«Это удар». Так пресс-секретарь Белого дома Карин Жан-Пьер прокомментировала реакцию МИД Бразилии на очередную порцию вашингтонских нотаций. Как с ней это часто бывает, Карин Жан-Пьер ошибается.
Дело даже не в том, что министр иностранных дел Бразилии Маура Виэйра отреагировал на откровенно хамский выпад из США в соответствии со статусом – вежливо, но твердо поставил североамериканцев на место. Дело в том, что ударов было три. Три бразильских удара по североамериканской империи.
Первый по времени – призыв президента Лулы да Сильвы к странам БРИКС отказаться от доллара во взаимной торговле, если потребуется, создав новую общую валюту (годовой вклад стран БРИКС в мировую экономику, между прочим, теперь больше, чем у «Большой семерки»). Это, во-первых, прямое покушение на финансовое могущество США, а во-вторых, солидаризация с Россией и Китаем (в рамках «переходного периода» Лула готов перейти на юани).
Солидарен Лула с Россией и в том, что США и Запад в целом несут ответственность за кризис вокруг Украины и на самом деле не желают урегулирования военного конфликта. Как следствие, их роль необходимо снизить, доверив посредничество действительно заинтересованным в мире странам.
«Как мы можем достичь мира между Россией и Украиной, если никто не говорит о мире? Все говорят о войне, говорят о предоставлении оружия для помощи Украине или о расширении НАТО на восток до границ России. Поэтому мы должны найти те страны, которые стремятся к миру. Китай хочет мира, Бразилия хочет мира, Индонезия хочет мира, Индия хочет мира. Так давайте соберем эти страны вместе и сделаем предложение о мире для России и Украины», – заявил президент Бразилии.
Досталось от Лулы и Евросоюзу. Он признал, что привык доверять ему как «балансирующей силе, которая никогда напрямую не участвовала в войнах», однако теперь ЕС «напрямую вовлечен в конфликт».
Третьим ударом стали промежуточные итоги визита главы МИД РФ Сергея Лаврова в Бразилиа. Там на повестке много дел по расширению сотрудничества, но для Вашингтона главным стало то, что на совместной пресс-конференции с Лавровым Виэйра осудил введение против России санкций. В МИД Бразилии делали это и раньше, но теперь было подчеркнуто, что ограничения Запада вредят развивающимся странам, а это весьма токсичное для мировой политики обвинение (не как расизм, но близко к тому).
Бразильский тройной удар оглушил североамериканскую дипломатию. В Вашингтоне не придумали ничего лучше, чем через координатора по стратегическим коммуникациям Белого дома Джона Кирби обвинить Бразилию в «российской и китайской пропаганде».
В принципе это рабочая модель. Потом можно будет обвинять страны сразу в российской, китайской и бразильской пропаганде. Затем в российской, китайской, бразильской и, например, мексиканской. И так далее до тех пор, пока Запад не окажется в политической изоляции.
Экзистенциальная проблема США, перечеркивающая 200 лет собственной истории, – это потеря Латинской Америки как региона абсолютного влияния. Вашингтон все еще держит под контролем жизненно важные узлы (например, Панаму с ее каналом), но в целом ЛА дрейфует в направлении других центров силы, превращаясь в один из них.
Мексика упомянута не просто так. С ней у Вашингтона проблемы того же типа, что и с Бразилией. Суперпопулярный (с 70-80% поддержки) левый президент Лопес Обрадор отвергает концепцию борьбы с Россией, сближается с Китаем, открыто критикует США и даже посягает на соглашение о свободной торговле – готовится ввести запрет на экспорт ГМО-пшеницы, а это 90% всей пшеницы в США.
Своевольство как мексиканцев, так и бразильцев стало для Белого дома неприятным сюрпризом, даже несмотря на предыдущие провалы попыток вбить клин между россиянами и латиноамериканцами. От Лулы не ждали такой категоричности и прыти, хотя он и прежде симпатизировал Москве и Пекину больше, чем Вашингтону, тогда как его предшественник Жаир Болсонару готов был к любого рода союзам с США, правда, пока президентом был Дональд Трамп.
В данном случае североамериканской внешней политике навредила идеология правящей Демпартии. Для американских либералов Болсонару был «нерукоподаваемый» – даже в большей степени «фашист, расист, сексист и гомофоб», чем сам Трамп. Поэтому при Байдене отношения с самой крупной и богатой страной латиноамериканского мира поставили на паузу, дожидаясь возвращения к власти Лулы. Это был тот редкий случай, когда в Москве и Вашингтоне болели за одного и того же человека, пусть и по разным причинам.
Из этого прямо следовало, что с Лулой у североамериканцев могут быть некоторые проблемы. Но он начал по-настоящему масштабную «перезагрузку» внешней политики Бразилии, а ее главный приоритет теперь – сближение со стратегическими противниками США. Судя по всему, у Вашингтона нет эффективных рычагов давления ни на Лулу, ни на Обрадора, а переходить к санкциям против главных стран американского юга ему явно не хочется. Это означает открытие нового геополитического фронта – Латинская Америка в большинстве своем поддержит своих, а у США и на других фронтах дела обстоят неважно, будь то сдерживание Китая, война с Россией или попытки сохранить влияние на Ближнем Востоке.
Если сравнить внешнюю политику США с лайнером, то ситуация такая, что даже колоссальный по размерам штат Госдепа не справляется с тем, чтобы затыкать дыры и откачивать воду: то один отсек затопит, то другой. Из-за огромных размеров американский корабль все еще не затонул, но утратил маневренность и больше не представляет собой «грозу морей».
Это выливается в истеричные комментарии, как у Кирби, которые еще больше усложняют ситуацию. И в то же время делает США опаснее, и тут лучше подойдет сравнение со зверем, загнанным в угол.
Понимая, что отступление из той или иной зоны влияния провоцирует новые «бунты» в рядах все еще лояльных стран, североамериканцы могут сосредоточиться на решении какой-нибудь особо показательной и принципиальной проблемы, посчитав, что хотя бы одна значимая победа поможет им сломить негативный тренд.
Выбор небогат: это либо Украина, либо Тайвань, откуда их грозят выдавить китайцы КНР. Проблема с Россией и Украиной вроде как актуальнее, что может означать усиление поддержки Киева и отказ от планов поумерить его амбиции в случае, если так называемое весеннее контрнаступление ВСУ полностью провалится.
То, что в самых разных частях света пытаются поставить США на место, указав на их деструктивную роль в мировой политике (и на Украине в первую очередь), показывает, что США слабеют. Но это не приведет к тому, что Вашингтон что-то такое для себя осознает и начнет отползать из Украины, Тайваня и других мест, чтобы спокойно доживать свой век дряхлеющей сверхдержавы.
Скорее он попытается собрать силы в кулак, чтобы показать всем, будто мировой гегемон никуда не делся, а всех недовольных рано или поздно прижмут к ногтю.
Когда-нибудь он надорвется. Но до тех пор будет пролито еще немало крови.