно считать военизированные формирования, которые вели охоту на ФАРК на деньги богатых землевладельцев, а по методам напоминали нацистских карателей.
Всего эта бойня, периодически затихая и разгораясь вновь, унесла жизни более 200 тысяч человек, пока армия ФАРК не самораспустилась, достигнув мирового соглашения с Боготой.
Те радикалы, кто еще продолжает борьбу с капитализмом в непролазных джунглях, это бледная тень ФАРК, даже если не брать в расчет период их расцвета. Некоторая нормализация обстановки позволила властям сократить вооруженные силы, которые до сих пор остаются весьма значительными – более 250 тысяч человек, а это второе место на континенте после Бразилии и семнадцатое в мире.
Еще недавно штатный состав превышал 400 тысяч человек. Другими словами, в Колумбии теперь избыток мужчин с боевым опытом и без определенных занятий.
Контингент это, заметим, не из трусливых. О боевых навыках колумбийцев можно спорить, но в их регионе не особенно боятся умирать. Ценность жизни там невысокая, насильственная преступность – зашкаливающая, практика боев чрезвычайно жестокая, ожидание большого военного конфликта (в их случае – с Венесуэлой) постоянное, а деньги работают как эффективный стимул.
Впрочем, этот стимул эффективен почти везде, где много безработной молодежи. В АP признают, что в ряды ВСУ колумбийцев влечет только желание заработать, а не идеология или политика.
Поэтому борьба с вербовкой колумбийских боевиков – это борьба с поступлением на Украину валюты, в чем бы она ни заключалась: в блокировании украинского импорта или в доведении до спонсоров информации о бесперспективности и опасности дальнейшей поддержки Киева.
Деньги, которые получают колумбийцы на Украине, по большому счету американские. Они по-прежнему движутся по кругу порочной зависимости, когда граждане красивой, сложной и перспективной страны (какой является Колумбия) тысячами едут умирать за интересы Вашингтона в заведомо чужие для них места – не под Пхеньян, так под Авдеевку, а это слишком напоминает третью мировую войну, чтобы подобное можно было игнорировать.