Относительно недавно бывший советник президента Украины Юрий Бирюков, ныне работающий в родном Николаеве руководителем местного отделения пропрезидентской партии, съездил в прифронтовой поселок Пески под Донецком, как бы ужаснулся увиденному и разразился серией комментариев, из которых следует, что «Русский мир» «прошелся по людям» и необходимо обезопасить мирное население путем «отжатия нейтралки», поскольку «сепары» «грозятся повторить». В качестве иллюстрации приводится фотография школы в Песках, которая была сожжена в ходе боев за этот населенный пункт, несколько раз переходивший из рук в руки и до сих пор остающийся одной из самых горячих точек фронта в Донбассе.
Промышленная зона Авдеевки – это самые крупные в Восточной Европе металлургические и химические заводы, расположенные сплошной полосой
Конечно, Бирюков – не источник информации, а классический революционер с хорошо подвешенным языком-тряпкой. Дитя Майдана в прямом смысле этого слова. Еврейский мальчик из Николаева не доучился на медицинском в Днепропетровске, но всю жизнь работал на скорой и фельдшером в реанимации в Киеве. Хочется посмотреть статистику выживаемости в период его дежурств, если она положительная, то это вполне могло быть призванием, но революция позвала в поход. И как-то так получилось, что безвестный волонтер-медик с Майдана в 2014 году оказался владельцем IT-бизнеса в США и агрокомплекса под Николаевом.
Не потому ли получилось именно так, что в 2014-м он организует волонтерскую группу «Крылья Феникса», которая занимается снабжением нескольких подразделений украинской армии, а уже в августе становится советником Порошенко по материально-техническим вопросам обеспечения ВСУ, а в октябре того же года – помощником министра обороны по этим же вопросам? Именно Бирюков разрабатывал и отвечал за проведение в жизнь реформы по перевооружению. Чем все это закончилось, мы видим, но улыбчивый, остроумный и внушающий доверие Бирюков настолько полюбился Порошенко, что именно с его подачи президент Украины произнес знаменитую фразу о «самой лучшей армии в Европе». Он тогда украинскую армию имел в виду, если кто не понял.
Интерес Бирюкова к селению Пески объясним. Он до сих пор лично курирует 79-ю николаевскую воздушно-десантную бригаду, и поездка в Пески была связана с открытием там централизованной системы водоснабжения на позициях десантников. Когда эта же бригада из его родного города Николаева была разнесена в ошметки под Луганском, Бирюков и его «фениксы» смогли вывести оттуда около 80 тяжелораненых, а затем содействовали возвращению бригады на отдых в Николаев, отремонтировав ее штаб. Тогда же, в августе 2014 года, Бирюков создал и собственную «гвардию» – 3-й добровольческий батальон «Феникс» из числа бойцов 79-й бригады, лично ему обязанных. Параллельно люди Бирюкова собирали пожертвований на 200 тысяч гривен в день и насобирали, по разным подсчетам, более 10 миллионов. Бирюков наладил производство бронежилетов, которые поставлял в 79-ю бригаду и добровольческие части (около 2000 штук всего), отремонтировал старый Ан-26 в Борисполе, для чего взял под контроль 15-ю Бориспольскую бригаду транспортной авиации.
#{smallinfographicleft=736797}Однако 28 апреля этого года президент Порошенко уволил Бирюкова с должности своего штатного советника, оставив при себе в качестве внештатного (таких еще 13 человек). А чуть ранее – в феврале – перевел Бирюкова обратно в Николаев, видимо, с прицелом утвердить там советника в качестве альтернативного губернатора или представителя президента, что укладывается в рамки нового закона о «федерализации», так до конца и не принятого.
В принципе, это конец истории. Бирюков – талантливый авантюрист, которых десятками рождают революции и гражданские войны. Его заявления и высказывания можно было бы рассматривать только как забавные юморески, если бы он при этом не затронул одну из самых актуальных и потенциально опасных тем – «отжатие нейтралки».
Недавнее убийство мирных жителей на блокпосту в Еленовке вполне могло стать новым казус белли, но не стало в силу политических причин высшего порядка. Однако логика войны сама по себе способна продуцировать такие поводы, поскольку ситуация на линии фронта этими самыми высшими силами не контролируется. Иногда события происходят сами по себе, а дальше маховик не остановить. Но сейчас, как бы цинично это ни звучало, недостаточно просто обстрелять из миномета мирный конвой, ждущий утра, чтобы началась крупномасштабная война. Нужно либо несколько таких случаев подряд, либо что-то большее, что приведет в действие уже никем не контролируемый механизм.
