ЦИК Южной Осетии зарегистрировал семь с половиной инициативных групп по выдвижению кандидатов в президенты республики, выборы которого пройдут 9 апреля. Семь – это инициативные группы, уже получившие право открыть избирательный счет и начать сбор подписей, а «половинка» – это инициативная группа, которая обратилась в ЦИК с просьбой зарегистрировать ее «на вырост»: они не назвали имя своего кандидата, но пообещали озвучить его на собрании 11 февраля. Дата случилась, а собрание – нет, но с юридической точки зрения инициативная группа по выдвижению неизвестного кандидата все еще существует.
Особое внимание привлекла фигура бывшего президента Эдуарда Кокойты. Его выдвижение превратилось в спектакль
Очевидных фаворитов двое – действующий президент Леонид Тибилов и спикер парламента, лидер партии «Единая Осетия» Анатолий Бибилов. Принято считать, что их противостояние определяет всю внутреннюю политику в РЮО в последние годы, однако это не совсем так.
Выборы в Южной Осетии всегда непредсказуемы в силу своеобразного поведения электората, мотивы которого трудно понять социологам и политтехнологам, выросшим в тепличных российских условиях. Но, несмотря на всю специфичность ситуации, именно на этих выборах как никогда прежде решающую роль могут сыграть традиционные факторы – наличие внятно высказанных политических целей и программы развития республики, а эффект от работы политтехнологов и пиарщиков, напротив, может быть чрезвычайно низким. Не критично даже «мнение Москвы», если таковое в данном случае вообще существует. В России заинтересованы в сохранении преемственности власти и стабильности в РЮО, а не в каких-то конкретных людях. Это спорная позиция (особенно спорной ее делает реальная практика), но такова политическая данность.
Помимо двух фаворитов, особое внимание привлекла фигура бывшего президента РЮО Эдуарда Кокойты. Его выдвижение превратилось в целый спектакль, который быстро оброс фанатами. Эдуард Джабеевич всегда был склонен к некой театральности поведения, но суть в том, что он вообще не имеет права баллотироваться в президенты, поскольку не проходит по «цензу оседлости» – более пяти последних лет он не жил в РЮО и не находился при этом в командировке от государственного органа власти. Относиться к самому факту наличия такого ценза можно по-разному, но как законодательная норма он существует. Причем именно Кокойты в свое время и изобрел эту норму, не пуская на выборы своего личного недруга – тренера сборной России по вольной борьбе Джамбулата Тедеева. Сейчас вопрос «ценза для Джабелича» стал основной темой дискуссий в социальных сетях – единственного выхода Южной Осетии в мировое общественное пространство.
Юридически ситуация бесспорна: Кокойты не может быть допущен к выборам, если не принесет справку, что с 2011 года находился в загранкомандировке в Москве, выполняя секретное задание Родины. Все остальные изобретаемые его фанатами способы (например, допустить к выборам на том основании, что он уже был президентом) – признак безысходности и провинциального мышления.
Другое дело, что всплеск интереса к фигуре Кокойты спровоцировали, как это ни парадоксально, не его сторонники (у него действительно есть свой электорат, который может доходить до 30% избирателей), а его хорошо организованные противники. «Из каждого утюга» вдруг посыпались тексты и интервью экспертов, доказывающие, что к выборам его допустить нельзя. По ряду данных, значительная часть этих публикаций инициировалась людьми, мало знакомыми с ситуацией в республике, но посчитавшими выдвижение Кокойты угрозой для стабильности в РЮО. Результат получился обратный. Даже у многих нейтральных людей в результате такой пропагандистской атаки стало складываться впечатление, что бывший президент – чуть ли не фаворит предвыборной гонки, и только искусственный ценз, поддерживаемый «режимом», мешает ему триумфально вернуться к власти. Такие «культурологические» ошибки весьма характерны для нынешней системы взаимоотношений по линии Москва – Цхинвал.
