По словам самого Александра Гапоненко, дело против него инициировано по настоянию представителя депутата Сейма от радикального «Национального блока» Эдвина Шноре. Этот деятель наиболее известен тем, что в 2017 году допустил в своей статье сравнение проживающих в Латвии русских со «вшами».
Прокуратура сообщает, что Гапоненко обвиняется по трем статьям уголовного закона: о «разжигании межнациональной розни», об «антигосударственной деятельности» и о «помощи иностранному государству в направленной против Латвии деятельности». Причем, согласно обвинительному заключению, «инкриминируемые этому лицу деяния проявлялись в основном как публикации в интернете».
По этому поводу Александр Гапоненко саркастически написал: «Не каждый судья хочет принимать участие в политических расправах над инакомыслящими, да еще с явным этническим привкусом. Как выяснилось, дело против меня инициировал печально известный депутат Сейма Эдвин Шноре и его компания. Решили отомстить за то, что я не соглашался с их определением русских как кровососущих насекомых, конкретнее – вшей. Отправка меня на четыре месяца на тюремные нары была их аргументом в пользу того, что вшей и прочих приписанных к ним существ надо травить».
Гапоненко считает свое дело полностью сфабрикованным. Например, правозащитник в 2018-м был приглашен наблюдателем на выборы президента РФ, вел переписку с председателем Госдумы Вячеславом Володиным.
Латвийская прокуратура посчитала это доказательством того, что Александр Гапоненко – «агент России» и действует против интересов Латвии.
Другой эпизод – Гапоненко по переписке консультировался с российским экс-дипломатом, который также является филологом, по поводу оформления текста для своей книги. Прокуратура считает эту переписку доказательством преступной деятельности правозащитника. Сочли в прокуратуре преступным и письмо Гапоненко руководству стран – членов Совета Европы с протестом против перевода школ нацменьшинств в Латвии на преподавание только на латышском языке.
В прошлом году Александр Гапоненко провел под стражей несколько месяцев, в конце августа 2018-го суд отпустил его из СИЗО под подписку о невыезде. Полиция безопасности (ПБ) задержала его 20 апреля. Примерно за месяц до того он презентовал в Риге свой документальный фильм «Латвия, которую мы потеряли?» (часть вторая) – о пятидесятилетнем периоде существования Латвийской ССР. Автор фильма подчеркнул, что его содержание коренным образом отличается от того, что сейчас преподают в школах Латвии, показывают в музейных экспозициях, говорят руководители государства.
Немногим позже Гапоненко опубликовал в «Фейсбуке» сообщение о том, что получил по эксклюзивному каналу предупреждение: в мае в Риге может быть устроена кровавая провокация с участием сотрудников американских спецслужб, вину за которую возложат на местных русских. Предупреждение, к счастью, не исполнилось.
Лидеры партии «Русский союз Латвии» Татьяна Жданок и Мирослав Митрофанов (тогда – евродепутат) направили в ПБ заявление, в котором выразили готовность стать поручителями Гапоненко. Однако почтенного и немолодого человека, перенесшего за два года до того инфаркт, держали за решеткой четыре месяца.
«19 июня к нему в тюрьму в сопровождении следователя явился глава Полиции безопасности Нормундс Межвиетс. Гапоненко предложили дать показания, что свою общественную деятельность в Латвии он вел по заданию из Москвы. За это ему пообещали смягчить меру пресечения – выпустить на свободу до суда. (Как там было у Булгакова: «Покайся, Иваныч! Тебе скидка выйдет!»). Александр от сотрудничества отказался, тогда ему пригрозили дополнительной статьей. Свою угрозу начальство ПБ исполнило: 21 июня стало известно, что Гапоненко теперь подозревают еще и по статье 81 «прим» Уголовного закона: «Помощь иностранному государству в его деятельности против Латвийской Республики», – сообщал сподвижник Гапоненко Владимир Линдерман, которого самого весной 2018-го продержали несколько недель за решеткой.
Подталкивали к петле
Позже Линдерман донес до общественности новые подробности: Гапоненко получил письмо с воли от неизвестного ему человека, в конверт вложен лист с изображением веревочной петли и мыла.
«Совершенно очевидное подталкивание к самоубийству. Информация проверенная, подтверждена адвокатом. У меня возникает вопрос: как такое письмо могла пропустить тюремная цензура? В случае с Гапоненко либо тюремная администрация допустила халатность, либо на нее надавили сверху. Если второй вариант, значит, письмо изготовлено сотрудниками спецслужб и на Александра по-прежнему идет сильнейшее психологическое давление, чтобы он дал удобные для следствия показания», – констатировал Владимир Линдерман.
В августе Гапоненко все же выпустили на свободу. За время заключения он успел закончить исторический роман «Битва при Молодях», опубликованный в России в 2019 году. Но в покое его не оставили – судебный процесс продолжается.