Разговоры о «нейтралке» идут давно. И как раз май назывался наиболее идеальным месяцем для проведения такого рода операций. Если объяснять схематично, между позициями ВСУ и ВСН на некоторых участках фронта существует нейтральная полоса, в которой оказались и ряд населенных пунктов, и промышленная застройка, и стратегически важные объекты. Режим перемирия вроде не давал возможности обеим сторонам занимать эту территорию, но очевиден и печален пример Широкино. Также минские соглашения запрещают приближать к линии фронта тяжелую артиллерию, а уж тем более использовать ее в нейтральной зоне. Тем не менее ВСУ весь год регулярно «отжимали» «нейтралку», иногда вовсе не используя силовые методы, но провоцируя локальные бои с ВСН.
«Отжатие нейтралки» преследует несколько целей. Первая и очевидная: улучшение своих тактических, а кое-где и стратегических позиций для подготовки нового наступления. Это – постоянные бои за те же Пески и в районе аэропорта, на юге – в Тельмановском районе и вокруг Мариуполя. К западу от Донецка – Марьинка и Курахово. На севере – промышленная зона Авдеевки и вокруг Горловки.
Промышленная зона Авдеевки – это самые крупные в Восточной Европе металлургические и химические заводы, расположенные сплошной полосой. Груды металла, огромные корпуса. Два месяца назад бои в этой промзоне чудом не переросли в крупномасштабное обострение конфликта. Тогда ВСУ рискнули выдвинуться со старых позиций, определенных еще минскими соглашениями, и занять новые, более выгодные. Бои быстро переросли из локальных в угрожающие всей линии фронта, поскольку ВСН, ликвидировав попытку прорыва, в свою очередь улучшили позиции «на плечах» отступавших украинцев. Обе стороны ввели в бой тяжелую технику, игнорируя требования посредников. Это был тот самый случай, когда уже никакие политические и административные окрики ни на кого не действовали, а сама военная логика могла превратить Авдеевку в новое Дебальцево с непредсказуемыми последствиями для всего фронта. ВСУ закачали в Авдеевку и продолжают держать там крупнейшую на фронте группировку, и ее «котел» «выключал» бы украинскую армию, как рубильник электричество.
Аналогичные ситуации регулярно возникали на южном участке фронта и, опять же, с подачи ВСУ, которые, помимо прочего, пробуют в такого рода боях новую тактику, новый способ организации армии и задействуют вновь обученные части. Третья цель такого рода боев – прощупывание обороны ВСН, прояснение тактических моментов, например, скорости подвоза подкреплений и пути снабжения, соотношения сил на тех или иных участках. На луганском направлении, в частности, постоянно провисает Старобешевский район, зона Трехизбёнок с бывшими номерными блокпостами.
И практически каждый раз все это едва не перерастало в тотальную бойню. Авдеевка – крайний и особенно опасный пример, но до него были бои за Пески и Марьинку, Широкино и Тельмановский район. Так называемое тактическое улучшение фронта в ситуации, когда на некоторых направлениях расстояние между позициями не превышает 100 метров, обязательно переходит в большую войну. Политическое одергивание не остановит никого, если у тебя под боком начинается подготовка к прорыву. А именно так выглядят все попытки ВСУ «отжать нейтралку».
Количество всех казус белли обязательно перерастает в качество. Политические обстоятельства вокруг остаются интересным фоном, мало понятным тем, кто под Авдеевкой. Юрий Бирюков только произносит вслух то, о чем большинство участников процесса стараются не говорить, чтобы черта не вызвать. В какой-то момент все это сойдет с резьбы, и уже будет не важно – политическое это решение или что-то где-то пошло не так. Уже неоднократно объяснялось, что в Киеве не видят иного решения ситуации, кроме силового, а сам факт наличия столь огромной, по местным меркам, военной группировки сам по себе провоцирует войну. Армия не может стоять в чистом поле просто так, она будет желать «улучшения тактической обстановки», а Генеральный штаб продолжает создавать планы молниеносного удара.
На той стороне тоже никто не спит. Все эти приготовления – не секрет. Военторг работает, а в последнее время резко увеличился и приток добровольцев. Этот май заранее прогнозировался как очень тяжелый. Но всегда есть вероятность, что будет еще хуже.