Оставшиеся четыре кандидата – это либо технические фигуры, само выдвижение которых загадочно, либо молодые и перспективные, работающие на собственное будущее. Например, сотрудник местного КГБ Алан Гаглоев и депутат парламента, врач Алан Козонов принадлежат к той категории, которую в местной системе ценностей называют «хорз лэппу» – «хороший парень». Так уважительно называют тех, кто в начале 90-х годов первыми взял в руки оружие для защиты от грузинской агрессии. Сейчас лишь немногие из них участвуют в политической и общественной жизни, добившись какого-либо успеха. Правда, Козонов и Гаглоев не персонифицируют эту социальную категорию, это лишь пункт в биографии, пускай и важный. Козонов представляет в парламенте оппозиционную партию «Единство народа», но по большинству вопросов солидаризуется с правящей партией «Единая Осетия», так что определить его политическое кредо крайне сложно. Гаглоев же не смог на собрании инициативной группы даже озвучить свою предвыборную программу, ограничившись тем, что «она есть».
Нечто подобное произошло и с еще одним кандидатом – Амираном Багаевым. «С 2008 по 2012 год я работал в Комитете по госзакупкам – на хлебном месте... А сейчас у меня больше ничего не осталось, и поэтому я решил пойти в президенты», – пошутил Багаев (до Комитета по госзакупкам он, кстати, работал в МВД и на таможне). Чувство юмора все оценили, но вопросы остались.
Структурированной, внятной, вообще какой бы то ни было предвыборной программы нет ни у одного кандидата. Красивые фразы о росте уровня жизни, заботе о пенсионерах, привлечении талантливой молодежи произносят все, пусть и с разной степенью художественности. Другое дело – представить в ближайшее время нечто более осмысленное, чем набор штампованных фраз.
Конечно, от технических кандидатов и «выдвиженцев на будущее» по большому счету подобного и не ждут. На прошлых выборах (как президентских, так и парламентских) такие кандидаты и партии, как правило, брали в оборот какую-то одну тему и пытались вокруг нее плясать, не утруждая себя изобретением глобальных программ. Сейчас на этом выиграть невозможно.
В особенно сложной ситуации оказался спикер парламента Анатолий Бибилов, прежний лозунг которого о «пяти шагах в Россию» дискредитирован, как и вся его предыдущая программа. При этом у Бибилова практически нет поддержки среди тех кругов в Южной Осетии и России, которые могли бы предложить ему что-то новое. В его поддержку публично до сих пор не высказался ни один российский эксперт, а его выступление на собрании инициативной группы по стилю напоминало выступления 2011 года – действующую власть долой, а там будь что будет. И есть подозрения, что готовили этот текст те же люди, что и пять лет назад. А застыть в другой исторической эпохе без какой-либо переоценки ценностей – большая ошибка.
У действующего президента Леонида Тибилова есть очевидное преимущество – он живет в настоящем времени и может отталкиваться от достигнутых за последние четыре года результатов. Кроме того, есть все основания полагать, что в решающий период предвыборной гонки он сможет представить обществу некий набор предложений – если и не революционных, то по крайней мере способных привлечь внимание. Ожидать подобного от команды Бибилова оснований пока нет.
Вполне возможно, что основные козыри (в первую очередь – со стороны президента) могут быть попридержаны для второго тура, в самой стратегии двух лидирующих кандидатов вряд ли что-либо поменяется. Точных социологических данных нет (и вряд ли они будут), но, по информации с мест, в последние несколько месяцев рейтинг Бибилова падал как раз из-за отсутствия у кандидата ярких идей.
Таким образом, в предвыборной гонке в Южной Осетии все еще сохраняется интрига, а обстановка в РЮО – важном стратегическом компоненте оборонной и внешнеполитической системы РФ, прописанной в основных доктринах, всегда будет привлекать внимание. Для России это не локальное событие в небольшой соседней республике, где стоит российская военная база, а элемент доверия ко всей ее внешнеполитической стратегии, которая выстраивалась с 2008 года.