В марте общественник поделился в соцсети Facebook* деталями очередного судебного заседания. На заседании разбирали донос руководства праворадикальной партии «Национальный блок» в том, что Гапоненко якобы разжигает этническую рознь. По его словам, «разжигательским», в частности, признан оставленный некогда Гапоненко в соцсети пост о том, что настанет время – и американские солдаты будут осквернять святыни латышского народа.
Между тем, надо же было такому случиться: как раз в марте в Риге были задержаны двое американских военнослужащих, мочившихся на монумент Свободы. «Спрашиваю: после того, как два американских военных помочились на символ Латвии, вы снимаете свой тезис, что моя гипотеза разжигает рознь к американскому народу? Судья замахала руками и говорит: это не по теме нашего процесса. Конечно, предупреждать, что памятник могут «обмочить», пытаться защитить святыню Латвийской Республики – это разжигание розни, и за это грозит пять лет тюрьмы, а собственно «обмочить» – это невинные шуточки, за которые назначили невеликий штраф», – констатирует Александр Гапоненко.
Он также упомянул, что на суде в его пользу выступили два свидетеля – оппозиционный политик Татьяна Жданок (ныне евродепутат от Латвии) и общественный деятель Эйнарс Граудиньш. «Татьяна Жданок охарактеризовала мою общественно-политическую деятельность – что было важно для представления о том, что я защищаю интересы русского населения. Спасибо ей за это. Выступил также Эйнарс Граудиньш, который поначалу был моим «подельником». Его выступление вызвало шок у прокурора. Он сказал, что мы действовали в рамках конституции Латвии, когда критиковали власти за дискриминацию русских и преследование активистов», – написал Александр Гапоненко.
Здесь видим, здесь – не видим
8 октября состоялось новое судебное заседание. О его ходе снова рассказал сам Гапоненко: «На заседании выступил прокурор с обвинением по поводу моих публикаций пятилетней давности в «Фейсбуке». Он обвинил меня в том, что я возбуждал ненависть к американским танкам как форме глорификации нацизма в Латвии. Я думал, что мои публикации на «Фейсбуке» носят антивоенный и антифашистский характер. Прокурор обвинил меня в разжигании ненависти к подданным США и подданным прибалтийских стран. В том, что подданные тождественны этносу, он не сомневался. Вдаваться в содержание опубликованных текстов прокурор не стал. Латышских легионеров войск ваффен СС он отождествил, в соответствии с господствующей доктриной, с латышским народом, американские танки – с американским этносом, латышских журналистов – с латышским этносом в целом, правящие прибалтийские элиты – тоже с некими прибалтийскими этносами. Причем отнес к прибалтийским этносам почему-то только латышей, эстонцев и литовцев, а всех прочих проигнорировал как инородцев».
Общественный деятель продолжает: «Так вот, невзирая на логическую ошибку подмены понятия в оценке всех семи инкриминируемых мне эпизодов, прокурор потребовал осудить меня на 22 месяца реального тюремного заключения. Аргумент был такой – чтобы не совершал преступные деяния впредь.
Почему не потребовал более гуманной меры наказания – отрубить руки, чтобы не публиковался на «Фейсбуке», непонятно.
Некоторые намеки на позицию прокурора дает его настойчивое обращение на заседании суда к материалам дела. Он не поленился зачитать справку Полиции безопасности о моей персоне. Так в этой справке упоминается, что я враг национальной безопасности, поскольку был одним из организаторов референдума 2012 года за предоставление русскому языку статуса второго государственного. Это, по мнению правящей элиты и выражающей ее мнение прокуратуры, преступление. Они выждали семь долгих лет для того, чтобы рассчитаться силами аппарата подавления с теми, кто защищал право на сохранение своей этнической принадлежности, кто действовал вполне законно. Зачем утруждать себя доказательствами по любому делу? Можно просто отправить в тюрьму на год с лишком тех, кто не согласен с принудительной ассимиляцией», – возмущается Гапоненко.
Еще один свой вопрос Гапоненко особо адресует российской либеральной интеллигенции. Он напоминает, что та яро вступается за «своих», вроде Ивана Голунова, но в упор не видит преследования инакомыслящих в Прибалтике и Польше.
«Кто поинтересовался судьбой общественного деятеля и публициста Альгирдаса Палецкиса, который сидит восемь месяцев (теперь уже год – прим. ВЗГЛЯД) в литовской тюрьме без предъявления обвинений? Почему не брали под защиту публициста и правозащитника Матеуша Пискорского, который отсидел в польской тюрьме три года по сфабрикованному делу? Упорно молчат и о судьбе латвийского журналиста Юрия Алексеева, против которого возбуждено два уголовных дела... На него наложен запрет на ведение профессиональной деятельности, человек уже полтора года не может выехать из Латвии. У меня есть список из нескольких десятков имен людей, которые подвергаются преследованию властей в русском зарубежье. Это не те журналисты, которые заслужили право на общественную защиту? Они не те ценности защищают? Они выступали за права русских, не хаяли Россию в своих статьях – и потому их защищать не надо?» – возмущается Гапоненко.
Вопрос, естественно, риторический.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