«У американцев огромные возможности сделать мир лучше… Представьте, что будет, если нам удастся объединить всю Европу и подавить, наконец, руководство России из-за тех проблем, которые она причиняет».
Этими словами Джо Байден попытался вызвать энтузиазм у американцев от перспективы своего переизбрания президентом на второй срок. Про американцев известно, что никакого энтузиазма они по этому поводу не испытывают.
Впрочем, как и от возможного возвращения в Белый дом Дональда Трампа. Их не устраивает сама колея, которая ведет к необходимости выбирать между двумя пожилыми скандалистами.
Это кажется немыслимым по меркам американской демократии, но у обложенного уголовными делами Трампа как будто бы нет конкурентов (настолько он всех опережает), а у непопулярного и явно нездорового Байдена, которому в следующем году стукнет 81 год, действительно конкурентов нет.
А ведь по тому, что и как господин президент говорит, очевидно, что конкурент – не конкурент, а запасной игрок у демократов должен был появиться на случай, если Байден до выборов развалится – если не физически, то ментально. Бредовый тезис об объединении Европы и сдерживании России – очередное подтверждение тому, что риск очень велик.
Потому что это взаимоисключаемые параграфы и заведомо неразрешимая задача. Либо объединять Европу, либо сдерживать Россию дальше. Или трусы, или крестик.
Проблема даже не том, что Россия тоже часть Европы: понятно, что имеется в виду Евросоюз, который глобалисты хотят расширить на Балканы и Украину. Но именно ЕС как единое политическое пространство раскалывают сейчас два обстоятельства.
Во-первых, неготовность консервативных сил и стран (например, Польши и Венгрии) принять идеологию либерального глобализма, которой придерживается Демократическая партия США. Та самая, в которой состоит президент Байден.
Чем настойчивее американцы лезут в европейский монастырь со своим уставом, тем меньше остается от европейского единства. Евросоюз еще никогда не был столь конфликтным объединением, каким стал теперь, при Байдене.
Потому что (и это уже «во-вторых») вашингтонский курс на «подавление России» приносит выгоду США, но очевидным образом вредит ЕС. Если для американцев Россия – стратегический противник, то для европейцев – огромный рынок и источник энергоресурсов. Им всегда будет выгоднее сотрудничать с русскими, чем не сотрудничать: география – бессердечная наука.
Внешняя политика, которую проводит сейчас Брюссель, не отвечает реальным экономическим интересам европейских стран, она абсолютно искусственная и не может закрепиться как норма. Это вызывает и будет вызывать на континенте волны недовольства. Сейчас оно выражается в кратном росте рейтинга партий-евроскептиков – тех сил, которые прямо ставят перед собой задачу расколоть Евросоюз. Дальше, когда начнут проявляться долгосрочные последствия от разрыва с РФ, будет только хуже.
Чтоб не было хуже, нужно задуматься о национальных интересах и перестать стрелять в собственные ноги, но для этого Брюсселю придется игнорировать наличие в мире США или, как минимум, их президента Байдена.
Этому сильно бы помог уход Вашингтона в изоляционизм: оказавшись наедине с собой и по соседству с разозленной Россией, Евросоюзу и впрямь придется сплачиваться, чтоб не пропасть поодиночке.
Таким образом, лекарство не просто не соответствует болезни: американский рецепт и есть главная причина раскола Европы. Байден должен в зеркало посмотреть, чтоб увидеть эту причину.
Вообще, интервью каналу CBS, в котором его невнятица прозвучала, носило экстренный характер: Байдену нужно было срочно пояснить политику партии и правительства в отношении Израиля и Газы с учетом, что большинство избирателей его Демократической партии симпатизируют Палестине (но большинство американцев в целом – Израилю), а протесты против наземной операции ЦАХАЛ в буквальном смысле дошли до Байдена – пацифисты, леваки и активисты BLM митингуют теперь по периметру Белого дома.
Осенью следующего года Байден планирует переизбраться, поэтому вынужден успокаивать общественность и обкладывать острые углы ваткой. Получается плохо и в ближневосточном случае: Израиль Байден поддерживает, но гибель нонкомбатантов не одобряет, ХАМАС призывает уничтожить, но сектор Газы оккупировать не советует.
То есть рекомендации седовласого вашингтонского мудреца заключаются в том, чтобы приготовить яичницу, не разбивая яиц.
Говорильня Байдена подчинена идее переизбраться, хотя как будто бы всё выступает против этого – от большинства американского народа до даты рождения в водительских правах. Эта идея предполагает создание для избирателей образа светлого будущего, в которое устремится всемогущая американская нация, если оставит «старину Джо» президентом до тех пор, пока ему не стукнет 86.
В этом контексте он и оправдывает политику в отношении Израиля, а также – чтоб два раза не вставать – России и Украины, которая вызывает в США все больше вопросов и споров. Но Байден, получается, не знает как ее оправдать. То ли не понимает, то ли не может запомнить шпаргалки помощников.
Он ведь не говорит, что будет, если американцы «объединят Европу» и «подавят Россию». Он предлагает самим представить, какая чудесная начнется жизнь. А если не начнется, то это не Байден наврал, а ты неправильно представил.
Маневр довольно слабый, и заранее ясно, что ответят внутренние критики Байдена. Например, Такер Карлсон обязательно вопросит: а что будет, если мы не объединим Европу и не подавим Россию? Неужели школьники Айовы перейдут на русский язык?
А ведь бредить – это не единственный выход, который отвечает задаче Байдена: оправдать свою внешнюю политику в глазах избирателей.
Можно было бы поступить иначе – просто сказать правду.
Заявить, например, что продолжение конфликта на Украине отвечает национальным интересам США. Это дает сверхприбыли энергетическим компаниям, колоссальные заказы для предприятий ВПК, рабочие места для американцев (в том числе за счет переезда в США европейских предприятий).
В то же время это делает Европу еще более послушной американской воле, постольку новый «железный занавес» лишает ее свободы маневра. Она действительно объединяется в качестве приложения к Америке.
Конечно, подобная честность осложнит отношения Вашингтона с Брюсселем. Но она понравится американскому народу: такая постановка вопроса вполне в его духе.
Только вот «подавления России» не будет в любом случае. Перебьются.