Учитывая регалии осужденных в Северной Македонии чиновников, в памяти всплывает 1937 год, хотя общего между этими событиями мало. Особо отмороженные македонские блогеры проводят параллели даже с Нюрнбергским процессом, указывая, что осужденные – «агрессоры», «националисты» и «пособники диктатора».
Вот неполный список «врагов народа». Бывший председатель парламента Трайко Веляновський (приговор – шесть с половиной лет тюрьмы), бывший директор Управления безопасности и контрразведки Владимир Атанасов (шесть лет), бывший министр транспорта и связи Миле Янакиевський (шесть лет и три месяца), бывший министр науки и образования Спиро Ристоски (столько же). Главарь этой «банды» – многолетний премьер-министр страны Никола Груевский – тоже проходил по делу, но допрошен быть не мог, поскольку бежал из страны.
В принципе, Груевский уже осужден, заочно получив два года тюрьмы за коррупцию. Суть дела была в том, что он повлиял на неких «должностных лиц» (то есть государственных служащих и подчиненных), чтобы они приобрели для премьера пуленепробиваемый «Мерседес» за 600 тыс. евро.
В этом моменте любой наблюдатель, даже тот, который вообще ничего не знает про Северную Македонию, должен начать что-то подозревать. Мы укрепим эти подозрения. В этой стране уже в XXI веке случилась кратковременная гражданская война, правительство по факту не контролирует отдельные регионы, имеются террористы и экстремисты с возможностью вести локальные боевые действия, велико влияние ОПГ. Главе исполнительной власти в подобном государстве лучше бы передвигаться на чем-то бронированном.
При всем при этом – как-то «жидковато» для «диктатора» и «вождя националистов», который десять лет находился у власти и, по словам его противников, «погрузил страну в бесправие и коррупцию».
Так, впрочем, про него говорили не всегда. Еще относительно недавно Груевский числился талантливым финансистом и реформатором, ведущим Македонию в европейское будущее, при том, что действительно возглавлял пусть не радикальную, но вполне националистическую партию с непроизносимой аббревиатурой ВМРО-ДПМНЕ.
Националисты, как известно, бывают двух видов: хорошие и плохие. Хорошие – это те, которые за нас, а плохие – за наших противников. Таким образом рассуждают и в Брюсселе, и в Москве, но никогда не признают этого вслух. А Груевский, так уж вышло, являлся хорошим националистом «на оба дома» – держал баланс в отношениях с Евросоюзом и Россией. Потому что, с одной стороны, выступал за членство в ЕС и НАТО, но, с другой – уважал такие понятия, как «православие», «кириллица», «славянство», а также возможности Москвы, с помощью которой хотел снизить болгарское влияние на свою страну.
В общем, нынешний «беглый диктатор» (как уточняют иногда – «пророссийский») был на Западе на хорошем счету. Но все изменили события, на которые Груевский никак не мог повлиять. Это воссоединение Крыма с Россией и война в Донбассе.
Дело в том, что на фоне этих событий в Вашингтоне и НАТО в целом было принято принципиальное решение по окончательному поглощению Балканского региона и уничтожению там остатков влияния России. Соответствующие процессы шли и раньше – в какой-то момент Балканы стали местом с самым высоким сосредоточением НКО, финансируемых из стран альянса. Но в 2014-м темпы резко ускорились: то, что планировалось сделать лет за десять, нужно было осуществить за год или два.
Стоит признать: атлантисты пришли к успеху и осуществили все то, что возможно было осуществить. В случае Сербии и Боснии форсировать этот процесс было слишком рискованным, но в случае с Черногорией и Северной Македонией (тогда эта страна сокращенно называлась БЮРМ, «бывшая югославская республика») затаскивание их в альянс имело характер блестяще исполненной спецоперации.
С Черногорией было чуть проще – там не нужно было менять власть, но важно было подавить оппозицию, протестовавшую против НАТО. И ее подавили – решительно, нагло и жестоко, в том числе через осуждение некоторых лидеров протеста «за подготовку госпереворота в интересах России». Сейчас, после смены власти в Подгорице, эти люди полностью оправданы, но общий курс уже не изменить: теперь это территория НАТО, где жестко выпалывают все «ростки российского влияния».
А вот с Груевским договориться не получилось. Ему было жаль тех сил, которые он потратил на налаживание сотрудничества с Москвой, поэтому Скопье не стал присоединяться к антироссийским санкциям и остался горячим сторонником проекта «Южный поток». Кроме того, соглашаясь с самой идеей вступления в НАТО, он отказывался менять название своей страны, как того требовала ревновавшая к наследию Александра Великого Греция.
