Когда Владимир Зеленский еще только баллотировался в президенты, его, профессионального комика, называли «политиком совершенно нового типа». На деле ему досталась роль вполне традиционная, пускай для комика и неожиданная – быть олицетворением «термидора», когда за революционным бардаком и полевой демократией наступает «подмораживание», а полномочия центральной власти увеличиваются до диктаторских.
Таким же политиком был, например, Иосиф Сталин. И как бы странно или смешно это ни звучало, у них с Зеленским есть еще кое-что общее.
Это нарциссизм, подозрительность и дилетантизм, с точки зрения тех деятелей, кто конкурировали с ними в период становления власти. Как следствие, в области преследования своих оппонентов и Сталин, и Зеленский поступали особенно жестко и нагло – так, что политики старой традиции переглядываются и переспрашивают друг у друга: «А что, так можно было?!». Так было нельзя и не принято, но они взяли и сделали.
И у того, и у другого сам механизм репрессий базировался на институте, который не был предусмотрен основным законом страны, но вдруг получил абсолютные полномочия в том, чтобы казнить и миловать. У Сталина это так называемое узкое руководство с «расстрельными списками» и знаменитые «тройки». У Зеленского – карманный СНБО, где вводят санкции против частных лиц и компаний, которые нельзя оспорить в суде, и составляют «перечень олигархов», поражая включенных в него в гражданских правах.
Если к их компании присоединят еще и экс-главу МВД Арсена Авакова, также перешедшего в оппозицию, получится до смешного точный аналог так называемого Третьего московского процесса 1938 года, когда «подпольный антисоветский троцкистско-бухаринский блок» (он же «право-левый») и бывшего главу НКВД Генриха Ягоду вместе судили за шпионаж, терроризм, убийство Горького и покушение на Ленина.
Дело против Порошенко и Медведчука, которое также называют «угольным», содержит столь же абсурдные формулировки вроде «финансирование терроризма» и «государственная измена». Речь при этом идет о покупке угля у предприятий, оставшихся по ту сторону Донбасса, которая больше не считает себя Украиной. Поступить так Киев заставила нужда (энергетическая), и идет к тому, что Зеленский сам вынужден будет совершить аналогичное «преступление».
Аналогии между Зеленским и Сталиным можно искать и дальше (например, покушение на своего «бухгалтера» Сергея Шефира Зеленский потом вполне может использовать так же, как Сталин «дело Кирова»), но все равно они чисто публицистические. Сегодня важнее не совпадения, а отличия между ними. Чего Сталин, в отличие от Зеленского, точно не смог бы – это настолько опозориться.
Никто на Украине не сомневался, что обвинение против Порошенко – это политический заказ с самого верха, но развенчание врага превратилось в фарс с демонстративным унижением действующего главы государства.
Однако в итоге Порошенко просто отпустили под личное поручительство, обязав сдать загранпаспорт. Это одновременно указало на административное бессилие Зеленского в его войне с оппонентом, чья партия уже обходит по популярности пропрезидентскую «Слугу народа», и дополнительно подсветило абсурдный характер «преступления века».
В схеме, которую рисует следствие, Порошенко – главный организатор, а Медведчук в лучшем случае связной, и получается так, что «связной» уже несколько месяцев сидит под арестом, а «руководитель преступной группы», которая «финансировала терроризм», празднует свое освобождение в ресторане.
Почему вышло так, как вышло, не сомневается, кажется, никто.
Внутри Украины сейчас есть только одна организация, которая может отвесить президенту, метящему в диктаторы, столь ошеломительную оплеуху – это посольство США.
На Западе неоднократно намекали, что дело против Порошенко им не по нраву. Есть основания считать, что в Вашингтоне к Зеленскому накопилось множество претензий, а что вообще не поддается сомнению, это хорошие личные отношения Порошенко с Джо Байденом и огромный опыт общения с ним – нынешний президент США курировал Украину в администрации Обамы и, по собственному признанию, разговаривал с ее лидером «сутки напролет».
Кроме того, именно благодаря Порошенко удалось замять дело против компании Burisma, где сын Байдена Хантер числился в совете директоров. А долг платежом красен.
Неизвестно, объяснял ли Зеленский американцам, что, отпуская их подопечного, будет выглядеть круглым дураком, но именно им он теперь и выглядит. Явно желая минимизировать этот эффект и сменить тему, президент выступил с обращением к нации, призвав не поддаваться страху на фоне предсказаний о «вторжении российской армии» и пообещав «год без войны».
Обещаниям этим, кстати, верить нельзя. В 2008 году Михаил Саакашвили (и тоже в видеообращении) пообещал Южной Осетии устойчивый мир за несколько часов до начала военного вторжения. Именно поэтому наиболее важное обстоятельство всех этих хитросплетений между Зеленским, Порошенко и американцами – это вопрос о решающем доводе последних.
Одно дело, если президенту формально суверенной страны просто пригрозили, например, коррупционными разоблачениями. После того, как Зеленский посмел влезть во внутрипартийные распри США и начал подзуживать оппозицию против «слишком мягкого в отношении России» Байдена, было опубликовано так называемое досье Пандоры, более всех дискредитировавшее именно Зеленского.
И совсем другое дело, если в обмен американцы удовлетворили какую-нибудь зеленскую «хотелку», касающуюся поставок оружия, санкций против России и/или новой войны. Войны, которой сейчас опасаются в Донбассе и от ожидания которой лихорадит рынки. Войны, которая, как может казаться Зеленскому, принесет ему выгоду.
Если он на такую войну действительно решится, аналогий со Сталиным станет еще больше – вспомнят и про финскую кампанию, и про Северную Буковину. Но финал подобной авантюры окажется для Зеленского совершенно другим – и неизбежно печальным для Украины.