Так Груевский стал «плохим националистом», а заодно и «кремлевским агентом». В Македонии вспыхнуло то, что мы обычно называем Майданом, а во главе борьбы с «антинародным режимом» встал новый лидер Социал-демократического союза (СДСМ) Зоран Заев – любимчик американского посольства, брюссельской бюрократии и лично Джорджа Сороса.
Формальный повод для новой «цветной революции» был сложносоставным, но в центре интриги – «20 тысяч пленок» (слова Заева) с незаконной прослушкой политиков и чиновников Македонии, оказавшихся в руках СДСМ. Власти одновременно обвинялись и в том, что вели эту прослушку, и на основании результатов прослушки – отдельные министры Груевского или кто-то, чьи голоса похожи на их, наговорили такого, что можно было посчитать признанием в фальсификации итогов выборов.
Бурлящие улицы Скопье требовали от Груевского отставки и нового голосования. Того же требовал Брюссель. Зажатый между молотом и наковальней, он заключил с оппозицией соглашение о досрочных выборах – и выиграл их, получив со своей партией на 1,5 процентных пункта больше, чем СДСМ.
Более того, «антимайдан» Груевского оказался многолюднее, чем «майдан» Заева: на митинг в поддержку ВМРО-ДПМНЕ пришли 90 тыс. человек – исторический рекорд для Македонии.
Однако изменить что-либо это уже не могло. В парламенте люди Заева объединились с албанской партией, руководство и группу спонсоров которой составляли примерно те же люди, с кем в 2001 году македонцам пришлось воевать как с сепаратистами и экстремистами. Учитывая требования албанцев к коалиционным партнерам, для Македонии это означало переход от национального государства к двуязычной федерации.
В день, когда спикером парламента избирали бывшего полевого командира албанцев Талата Джафери, сторонники Груевского устроили еще один митинг. В какой-то момент ситуация вышла из-под контроля, протестующие ворвались в зал заседаний и избили нескольких депутатов, включая Заева. За это теперь и осудили бывших министров. По мнению прокуратуры, обвиняемые точно знали, что делают, и организовали митинг с единственной целью – предотвратить законное формирование правительства.
Теперь «пособники диктатора» наказаны. Заодно (по мнению тех СМИ Македонии, которые ориентируются на Брюссель) «удалось покончить с кремлевской агентурой». Хотя никаких свидетельств того, что осужденные или экс-премьер Груевский как-либо кооперировались в своих действиях с Россией, никем предъявлено не было.
На этом месте должна быть какая-то мораль, но македонская история не про мораль, а про двойные стандарты в политике – вещь столь естественную, что пора бы уже к ней привыкнуть.
Заев стал тем человеком, который выполнил поставленную перед ним задачу – сменил название своей страны, ускоренными темпами привел ее в НАТО и покончил с политикой Груевского по взаимодействию с Россией. Потому собранный им «майдан» считается проявлением «воли народа», а устраиваемый его активистами террор – «отдельными эксцессами».
В числе таких «эксцессов» стоит выделить погром в канцелярии президента Георге Иванова. Будучи однопартийцем Груевского, он дрался как лев, пытаясь препятствовать и переименованию страны, и сговору с албанцами, и преследованию ключевых фигур в бывшей власти, но полномочия у македонского президента весьма и весьма скромные.
Но совсем другое дело митинг Груевского, которому большинство македонцев выразили поддержку, несмотря на беспрецедентную кампанию травли. Его организаторы показательно осуждены как экстремисты и государственные преступники, а самого Груевского спасло только предоставление ему официального политического убежища в Венгрии.
Дискуссии с атлантистами по поводу этих событий более всего напоминают мем, где две совершенно одинаковые картинки по-разному подписаны: «наш славный лидер – их кровавый тиран», «наша великая религия – их примитивное мракобесие» – и так далее, и тому подобное. В конечном итоге оказывается важно только то, кто победил.
В сложной, длительной и напряженной борьбе за Македонию, мало кем внутри России вообще замеченной, победил Запад. И процесс в Скопье действительно можно сравнить с Нюрнбергским, но не в том смысле, что это процесс над «нацистами» и «злом во плоти», а в том, что это процесс над побежденными, чье мнение о нем уже никого не волнует.